Блондинка на завтрак - Александрова Наталья Николаевна

Да и девица эта от него выходила не в том настроении…

Ксения замолчала и вопросительно уставилась на Лолу:

— Ну я пойду, если ты не передумала?

— Иди, конечно, — разрешила Лола и задумчиво добавила:

— Завтра как раз вторник…

Ксения выпорхнула из приемной.

Лола заняла ее место и принялась просматривать записи в компьютере.

Не прошло и нескольких минут, как из кабинета донесся истеричный крик адвоката:

— Ксения, чай!

Лола неторопливо поднялась, включила электрический чайник, поставила на поднос большую синюю чашку с выгравированной золотыми буквами надписью «Дорогому внуку в день пятидесятилетия», налила в нее кипятку и решительно вошла в кабинет.

— Ксения, за что я вам плачу… — начал было адвокат, глядя на швейцарские часы, но неожиданно осекся.

— А где Ксения? — осведомился он раздраженно.

— Убежала домой, захлебываясь слезами, невозмутимо отозвалась Лола.

— Какая безответственность! — воскликнул адвокат. — Она покинула свой пост, хотя прекрасно знает, что не имеет права…

— Она не покинула свой пост, она оставила его на меня, — прервала его Лола, — чай пить будете?

— На вас? — в ужасе переспросил Гринбаум. Но я вас не знаю! Вы не прошли собеседование! Не отработали испытательный срок! Даже не представили своих рекомендаций!

— А Ксению вы уже довели, — спокойно ответила Лола, — короче, будете пить чай, или унести обратно?

— Это чай? — возмущенно проговорил адвокат. — Где вы видите чай?

— В чашке — кипяток, — Лола плюхнула подносик на стол, — а вот — пакетик, кладете в чашку, и он заваривается.., если еще не совсем остыл.

— Пакетик? — В голосе адвоката прозвучало отвращение. — Я не пью чай из пакетиков! Ксения прекрасно знает, что мне нужно заваривать зеленый листовой чай, непременно цейлонский…

— Ксении нет, — холодно ответила Лола, вместо нее теперь я. Так что пейте, что дают.

— Это безобразие! — воскликнул Гринбаум на грани истерики. — Я с ней разберусь! Я наведу порядок!

— Порядок здесь навести давно пора, — Лола окинула взглядом кабинет, — вон, цветок у вас совершенно завял…

— Какой еще цветок? — простонал адвокат.

И в это время у него на столе зазвонил телефон.

— Может быть, вы ответите? — прошипел Гринбаум. — Раз уж вы теперь замещаете мою секретаршу?

Лола взяла трубку, послушала и передала адвокату:

— Это вас. Из милиции.

Адвокат посерел и поднес трубку к уху.

— Гражданин Гринбаум? — осведомился официальный мужской голос.

— Я, вообще-то, внук… — пролепетал адвокат.

— Что значит — внук? Вы — Гринбаум Борис Михайлович?

— Да… — признался адвокат таким тоном, как будто сознавался в совершении тяжкого преступления.

— Ксения Шилохвостикова — ваша секретарша?

— Да.., а в чем дело?

— Дело непременно будет возбуждено, не сомневайтесь, — неприязненно проговорил незнакомец.

— Ка.., какое дело? — ужаснулся адвокат. И вообще, кто вы такой?

— Капитан Одеколонов, отдел по борьбе с особо тяжкими преступлениями, — представился Леня Маркиз самым официальным голосом.

— С особо тяжкими? — ужаснутся Гринбаум. А что.., что случилось? Что совершила Ксения?

— Самоубийство, — холодно ответил суровый капитан, — выбросилась из окна, оставив на подоконнике записку.

— Записку? — как эхо повторил адвокат, медленно сползая со стула. — Какую записку?

— Вообще-то это тайна следствия, — процедил капитан, — но вам, так и быть, зачитаю… записка следующего содержания:

«Прошу винить в моей безвременной смерти Бориса Михайловича Гринбаума, который своими постоянными придирками…» Вы меня слушаете? — озабоченно спросил милиционер.

— Да-да, конечно, — отозвался адвокат, стуча зубами.

«…своими постоянными придирками сделал мою жизнь невозможной». И подпись. Так что сами понимаете — налицо доведение до самоубийства., вы как адвокат не можете не понимать…

— Не могу!.. — простонал Гринбаум, побледнев как полотно, и выронил телефонную трубку.

