Невостребованная личность - Татьяна Дементьева

то теперь не было где жить. Моя семья перебралась в пустующий дом, он был весь сырой, на потолках плесень, печка дымила, в любой момент могли появиться хозяева и прогнать. Фёдору стало нас жалко! Он забрал меня к себе, пока родители не приведут дом в порядок. Так я и осталась. Я отучилась девять классов и бросила школу. Пустая трата времени, да и в институт я не собиралась. Тётя Оля знает всё, что нужно по хозяйству. А что-то я из журналов почерпывала. Мне было пятнадцать лет, а Владу семнадцать. Я влюбилась в него по уши, и это было взаимно! ВЗАИМНО! Родители, конечно, замечали нашу симпатию, но ничего не делали несмотря на наш юный возраст. Ведь мы две половинки, которые встретились, понимаешь? Влад поступил в аграрный институт, – Катя остановилась, её душили слёзы, – он поступил и уехал учиться, первый год звонил, писал, приезжал на два-три дня, а потом делал это всё реже и реже. Я хотела поехать к нему! Но, он жил в общежитии, куда не пускают посторонних, Владик постоянно сидит за учебниками и нет смысла ехать. Я ждала. Он не приехал ни на Новый год, ни на летние каникулы. Вернулся только спустя пять лет и приехал с ней!

Катя громко высморкалась в пододеяльник, и как ни в чём не бывало, продолжила:

– Её звали Ириной, она училась в том же институте, но на год младше. Красивая, образованная, ухоженная, мечтающая иметь своё дело. Она приехала сюда, чтобы остаться жить, а Влад вёл себя так, будто ничего у нас с ним и не было, общался со мной как с обслуживающим персоналом! Это так неприятно. За что он так со мной? Я надеялась, что он одумается! Что увидит, какая она на самом деле. Она… ведь ничего не умеет на ферме, ничего, понимаешь? Натащила кучу шмоток и уже через пару недель просилась в город или к морю…

Катя продолжила что-то говорить сквозь слёзы, разобрать практически невозможно.

– Кать, давай водички, я ни черта не понимаю, что ты говоришь! – меня отчего-то раздражали её слёзы.

Я сходила на кухню за стаканом воды и упаковкой салфеток. Влад торчал перед моим компьютером, изучая текст. От моего появления он вздрогнул и свернул страницы:

– Ты чё тут шляешься по ночам?! – прошипел он.

– Забыли на цепь посадить, а ты чего в моём компьютере сидишь? Там вся рабочая информация хранится.

– Твоего в этом доме нет ничего, – уперевшись в монитор, ответил сынуля.

– Зато польза от меня есть, в отличие от некоторых!

– Посмотрим ещё…

– Своруешь мои идеи, молчать не буду, понял?

– Ой, иди отсюда! – махнув рукой, ответил Влад.

Я фыркнула в ответ и вернулась к Кате. Подонок! Уселся за мой компьютер в ночи, как крыса…

Катя захлёбывается водой. От слёз у неё началась икота, эмоции переполняли курочку. А меня заботило, что именно «сыночек» ищет в компьютере. Урезонив эмоции, она продолжила:

– Я уже не помню, на чём закончила…

– К морю просилась она, – напомнила я.

– Так и было… капризная девица только лежала, гуляла и сидела в их спальне, в то время как я заботилась о хозяйстве, ВЕЩИ ЕЁ СТИРАЛА, АЛЁН!

– Тихо-тихо не кричи, он в гостиной сидит!

– Однажды вечером… за ужином! Он встал на колено и предложил ей выйти за него замуж! При родителях… с кольцом! Мне в этот вечер хотелось умереть, я не верила своим глазам и ушам. Влад, ты что делаешь? Перестань! – Катя вытерла нос салфеткой, откашлялась и, немного успокоившись, продолжала, – Ольга Маратовна была против этой свадьбы, но ни слова не сказала. Мило улыбалась и поздравляла сына с будущей невесткой. Она ходила перед моим носом с каталогом платьев. Рассказывала за обедом план украшения зала. Как специально, резала по живому, а Влад… он держал её за руку постоянно… всё детство меня… так… держал, – рыдала Катя, – они сыграли свадьбу на горе, пригласили, кажется, всех, кто умеет ходить… а люди злые Алён, какие же злые люди…

Катя сидела, опустив глаза, руки теребили промокшую насквозь салфетку.

– Каждый считал за честь посплетничать про моё разбитое сердце, к родителям моим приходили потом… деревенские бабы завидовали моей матушке, сын фермера и её дочь, как Золушка, а теперь что? Уроды… – Катя громко выдохнула, – молодожёны уехали отдыхать, и она вернулась уже в положении…

– Почему ты не уйдёшь отсюда? Зачем так мучить себя? – не выдержала я.

– Потому что он совершил ошибку, каждый может ошибиться! Я верила, Влад откроет глаза, увидит все стороны этой профурсетки, знаешь, так и было! Чем больше становился живот, тем чаще Влад уезжал из дома, ему была противна эта женщина! Она «пилила» его! Говорила, что ферма не место для детей, что нужно уезжать! А Влад попал в её капкан! Он любит ферму, это его дом! Она увела его у меня! Она уводит его из семьи! Я проклинала её, как никого никогда… и случилась авария. Иры не стало, не стало и Влада тоже. Он так переживал потерю малыша… Иру перевезли в родной город и похоронили…Влад один поехал на прощание, мы не могли оставить хозяйство, да никто не хотел особо. Похороны прошли, а он не возвращался! Дядя Фёдор дал задание, договориться о продаже продуктов в других городах, чтобы переключился… прошло долгих четыре месяца и лишь сейчас он дома, но это уже не Влад, холодный, злой… хочется обнять его и отдать тепло… С Ирой или без неё… он всё равно уехал! И я ему по-прежнему не нужна…

Слёзы текли и текли, так она и уснула на мокрой подушке. В чём была её тайна я так и не поняла.

Глава 11. Самый страшный день в году.

Подготовка к Хэллоуину шла полным ходом. У Ольги Маратовны неожиданно открылись творческие навыки. Она самозабвенно вырезала злые рожицы в тыкве. Стоит отметить, получалось неплохо, видимо, это связано с наличием зеркала неподалёку от творца. Работала с натуры! Хоть хозяйка не воспринимала мои идеи всерьёз, но я реализовала треть запасов тыквы и примерно столько же яблок. Возможно, именно по этой причине и перестала плевать ядом в мою сторону. Явление, конечно, временное, так сказать, до первого косяка, но приятное!

Катя помогала в подготовке как могла. Вырезать у неё не получалось, а вот делать сладости из яблок и подготавливать начинку для будущей выпечки выходило идеально. Фермер толком не помогал, шарахался из угла в угол, наводя суету и панику, мой план – это спасательный круг для фермы.

Владислав игнорирует происходящее. На ферме его практически нет.