Убийство на летнем фестивале - Виктория Уолтерс

присутствовать, то, наверное, он не очень волнуется, значит, стоит попытаться держаться того же образа мыслей.

Нэнси вылезла из постели в семь часов утра и зашагала вниз. Она выпустила Чарли в сад, насыпала ему в миску корм, поставила чайник и достала телефон, чтобы позвонить Джонатану, как обещала. Она набрала ему три раза, прежде чем услышала его сонный голос:

— Сколько сейчас времени?

— Семь с небольшим, — ответила она, доставая свою любимую кружку. — Мы постараемся быть на лужайке в десять, чтобы проверить, все ли готово к встрече.

— Я тогда тоже буду около десяти. Не хочу ничего упустить — для газеты пригодится любой материал. Да, вчера, когда я вернулся домой, я попытался дозвониться до Эдварда Грина, брата Томаса. Узнать, что он думает по поводу происходящего. Но он не ответил. Может, он придет на фестиваль, или я разыщу его позже, посмотрим.

— Рита довольно конкретно обозначила, что семья не придет.

— Не уверен, что я бы удержался, если бы мой брат вернулся в родные места после стольких лет, а ты?

Нэнси на секунду прекратила возиться с чаем — ей на ум невольно пришли мысли о матери. Нэнси давно решила, что не будет разыскивать Саманту Хантер, так как мать сама ни разу не связалась с ней, даже когда умер отец. Но все равно Джонатан был прав. Если бы она узнала, что Саманта объявилась где-то по соседству, удалось бы ей не поддаться любопытству и не увидеться с ней вживую? Она в этом сомневалась.

— Я просто надеюсь, что писательский клуб будет держаться подальше.

— Ох, тут я разрываюсь. Мне правда очень хочется увидеть лицо Томаса, когда он поймет, что больше не может прикидываться, будто не знает никого из них. Это сделает мою статью еще лучше. Но я не хочу, чтобы твое мероприятие было испорчено.

— Если твоя статья будет не о сорванной встрече с читателями, то ради Бога.

— Но тогда ты сможешь снова попасть в заголовок!

Нэнси покачала головой, вспомнив, какой заголовок придумал Джонатан для статьи в рождественском выпуске, которая рассказывала о том, как Нэнси и ее бабушка помогли найти убийцу Люси Рот.

Смертельной развязке в этой истории места не нашлось — хозяйки книжного магазина раскрыли убийство в доме Ротов!

— Думаю, одного заголовка на первой полосе в моей жизни достаточно, — мрачно проговорила она. — Я буду готовить завтрак. Так что увидимся позже.

Она повесила трубку и наконец сделала себе чай. Услышав, что ее бабушка тоже спускается по лестнице, налила и ей. Она поставила кружки на кухонный стол, где лежал ее экземпляр «Идеального убийства», дожидаясь встречи с автором.

Нэнси отхлебнула чая и открыла страницу с посвящением:

Натану — спасибо тебе за тридцать лет

Если свое прошлое Томас оставил позади и повернулся к нему спиной, то своему агенту он был предан, и это было взаимно. Нэнси задумалась. Тридцать лет вместе. И теперь они готовились представить последнюю книгу об Андерсоне. Интересно, как отреагируют люди, когда он объявит, что это — финал серии, и как для этой парочки будет выглядеть пенсия? Она действительно считала, что стартовать с туром в Котс уолдсе и именно здесь сделать объявление — отличное решение. Вернуться туда, где все начиналось, прежде чем все закончилось навсегда.

Но какой смысл возвращаться к корням и по-прежнему делать вид, что Томас не был частью писательского клуба Даггерфорда в молодости? Это казалось ей бессмыслицей. Очевидно, он мечтал быть писателем всю свою жизнь, зачем скрывать такой факт? Они могли бы пригласить клуб, устроить целый вечер воспоминаний и обсудить, чего он достиг, переехав из маленькой деревеньки и превратившись в одного из самых продаваемых авторов страны.

Вместо этого участники клуба были огорчены его приездом, а один из членов угрожал убить Томаса.

Нэнси открыла книгу и оказалась на странице с описанием убийства.

Детектив Андерсон растолкал потрясенную толпу и наконец увидел, что вызвало такой шок у гостей музыкального фестиваля. Лицом в траве лежало тело, накрытое подстилкой для пикника. Андерсон подошел к телу и встал на колени, немного поморщившись, присаживаясь на корточки — все-таки он приближался к пенсии. Пальцами в перчатке он приподнял плед. Он узнал солиста группы-хедлайнера фестиваля, из тела которого торчал нож. Под тело была подоткнута книга. Андерсон нахмурился и наклонил голову, чтобы прочесть название. Это была автобиография группы.

А внутри нее что-то лежало…

— Доброе утро, милая, — сказала вошедшая в этот момент Джейн. — Ты же не читаешь ее снова, я надеюсь?

— Просто готовлюсь представить Томаса, — ответила Нэнси. — И перевариваю тот факт, что это последняя книга серии. Как бы мне хотелось, чтобы папа был здесь, был частью этого события.

Джейн улыбнулась, подливая себе чая в кружку:

— Он был бы в восторге. Уверена, он наблюдает за нами сверху и желает удачи сегодня. Ты так мне и не сказала: после того как Андерсон раскрывает преступление и ловит убийцу, как для него все заканчивается? Надеюсь, хорошо после десяти-то лет.

— Андерсон уходит на пенсию, поселяется в домике в Котсуолдсе вместе с женой и собакой и начинает писать мемуары. Может, это же планирует сделать и Томас?

— Я почему-то слабо себе это представляю, — нахмурилась Джейн.

— Да, я тоже.

К десяти часам на лужайке уже развернулась кипучая деятельность. Нэнси и Джейн бегали как угорелые, проверяя, все ли готово. Они оставили Чарли дома, чтобы сосредоточиться на экстренных задачах, но планировали привести его на фестиваль позже: он будет рад повидаться со всеми жителями деревни.

— Рут сегодня без конца испытывает мое терпение, — пожаловалась Глория Уильямс Нэнси и Джейн, нагнав их по дороге к тенту, который они арендовали для встречи Томаса. — Сейчас она говорит, что из-за стула, который я нашла ей для наблюдения за игровым тентом, у нее болит спина, так что я пытаюсь найти другой.

— Вот, возьми один из этих, — указала Нэнси на стулья из тента для мероприятий. — Если они достаточно хороши для Томаса Грина, значит, они достаточно хороши и для Рут Строук.

Глория хихикнула:

— Благослови тебя Бог, Нэнси. Я заберу один.

— Ну что же, кажется, все на своих местах, — сказала Джейн, оглядывая лужайку.

В торговых палатках уже начали раскладывать сувениры и подарки на продажу, на площадке для творчества и рукоделия уже расставили столы и стулья, перед игровым тентом развесили флажки, а для детишек организовали надувной замок. Фургончики с едой припарковались неподалеку, и там уже что-то готовили — в воздухе стоял запах жареного