Инстинкт жертвы - Ирэна Есьман

глупые. Все играют в телефоны и плохо читают. Со мной никто не дружит, потому что я умная. А еще меня называют ботанкой. Папа говорит, что за такое надо бить. И еще говорит, что надо бить первой. Но я не хочу никого бить.

Глава 24

Новая неделя для Артура началась активно. Откуда-то у него появились силы и желание работать. Энтузиазм, как банка с энергетиком, заряжал его.

Он набрал номер Риты:

– По гаражу в электронном реестре, как я уже говорил, ничего нет. Но там гаражей-то раз-два. В общем, узнал у местных. Никто не видел, чтоб там кто-то когда-то был. Я сделал официальный запрос на выписку из реестра.

– Будем верить, что нам это что-то даст.

– Я уверен, что там кто-то был. Это единственный замок, на котором не было изморози.

– Изморозь. – Рита слегка хмыкнула, но Артур уловил в этом добродушие. – Хорошо. Делай что считаешь нужным. Сегодня сложный день. Пока ждешь ответа, доставь мне, пожалуйста, людей для допроса. Я скину список тебе. И разговаривай с ними вежливо, а не как обычно. Мне нужно узнать все нюансы. Человек должен быть расположен. Справишься?

– Не вопрос.

Артур продолжал думать: «Почему вдруг работа с комитетом стала приносить удовольствие?..» Это было абсолютной противоположностью его привычным мыслям до этого происшествия.

После обеда в кабинете Риты уже сидел классный руководитель класса, в котором училась Лера.

Женщина средних лет в блузке, пиджаке и юбке прямого фасона, не успев войти, начала причитать:

– Лера. Такая хорошая девочка. Такая старательная. Как же так случилось…

– Присядьте, пожалуйста.

– Бедный, бедный ребенок. А я знаю! Это все отец ее виноват! – Женщина села на стул, не переставая говорить: – За девочкой не смотрел, на собрания не ходил! Она ж одна-одинешенька все время.

– Подождите, пожалуйста, сейчас все расскажете. Мне нужно открыть бланк протокола.

Рита подумала: «Артур не просто справился, а переусердствовал…»

– Конечно-конечно. В пятницу у класса было всего четыре урока. Лера была в этот день какой-то расстроенной. Я бы сказала, особенно расстроенной. Она всегда такая, знаете, нейтральная, тихая.

– Извините, вы могли бы не говорить сейчас ничего?

– Но я же… Мне сказали, все рассказать, все вспомнить надо. Я все вспоминала, пока к вам ехали.

– Ладно. – Рита выдохнула, понимая, что эту женщину не остановить. – Рассказывайте. Потом все запишем.

– В общем. И-и-и… на чем я остановилась? А. Ну да. И тут я обратила внимание, – она подняла вверх указательный палец, – что она будто не здесь. Не слышит, не интересуется новой темой. Я подошла к ней и спросила, не случилось ли чего. Лера просто помотала головой, ну я не стала лезть к ней с вопросами. Она всегда, знаете, несговорчива, хотя учится прекрасно! В первый класс девочка пришла настолько подготовленной, что умела уже читать и писать, хоть корявенько, но умела. Такая тяга к знаниям! Я бы такую девочку перевела в класс постарше, только ей там будет совсем некомфортно. К нашим оболтусам-то она уже более-менее привыкла.

– Лера в этот день выходила на переменах куда-нибудь? – Рита решила вернуть женщину в тот самый день.

– Нет, она всегда сидит в классе. И в пятницу тоже.

– С кем-то, может быть, общается, дружит?

– Одна девочка – Алиса. Тоже хорошая. Они не то чтобы дружат, но иногда разговаривают на переменках, за одной партой сидят. Знаете, тут уже хочешь не хочешь, будешь как-то общаться.

– А можете дать номер телефона родителей Алисы? Я хотела бы с ней побеседовать. Естественно, в присутствии родителей.

– Я не уверена, что имею право…

– Это просто просьба, которая сэкономит наше время. Мы не будем говорить, что номер дали вы. Чем раньше мы что-то узнаем, тем быстрее сможем найти девочку. Понимаете? – И на чистом листке начали появляться цифры.

Артур постучал в дверь и заглянул.

Рита, оторвавшись от беседы с классным руководителем Леры, подняла на него вопросительный взгляд.

– Я привел учителя из музыкальной школы. У него мало времени, репетиции.

– Мы еще не закончили, пусть ждет.

– Говорит, что не может.

– А я все рассказала, не знаю, что еще добавить, – вклинилась учительница в диалог.

– Это все еще в протокол внести нужно.

– Ох, тоже у вас тут бумажек. В школе у меня, знаете, не меньше! Тетради проверь, тему подготовь, все же нужно внести в журналы.

– Так. Давайте без лишнего, я прошу вас. – Рита боролась с наступающим раздражением. – Так мы быстрее закончим.

Женщина нахмурилась и начала копошиться в своей сумке – обиделась. Но наконец-то замолчала.

– Скажи, что через десять минут закончим.

Артур удалился, а как только учительница Леры покинула кабинет, вошел снова.

– Я бы мог ему сказать по-другому. Но ты же говоришь – ве-е-е-жливо надо!

– Ладно, а он здесь? Подожди. Это о́н? Учитель – мужчина?

– Да. И какой-то странный, сейчас сама увидишь.

– Разберемся. Зови.

Высокий, с тонкими острыми плечами мужчина вошел в кабинет. Гладко выбритое лицо, заостренный нос, тонкие губы. На голове у него блестели залысины, а редкие темные волосы, смешанные с ранней сединой, лишь подчеркивали его глубоко посаженные глаза. Его взгляд казался каким-то далеким и туманным, спрятанным за густотой бровей.

Он с интеллигентной аккуратностью сел на стул напротив Риты. Она ужаснулась его коленям. Никогда не видела, чтобы у взрослого человека были такие острые тонкие колени. Настоящий скелет, обернутый в темно-синие брюки из плотной ткани. Казалось, что они были предназначены не для тепла и удобства, а для того, чтобы скрыть отсутствие жировой прослойки.

– Здравствуйте, меня зовут Рита Барт. