Двуликая правда - Евгения Игоревна Державина

class="p1">– Получается, Лика соврала, чтобы я не прибежала ее отговаривать.

– К тому же ей нужно было все приготовить: Влад приехал около восьми и ел еще теплый ужин.

– Опять же, мы знаем об этом лишь с его слов, – напомнила Клара. – Вполне возможно, Лика осталась, чтобы с ним поговорить.

– Или уехала, но вернулась? Может, что-то забыла или передумала. – Марк встал и прошелся по кухне. – Если допустить, что Влад ни при чем…

– Марк…

– Знаю, следствие все давно выяснило, – проговорил он, примирительно подняв руки. – Но давай просто на минуту представим, что это был не он?

Клара скрестила на груди руки.

– Окей.

Марк подошел к тому месту, где предположительно стояла Лика.

– Тогда можно предположить, что она знала убийцу и спокойно его впустила. Или же он неожиданно вошел через незапертую заднюю дверь и сразу напал. – Марк прикинул расстояние от раковины до двери: примерно шесть метров. Можно ли пройти их бесшумно? – Сумку с деньгами забрал вместе с ее телом, чтобы замести следы, и в два часа ночи вывез труп на «Лексусе» Влада.

– А сам он спал как убитый и ничего не слышал?

– А если допустить, что не слышал? Дом очень большой, спальня далеко. Следствие ведь даже не рассматривало эту версию – что был кто-то еще! Вряд ли грабитель или наркоман – тут ты права, он бы не стал прятать труп. Скорее, кто-то знакомый…

Клара удивленно уставилась на Марка:

– Но… кто? У Лики не было никаких врагов.

– Пока не знаю. Сначала надо найти всех, у кого была возможность это сделать, а потом уже думать – зачем.

Он не любил ставить мотив во главу угла. Разве можно вот так, с наскока, разгадать причины, побудившие отнять жизнь у другого человека? Чаще всего они глубоко скрыты, похоронены под маской лжи и лицемерия. Не считая убийств по пьяной лавочке, конечно, где мотив – эти пресловутые «корыстные побуждения» или «личная неприязнь», которыми пестрят приговоры суда.

– Надеюсь, у тебя получится, – тихо отозвалась Клара.

Она выглядела осунувшейся и очень усталой, как будто сами стены давили на нее тяжестью горьких воспоминаний.

Марк вздохнул и взял ее за руку:

– Ладно, уже поздно. Пойдем домой?

Марк выключил свет и скорее залез под одеяло – в спальне было прохладно, и влажная после душа кожа покрылась мурашками. Клара, уже в пижаме, прижалась к нему теплым фланелевым боком.

– Как жаль, что ты утром уедешь. Я совершенно тобой не насытилась.

Марк уткнулся носом в ее волосы, от которых исходил едва уловимый аромат яблок и грейпфрута. Если бы не день рождения дочери, он бы остался. Однако завтра предстояло отвести Лизу на выставку, и он хотел сделать все, чтобы ей понравился этот подарок.

– Приедешь ко мне Первого мая? – Марк поцеловал Клару в висок. – Там целых два выходных.

– Не получится: Рина собирается в отпуск и не сможет за живностью присмотреть, а я так надолго их не оставлю. Приезжай ты.

– Хорошо. Кстати, давно хотел спросить: откуда у тебя столько животных?

Клара устроилась у него на плече.

– В основном из нашего приюта. Знаешь, когда к нам привозят очередного покусанного блохами пса или облезлую кошку, которая вся дрожит и шипит от страха за свою шкуру, очень сложно удержаться и не взять их к себе. Так постепенно и обросла питомцами. – Немного помолчав, она добавила: – Иногда мне кажется, что они лучше людей. По крайней мере, некоторых из них…

– Согласен, – пробормотал Марк, чувствуя, что его начало клонить в сон.

– А может, ты… переедешь ко мне? – неожиданно предложила Клара.

Он повернул голову, силясь разглядеть в темноте ее лицо.

– То есть приезжай когда захочешь, – быстро добавила она, – не только на праздники. Я дам тебе запасные ключи. И мы наконец начнем видеться чаще.

Возможно, Марк просто устал, однако ему совершенно не хотелось сопротивляться. В голове промелькнула и так же стремительно исчезла вереница мыслей: что размеренная загородная жизнь совсем не для него; что ему придется рано вставать, мотаться в Москву на электричке, привыкать к новому месту, снова научиться делить пространство с кем-то еще. Сажать укроп, орудовать лопатой зимой, рубить дрова для бани, выгуливать собак, общаться с Клариными соседями… И вместе с тем – засыпать с ней рядом, баюкая ее голову на своем плече.