— Ну так что — будете чай пить? — осведомилась Лола, выразительно взглянув на адвоката.

— Чай? — переспросил тот в ужасе и уставился на Лолу так, как будто она была налоговым инспектором или как минимум тенью отца Гамлета. — Какой чай! Тут вся жизнь рушится!

Вдруг в его лице что-то переменилось, он вскочил, шаркнул ножкой и льстиво проговорил: :

— Конечно, вы ведь старались, работали… конечно, я выпью этот чай.., чтобы не расстраивать вас.., простите, я не успел с вами познакомиться.., меня зовут Борис Михайлович, а вас?

— Ольга, — солидно представилась Лола.

— Очень приятно! — Адвокат освободил стул, на котором лежало несколько пластиковых папок. — Присаживайтесь… Ольга, а по отчеству?

— Ольга Николаевна, — сообщила Лола после секундного раздумья.

— Замечательно! — На лице Гринбаума появилась вымученная, страдальческая улыбка.

Он взял двумя пальцами чайный пакетик с таким выражением, как будто держит в руке живую лягушку или мышь, опустил его в чашку с остывшей водой и поднес к губам.

— Замечательно! — проговорил адвокат, с трудом скрывая отвращение. — Просто божественный напиток! Я готов пить его постоянно!

— Мне не трудно! — Лола пожала плечами. Раз уж вам нравится, буду приносить хоть каждые полчаса!

— Ну, каждые полчаса это будет слишком. Адвоката передернуло, — а пока, Ольга Николаевна, не затруднит ли вас найти и принести мне папку с делом фирмы «Зюйдвест»? Это в шкафу, на полке с надписью «корпоративные клиенты»…

— Да, пожалуйста, я сейчас принесу вам эту папку, — Лола поспешно вскочила со стула.

— Только, пожалуйста, не торопитесь, я совершенно не спешу! — крикнул адвокат ей вслед.

«Надо же, как быстро сработало! — подумала Лола, открывая несгораемый шкаф и перебирая папки с делами корпоративных клиентов. — С Ксении причитается, ее шеф полностью перевоспитался.., теперь он может участвовать в конкурсе на звание „лучший начальник года“. Но я Ксению пока не буду торопить с возвращением на трудовой пост, побуду здесь до завтрашнего дня, может быть, загадочная блондинка снова появится».

Она нашла нужную папку и отнесла ее адвокату.

Гринбаум благодарил ее так, как будто она только что принесла ему как минимум поручение на ведение всех дел султана Брунея.

Дома Маркиз ожидал свою подругу с большим нетерпением. Но времени даром не тратил. Он приструнил всех животных, наскоро прибрался в квартире после Лолиного ухода и долго рассматривал свое лицо в зеркале, потому что ему показалось, что на скуле проступил небольшой синяк. Уж очень Лолка вчера на него разозлилась из-за бабушкиного букета. Но Маркиз и предположить не мог, что девушки в цветочном магазине подкинут ему такую чудовищную подлянку. Хотя.., он вспомнил, как Вероника вполголоса давала своим подчиненным какие-то наставления и понял, что букет — это месть оскорбленной женщины. Вероника велела подсунуть карточку так, на всякий случай, разумеется она не поверила, что букет предназначался Лениной бабушке.

Маркиз в который раз подивился женскому коварству и потрогал синяк. Все не так плохо, можно попробовать замазать гримом, где-то у Лолки был…

В это время раздался звонок в дверь.

— Как же ты быстро! — обрадованно сказал Леня. — Неужели все выяснила?

Но на пороге стояла вовсе не Лола, а два мужика самого разбойничьего вида. Один был одет в клетчатый пиджак и такую же кепку. Из-под кепки лезли буйные, давно не стриженные кудри. Второй визитер кутался в серый плащ, который был больше, чем ему нужно, размера на четыре. Седые длинные волосы были завязаны в хвост розовой ленточкой. Леня внимательным профессиональным взглядом оглядел этих двоих, отметил, что у клетчатого левый ботинок просит каши, а у седого с хвостом скорее всего под серой хламидой кроме поношенных джинсов нет вообще ничего.

— Здрассте! — гаркнули две луженые глотки. Любите ли вы солнце?

— Чего? — оторопел Леня. — Мужики, вы что вчера паленой водки перепили?