Лабиринт простых сложностей - Галина Владимировна Романова

больше приближаться, понял?! И чтобы я тебя в клубе больше не видел. Никогда!

– А то что?

Он даже не делал попытки высвободиться. Хотя мог бы легко. И их позиции поменялись бы полярно. И уже Бугров был бы прижат мордой к притолоке, а не наоборот. Он не стал сопротивляться. Ему даже было немного жаль этого парня, полюбившего такую дрянь.

– Не в моих правилах с ними сотрудничать, но я ведь могу шепнуть ментам, где ты был в вечер убийства соседки Ангела.

– И где же? – снова не испугался Игорь.

– Ты был рядом с ее домом! Тебя видели там.

– Ноль – ноль, – проговорил он, еле удержавшись от насмешливой ухмылки.

Бугрову доложили, но не все. Игорь не только был возле дома Ангелины. Он кое-что видел. Но об этом никому знать не надобно. Во всяком случае пока.

Глава 13

Хмельнова сидела за своим столом и медленно мешала чай в старомодном граненом стакане. Откуда взялся этот стакан? Она всегда пила чай из красной чашки с мудреными надписями. А тут вдруг граненый стакан…

И чего она размешивает, если не употребляет сахара? И вид у нее какой-то заторможенный. Он поздоровался, она не ответила, уставив взгляд за окно. А там ничего особенного. Просто лето, просто ветер, собирающий облака в плотную тучу, что обещала грозу к обеду. И прогноз в интернете был тому подтверждением. Или наоборот…

– Доброе утро, Маргарита Сергеевна, – чуть громче, чем в предыдущий раз, повторил Дима.

– Не кричи, капитан, я не глухая, – отозвалась она рассеянно.

Проследила за его выразительным взглядом, устремленным на граненый стакан, и улыбнулась.

– Вдруг сочла, что самый вкусный чай именно из такого стакана. Нашла дома, – она улыбнулась еще шире и теплее. И призналась: – А я с сыном помирилась, капитан.

– Хорошо, – кивнул он, усаживаясь на свое место напротив.

– Да, это очень хорошо. – Хмельнова вытащила из стакана чайную ложечку и положила ее на салфетку рядом со стаканом. – Все остальное – не очень.

– Что вы имеете в виду? Убийство Сахаровой?

– Именно. – Она осторожно взяла стакан двумя руками, подула и сделала пару мелких глотков. – Мы с тобой так сосредоточились на том, что у нас имеется готовый подозреваемый в убийстве, что упустили из виду очень много важных моментов. Нам представили готовую версию событий: есть мужчина, есть две соперницы. Девушки встретились. Поссорились. Одна убивает другую. Все! Как я сказала в тот самый первый день: банально до тошноты! Все выглядело именно так. Кому взбредет в голову искать убийцу, если она стоит вся в крови над трупом с ножом в руке. Нам и начальство не позволило бы распыляться. И что вышло? А все вышло с точностью до наоборот: до тошноты все сложно. Давай, капитан, расскажи мне свое видение. Какие у тебя соображения? У меня мозг, если честно, пухнет. Все, что приходит в голову, кажется полной ерундой. Начни ты…

Супер! Это называется: с больной головы на здоровую? Он сейчас начнет говорить, а она примется критиковать каждое его слово. Было – проходили. И если честно, у него ни единой мысли в голове. Особенно после вчерашней информации о телефонном звонке, поступившем на мобильный Сахаровой за несколько минут до ее убийства. Они установили, что звонок поступил ошибочно, и решили, что Сахарова просто обыграла его, чтобы позлить соперницу.

А было все не так.

Кто она вообще такая, что ее убийство обставляли с такими предосторожностями и так тщательно готовились?

– Сахарова Алла Геннадьевна… – он встал у доски с пришпиленными на нее фотографиями фигурантов и жертвы убийства. – Обычная девушка. Сирота. Жила одна. Видимых врагов не имела. Работала бухгалтером. Работа обычная – без секретности, чтобы можно было заподозрить ее в продаже тайн конкурентам. С соседями не скандалила. Близких подруг не имела.

– На первый взгляд все гладко и пристойно, – согласно покивала Хмельнова. – Нет никого, кто бы мог желать ее смерти. Никого, кроме ее соперницы.

– Так точно, товарищ подполковник. Никто, кроме Новиковой, не был заинтересован в ее устранении, – пожал он плечами и ткнул пальцем в фото Ирины Новиковой. – Мотив был только у нее.

Он понаблюдал за начальницей, осторожными глотками употребляющей свой несладкий чай из граненого стакана, и вдруг решил, что тоже хочет такой же стакан. Только чтобы с подстаканником. Как в поезде. И чтобы долька лимона в нем кружила, когда он станет ложкой сахар размешивать.

– Это на первый взгляд, – настырно повторила Хмельнова, прервав плавное течение его аппетитных мыслей. – Давай порассуждаем… Что такого было у Сахаровой, кроме ее безупречной репутации? Я имею в виду ценности материального свойства, – уточнила она на всякий случай.

И вдруг жестом фокусника достала откуда-то из стола ту самую дольку лимона, о которой он мечтал, и бросила ее в стакан. У Димы даже скулы свело от того, как захотелось именно такого чая, именно из стакана, с лимоном, но с сахаром.

– Квартира, – поспешил он ответить, потому что Хмельнова смотрела на него очень требовательно. – Больше у нее ничего не было. Ни машины, ни дачи, ничего. Только квартира.

– Я тут узнала на досуге, сколько может стоить ее жилье. И… – она со стуком поставила стакан на стол. – Сумма внушительная. Не запредельная, конечно, но впечатляет. И если учесть, что наследников у нее нет, то…

– Черные риелторы? – закончил он за нее фразу.

– Возможно. Они действуют с размахом. Для них устроить телефонный звонок, выманивший ее на лестницу, пара пустяков, если группировка солидная. Они должны были следить за ней. Знать все о ее контактах, встречах и прочее. И думаю, что без ее ухажера здесь не обошлось. Он знал все. И о встрече девушек в том числе. Надо его брать и крутить, капитан. И еще раз, более тщательно, проверить его алиби. Какие еще варианты?

– Родственники, о которых нам ничего не известно. Они могут унаследовать ее квартиру.

– Могут, но… – Хмельнова скроила кислую физиономию. – Но сомнительно. И что мне особенно не нравится, капитан… В квартире Сахаровой мы не нашли с тобой оригиналы документов на квартиру. Только копии. Где оригиналы?

– Возможно, она хранила их где-то. Может, в сейфе на работе. Может, в банковской ячейке, – предположил Дима.

– Девушка с обычной зарплатой бухгалтера снимает ячейку в банке? Знаешь, сколько стоит аренда?

Он не знал. Ему там хранить было нечего.

– То-то же. К тому же не было найдено ни единого ключа, могущего вывести нас с тобой на этот след. Сейчас поедешь к ней на работу и попросишь сотрудников еще раз обыскать ее рабочий