– Давай попробуем, – сказал он.

– Отлично!

Марк почувствовал в ее голосе улыбку.

– Только пообещай мне…

– Что же? – Клара насторожилась.

– …повесить на всех своих кошек колокольчики, а то я боюсь кого-нибудь раздавить.

Она тихонько рассмеялась и снова положила голову ему на плечо.

– Я уж испугалась, что ты захочешь научить меня играть в нарды.

– Я не способен так тебя мучить, – хмыкнул Марк.

Клара нежно провела рукой по его предплечью.

– Тогда ты тоже пообещай, что решишь проблему своей бессонницы. А то глядишь – в зомби тут превратишься.

– Ну, сегодня я точно усну – не выспался, а там посмотрим. Может, буду спать в наушниках.

– Под звуки хеви-метал? – улыбнулась она.

– Выберу что-то более легкое: вой сирен, там, или шум стройки. – Марк зевнул. – Спокойной ночи, солнце.

Он поцеловал Клару и с наслаждением откинулся на подушку. Однако какая-то мысль царапала его, не давая наконец расслабиться. Преодолевая сонливость, он вернулся к событиям дня: разговоры с Риной и Константином, опрятная Ликина кухня, незапертая задняя дверь… Что, если в темноте особняка скрывался кто-то еще? Следствие пренебрегло этой версией, но теперь она все больше казалась Марку разумной.

Он вспомнил имена тех, кого уже опросил или о ком читал в материалах дела: у Рины, Клары и управляющего с женой было железное алиби, в то время как Егор Никитич и курьер свое местонахождение подтвердить не смогли. Еще Клара упоминала подругу Лики, Настю, и ее босса, и Марк мысленно наметил себе с ними поговорить.

Разрывая ночную тишину, с улицы донесся собачий лай, но вскоре смолк.

Матрас слегка прогнулся, и чьи-то мягкие лапки, потоптавшись, устроились у него в ногах. Спустя несколько минут послышалось легкое дыхание Клары и размеренное урчание кошачьего двигателя.

«К этому даже можно привыкнуть», – подумал Марк, засыпая.

Глава 12

В огромном павильоне ВДНХ было не протолкнуться: ежегодный фестиваль Hinode power Japan оказался удивительно популярным, собрав со всей Москвы поклонников суши и аниме.

Марк старался не выпускать дочь из виду и цепко следил взглядом за блондинистой макушкой, мелькающей среди синих и розовых париков, блестящих шляп и рогатых масок. Мимо пролетела стайка девушек в коротких юбочках и белых гольфах. Лиза не сильно от них отличалась: в голубом платье с кружевным передником и волосами, убранными в два длинных хвоста, она походила то ли на Дороти из Страны Оз, то ли на Алису из Страны чудес.

– Марк, смотри, – радостно взвизгнула она, – Каори со скрипкой! А вон Сатору Годзё! – Лиза потянула его за руку к кучке молодых людей в необычных костюмах. – Это участники конкурса косплея. Сфоткай меня с ними!

Высокий парень с торчащими во все стороны белоснежными волосами приобнял Лизу за талию и уставился в камеру блекло-голубыми линзами. Марк сделал несколько фото. Дочка улыбалась и казалась абсолютно счастливой.

По мере того как они продвигались в глубь павильона, людей становилось все больше. Пару раз Марку отдавили ногу, а Лиза то и дело уворачивалась от чьего-то локтя.

Останавливаясь у площадок с мастер-классами и настольными играми, они наконец вышли к спортивной зоне. Там, на ядрено-красном ковре, проходил бой на мечах, в котором могли поучаствовать все желающие. Марку хотелось задержаться здесь дольше, но дочка уже тянула его к стенду Nintendo – возле него танцевали самые активные посетители, вторя движениям мультяшного персонажа из какой-то игры.

Оставив Лизу плясать, Марк направился к главной сцене, где популярный у себя на родине рок-бэнд исполнял сеты из аниме-сериалов. В тягучие напевы традиционных японских инструментов врывались жесткие гитарные риффы. Музыка казалась необычной, и, отстукивая мыском бодрый ритм, Марк решил пополнить свою богатую коллекцию новым альбомом.

Через