Герои старого кино - Галина Владимировна Романова

– Но вы должны помнить человека…

– Да, должна. Если бы этот человек был у меня один. Я в тот день продала четыре машины. Четыре! Задавайте вопросы моим работодателям…

А работодатели не ответили ни на один вопрос полиции. Документы на продажу машины пропали. Дядя покупатель не объявлялся с претензиями. Записи с видеокамер автосалона оказались непригодными к просмотру. К выемке документов из кассы полицию не допустили. У них не оказалось ордера на руках. И в результате виноватой во всей этой отвратительной суете оказалась Анна!

– Ты на кой черт полицию вызвала, Аня?! – возмущался уже после Гена, узнав о последствиях ее звонка. – Тебе что с того, что кто-то вскрыл машину и уехал? Тем более это племянник тети из полиции! Если хозяину пофиг, то твое какое дело?

– А если он как-то пострадал? – морщила идеальный лоб Анна. – А вдруг он…

– Это дело полиции, как ты не понимаешь?! Все, короче! Я умываю руки. Разбирайся сама с полицией, угонщиками, директором…

И Гена от нее ушел. Сразу после ее звонка в полицию сначала из квартиры ушел, а потом и вообще. И больше не позвонил ни разу. А ей достались все эти дрязги. И что в результате?

Она без работы. Денежного вознаграждения по итогам месяца ее лишили. И бывшая Генкина красавица из полиции взялась ей без конца названивать. И все время с разных номеров.

Конечно, Анна не была уверена, что ей звонит именно бывшая Генкина женщина. Мог звонить кто угодно. Она же не отвечала на звонки. Но почему-то ей хотелось думать именно так: звонит его бывшая, чтобы помотать ей нервы. Чтобы добить окончательно.

Просидев дома неделю, она начала искать работу. Но ее никуда не брали! Слухи о ее «подвигах» быстро долетели до конкурентов. И хотя их радовало, что у Апрелева случился какой-то косяк, брать его опальную сотрудницу они не захотели.

Сегодня утром, вернувшись с пробежки, Анна тщательно заперла дверь. Не только на замки, которые легко было бы открыть снаружи, но и на специальную мощную щеколду. Ее она установила сразу, как въехала в эту квартиру. Ее дом – ее крепость, так она считала и раньше, а сегодня особенно. Потому что сегодня ей показалось, что за ней кто-то следит. Великих сил ей стоило не оглядываться без конца, быстрее обычного закончить пробежку и не помчаться быстрее.

Заперев надежно дверь, она влезла под душ и простояла под мощными горячими струями дольше обычного. И пока вода сбегала по ее красивому тренированному телу, расслабляя уставшие мышцы, мозг напряженно работал.

За ней кто-то следит, это однозначно. Она разумная девушка, никогда не страдала паранойей. И ни разу не встречала этого человека на беговых дорожках парка. Да, он мог переехать в их район и начать заниматься спортом в одно с ней время, но…

Но почему тогда он все время держался сзади? Ни разу не попытался ее догнать или завести беседу, как это уже случалось с другими бегунами-мужчинами. И несколько раз, пробегая мимо места, где Анна делала растяжку, этот человек смотрел на нее очень скверным взглядом. Подозрительным, опасным, оценивающим. И когда Анна уже возвращалась домой, он не свернул ни к одному из подъездов шести домов их микрорайона. Он отправился легким бегом к автопарковке. И остановился возле серого седана с заляпанными номерами.

Вывод? Он приехал в этот парк, не пришел, не прибежал. Зачем? Цель у него была одна – Анна. На вопрос, что ему от нее нужно, у нее не нашлось ответов. Также повисал ответ на вопрос: кого этот бегун представляет? Силовые структуры или…

Вот из-за этого «или» Анне и сделалось нехорошо. И поэтому она и заперла дверь на щеколду.

Совершив целый ряд утренних процедур, включая нанесение легкого макияжа – это святое, – она позвонила Гене.

– Извини, мне некогда, – принялся тот тут же ныть. – Надо кое-что сделать. Успеть до работы.

– Гена, ты работаешь во вторую смену. Всегда, – оборвала она его несвязную речь. – Я не напрашиваюсь на свидание. Мне самой некогда. Один вопрос…

– Да, да, – сразу повеселел ее бывший любовник. – Слушаю тебя, милая.

– Твоя бывшая больше тебя не навещала?

– Вика? Нет. А должна? – с некоторым беспокойством поинтересовался он. – Почему ты спрашиваешь?

– За мной сегодня следили на пробежке. Бегун один подозрительный. Думала, может, это она ко мне приставила наблюдателей?

Анна вышла на балкон, осмотрела улицу. Нигде, куда хватало взгляда, серого седана с заляпанными номерами видно не было. Может, он просто так? Сам по себе дядя?

– Издеваешься? – фыркнул Гена ей на ухо. – У них народу не хватает, чтобы на трупы выезжать. А тут следить за тобой! Кто ты такая, Ань? Чтобы полиция к тебе наблюдение приставила, да еще такое, чтобы бежало за тобой? Бред!

Вот когда он это произнес, ей и самой показались странными ее подозрения.

– Может быть, ты и прав. Но стремно как-то…

Анна вздохнула. Неожиданно захотелось, чтобы он вдруг оказался рядом. Чтобы как раньше: вкусный ужин, бутылка хорошего вина, секс до одури. У нее уже полторы недели не было секса! Ужас!

– Не дрейфь, Анюта. Все тип-топ, – хохотнул Гена.

– Да уж! Работы нет! Не берет никто. Четыре салона обзвонила – отказ.

– Погоди ты, не паникуй. Дай ситуации отстояться. Сейчас пены много, разговоров разных. У Валеры Апрелева брата убили. Ситуация непонятная вообще. Сейчас все успокоится и…

– Может, увидимся, Гена? – сделала над собой усилие и первой предложила Анна.

– А почему нет? – ответил он с довольным смешком. – На следующей неделе тогда. Идет?

– Так сегодня понедельник, – напомнила Анна. – Семь дней ждать?

– Извини, милая, никак раньше не могу. Дел невпроворот. Тебя уволили. Из нашего салона человека забрали на твое место. Мы зашиваемся. И моя вторая смена начинается на три часа раньше. Давай через недельку, идет?

Ну хоть не отказал, и то хорошо.

– Слу-ушай, малыш, – растягивая слова, начал Гена говорить после ее согласия на встречу через семь дней. – А кто действительно тот дядя, которому ты злополучную тачку из салона продала?

– Да не помню я! И полиция приставала, а я не помню. Как отрезало! – с чувством сокрушаясь, соврала Анна.

– А ты себе не сохраняешь документы? На телефон или в личный ноут? – не унимался, приставал Гена.

– Нафига? – фыркнула Анна как можно громче. – У меня ноута нет, если че. А в телефоне рабочую инфу хранить… Делать мне нефиг?

Кажется, Гена ей поверил. Начал болтать о пустяках. Потом принялся жаловаться, что после визита полиции в сервис, где Аня работала, началась внутренняя проверка всех салонов. Тут же пошли