Репутация - Сара Шепард

ехать быстро – миль этак девяносто в час, – вбежать в дом и немедленно прикончить Грега, времени должно хватить.

– Но ты говоришь, что была в отключке в ванной на полу.

– Знаю. Так и было. Но никто этого не видел. И еще, нет свидетелей, которые бы подтвердили, во сколько именно я доехала до дому на самом деле. А та запись с камеры на стоянке, я тебе о ней говорила, делает теоретически возможным, что я успела долететь сюда и прирезать Грега.

Уилла садится, обеими руками обхватывает колени.

– А что твои девочки?

Я долго молчу.

– А что мои девочки?

– Где они были ночью, когда все это случилось?

– Я думала, что Аврора дома, но оказалось, что она ночевала у подружки – та живет в двух шагах от нас. – Я медленно повожу головой из стороны в сторону, разминая шею, и слышу хруст. – Лилли. Они часто устраивают ночевки в домике для гостей на заднем дворе. Полиция уже опросила обеих. Они ничего не слышали.

– А Сиенна, как насчет нее?

Я смотрю на свой кофе. Остывшие сливки толстым слоем плавают наверху.

– Была в университетском кампусе. На вечеринке.

– Они обе сегодня какие-то странные, не в своей тарелке.

– Тебя это удивляет? Для них это тоже потрясение.

– Вообще-то, вид у них не просто потрясенный.

Я хмурюсь.

– Ты о чем это?

Скрип.

В коридоре возникает фигура: очаровательная девушка лет двадцати с небольшим, пышные рыжие волосы, темно-синяя кожаная курточка. Это Райна Хэммонд, университетская подруга Сиенны. От неожиданности я вскакиваю на ноги. Она-то здесь откуда, что за чертовщина?

– Миссис Страссер. – Глаза Райны полны сочувствия. – Господи, миссис Страссер. Я как раз была с Сиенной, прямо рядом стояла, когда она узнала об этом. Поверьте, мне очень, очень жаль.

– Райна… – Как она вошла в дом? Я проверяла – дверь была заперта. Может, она рассказала что-то журналистам? Или она сама журналистка? – Сейчас не самое подходящее время.

Райна высоко поднимает брови.

– Меня Сиенна позвала. Она наверху, да? Поживет немного здесь вместо общежития? – Она издает какой-то странный звук, будто поперхнулась. – Мне правда, правда важно с ней повидаться, убедиться, что она в порядке.

Я замечаю припухшие красные глаза Райны, покрытую пятнами кожу. Она плакала… из-за Грега? Я в недоумении. Райна и Грег были едва знакомы.

Райна промокает глаза. Ее взгляд падает на Уиллу.

– А вы Уилла, тетя Сиенны?

– Да… – настороженно отвечает Уилла, ей явно передались мои сомнения.

– Приятно познакомиться. Сиенна говорит, что вы очень крутая. – Райна сморкается, затем показывает наверх. – Можно мне подняться на секундочку? Пожалуйста!

– Ээ… – Господи, я слишком устала, чтобы спорить. – Ладно. Конечно. Как хочешь.

К моему ужасу, Райна обнимает меня за плечи. От нее пахнет цветочными духами, дорогой кожей и водкой. Прядь шелковистых волос щекочет мне шею, как паук, заставив меня инстинктивно отпрянуть.

– Хорошо, хорошо, – повторяю я. – Иди.

Ботинки Райны стучат по ступенькам. С третьего этажа доносится шепот. Уилла неотрывно следит за мной, и я вздыхаю.

– Это подружка Сиенны из колледжа – она, собственно, была с Сиенной в ночь убийства Грега. – Я слышу голос Райны на третьем этаже. – Они вместе ходят в Олдрич. Райна какое-то время работала у папы – там они с Сиенной и познакомились. Но сейчас уже не работает, уж не знаю почему. Мне она не очень нравится.

– Почему?

Я пожимаю плечами.

– Один раз я вернулась домой и застала ее у себя в спальне, у комода. Ящики были задвинуты, непохоже, чтобы она что-то трогала… но я не понимаю, что она вообще там делала.

Уилла смотрит наверх. До нас доносятся голоса, но слов не разобрать.

– Она была близко знакома с Грегом?

– Мне об этом ничего не известно. Хотя… – Я снова гляжу на лестницу. Эти заплаканные глаза Райны. Этот несчастный, потрясенный голос.

И вдруг я кое-что вспоминаю. В ту ночь, когда убили Грега, я звонила Сиенне из больницы. Прежде чем ошарашить ее новостями, я спросила, где она. «На вечеринке, – сказала дочь. – Но тут все заканчивается. И я не пьяная. Вот только найду Райну и сразу отчалю.

Вот только найду Райну. Но Райна только что сказала мне, что была с Сиенной, когда моя дочь узнала о Греге. Даже сделала упор на то, что стояла с ней рядом. Что она была свидетельницей разговора.

Выходит, она мне только что солгала.

10

Райна

Пятница, 28 апреля 2017

Я понимаю, что должна держаться подальше от дома Альфреда Мэннинга – по многим причинам. Вряд ли сейчас я вхожу в число его любимчиков. Но, приближаясь к дому, я еще издали заметила, как он сворачивает за угол, так что уверена, что уж этого минного поля мне удалось избежать. Я пришла к Сиенне. Мне так важно сейчас побыть рядом с тем, кого случившееся потрясло так же, как и меня. Ах, если бы я могла рассказать ей правду… но я не идиотка. Сиенна бы меня не поняла. Еще и обиделась бы. Я бы и сама обиделась… И все же она мой друг. А раз так, я имею право утешить ее и поддержать. Поэтому я здесь. Поднявшись наверх, туда, где находится комната Сиенны, вижу, что она сидит на полу, на коленях у нее желтый флисовый плед. Она не плачет. Почти не дыша, напряженно смотрит на экран своего мобильника. Ее палец летает над экраном, прокручивает вниз, вниз, вниз – видно, это очень длинное письмо. Или домашнее задание. Я реально надеюсь, что в такое время Сиенну волнует не домашка, но уж такая она, помешана на оценках. В тот день, когда мы с ней познакомились – я работала в офисе ее дедушки, – она влетела в приемную чуть не плача, потому что не поняла задание по органической химии и была в ужасе от мысли, что завалит его. Альфреда на месте не было, я вызвалась помочь. Органическая химия не такая уж сложная, если разобраться с формулами и уравнениями. Сиенна была так благодарна за урок, что тут же записала меня в подруги… что ж, мне это было только на пользу.

А сейчас Сиенна поднимает голову и видит мои слезы, и на ее лице непонимание. Наверное, думает, что я истеричка. Или вспоминает письма Грега – наверняка она их читала. А кто не читал?

А может быть, она ломает голову над тем, кто его убил.

Я опускаюсь рядом с ней на колени.

– Как ты, держишься, подруга?

Сиенна моргает медленно, как