Хорошая девочка – плохая компания - Холли Джексон

в тонкую полоску висел на нем, как на вешалке, вдобавок он надел блестящий белый галстук, черный котелок и приклеил над верхней губой огромные фальшивые усы.

– За свободу и лето! – провозгласил Коннор, на секунду подняв бокал, а затем пригубив вино.

Когда он поднял голову, на окунувшихся в жидкость усах повисли капли.

Свобода в данном случае заключалась в том, что они сдали выпускные экзамены; июнь подходил к концу, и они впервые за долгое время собрались все вместе, вшестером, хотя жили в одном городе и учились в одной школе.

– Ну да, – сказала Пиппа. – Хотя лето еще не наступило, потому что остается еще месяц учебы. К тому же скоро надо отправить заявку на ВКП.

Ладно, может, ей нужно поупражняться в притворстве. Ничего не поделаешь; выходя из дома, она ощутила укол вины в груди, напомнивший ей, что начать работу над проектом следовало в эти выходные, хотя последний экзамен она сдала только вчера. Пиппа Фитц-Амоби тяжело переживала перерывы в учебе и совсем не чувствовала себя свободной.

– Боже мой, ты когда-нибудь отдыхаешь? – спросила Лорен, уткнувшись взглядом в телефон, который не выпускала из рук.

Энт подскочил.

– Если тебе от этого станет лучше, можем дать тебе домашку.

– Да ты, наверное, все равно уже выбрала тему для ВКП, – сказала Кара, забыв про акцент.

– Еще нет, – ответила Пиппа.

В том-то и проблема.

– Охренеть, – с притворным ужасом сказал Энт. – С тобой все в порядке? Вызвать тебе скорую?

Пиппа показала ему средний палец и ткнула им его пышные фальшивые усы.

– Никому не трогать усы, – попятившись, сказал он. – Это святое. И я боюсь, они вырвут настоящие усы, которые под ними.

– Можно подумать, ты в состоянии отрастить настоящие усы, – усмехнулась Лорен, не отводя глаз от телефона.

В прошлом году у них с Энтом был очень короткий, обреченный на провал роман, который свелся примерно к четырем пьяным поцелуям. Теперь можно было считать большим везением, когда удавалось оторвать Лорен от ее нынешнего парня, Тома, с которым она, несомненно, и трепалась сейчас по телефону.

– Так, дамы и господа! – Коннор откашлялся и схватил с буфета еще одну бутылку вина и колу для Пип. – Прошу вас всех проследовать за мной в столовую.

– Даже меня, скромную повариху? – спросила Кара.

– Даже тебя, – улыбнулся Коннор и повел их по коридору в сторону столовой в глубине дома.

На дверном косяке по-прежнему виднелась трещинка – Коннор катался по дому на скейте, когда им было двенадцать. Пиппа тогда говорила ему этого не делать, но разве ее кто-нибудь слушал?

Когда Коннор открыл дверь, приглушенный писк, доносившийся из комнаты, превратился в джаз, лившийся из стоявшей в углу умной колонки с Алексой. Обеденный стол разложили и накрыли белой скатертью, исполосованной крест-накрест складками от того, что ткань лежала сложенной, а на середине стола мерцали три длинные, тонкие свечи, с которых стекал красный воск.

Стол уже накрыли: расставили тарелки, бокалы для вина, положили приборы. На каждой тарелке стояли карточки с именами. Пиппа отыскала взглядом имя Селия Борн. Она сидела между Дорой Ки (Карой) и Хамфри Тоддом (Коннором), прямо напротив Роберта «Бобби» Реми (Энта).

– Что на ужин? – спросил усевшийся на другом конце стола Зак, поглаживая пустую тарелку.

– О да, – встряла Кара. – Что такого я – повариха – сварганила на ужин, любезный дворецкий?

Коннор ухмыльнулся.

– Полагаю, сегодня ты, скорее всего, приготовила пиццу «Доминос», поняв, что слишком тяжело устраивать ужин для такого количества народу и одновременно проводить детективную вечеринку.

– Ах, пицца навынос, мое коронное блюдо! – воскликнула Кара, поправляя громоздкое платье и усаживаясь.

Пиппа устроилась на стуле. Справа от тарелки она заметила брошюрку, на которой было напечатано название – «Килл Джой Геймс – Убийство в поместье Реми», а также ее имя – Селия Борн.

– Брошюры пока никому не трогать, – велел Коннор, и Пиппа торопливо отдернула руку.

Коннор встал напротив широких окон. На улице еще было светло, но в приближавшихся сумерках небо обложили тяжелые тучи, и свет превратился в странное розовато-серое сияние. Ветер тоже крепчал, завывая в перерывах между музыкальными композициями, отчего казалось, будто деревья в дальнем конце сада танцуют.

– Итак, прежде всего, – заявил Коннор, протягивая перед собой пустой пищевой контейнер, – сдайте телефоны.

– Стоп, что?! – с негодованием воскликнула Лорен.

– Ага, – сказал Коннор, махнув контейнером перед Заком. Тот, не глядя, отдал телефон. – На дворе тысяча девятьсот двадцать четвертый год. У нас бы не было телефонов. И я хочу, чтобы все мы сосредоточились на игре.

Энт бросил свой.

– Да, – сказал он, – а то ты все время будешь переписываться со своим парнем.

– Ничего подобного! – возразила Лорен, с угрюмым видом расставаясь с мобильником.

Остальные промолчали; все они думали то же самое. И Пиппа готова была поклясться, что в наступившей тишине услышала какие-то звуки сверху. Будто шаркающие шаги. Но нет, быть не может. Коннор говорил, они дома одни. Наверное, почудилось. А может, просто ветер шумит.

Пиппа взяла телефоны – свой и Кары – и положила их поверх остальных в пластиковый контейнер.

– Благодарю, – сказал Коннор, отвесив поклон в стиле дворецкого.

Он отнес контейнер к буфету в дальнем конце комнаты и с напыщенным видом поместил его в ящик, который затем запер на ключ. Этот ключ он положил на батарею. Пиппа заметила, как Лорен следит за ним взглядом.

– Итак, отныне выходить из образа нельзя, – сказал Коннор, обращаясь к хихикающему Энту.

– Ага, это я, Бобби, – сказал Энт и, приобняв Зака за плечи, добавил: – Я и мой братишка.

Пиппа разглядывала их. Значит, это кузены Селии Борн, Ральф и Бобби Реми. Фу, избалованные мажоры.

– Превосходно, сэр, – ответил Коннор. – Но не кажется ли вам странным, что все мы собрались на ужин в честь семидесятичетырехлетия Реджинальда Реми, а сам он не явился? – Он замолчал и внимательно оглядел каждого из присутствующих.

– Да, э-э… очень странно, – сказала Кара.

– На дядю это совсем не похоже, – добавила Пиппа.

Зак кивнул.

– Отец никогда не опаздывает.

Коннор улыбнулся довольной улыбкой.

– Что ж, наверняка он где-то в доме. Нам следует отправиться на поиски.

Все внимательно наблюдали за ним.

– Я говорю, нам следует отправиться на поиски, – повторил Коннор.

– А, то есть на самом деле пойти искать его? – спросила Лорен.

– Да, он наверняка где-то здесь. Давайте разделимся и поищем.

Пиппа вскочила со стула и последовала за остальными. Что ж, Реджинальда Реми явно только что убили; в конце концов, это же детективная игра. Но что конкретно им искать? Фотографию трупа или что-то в этом духе?

Они миновали шкаф в коридоре,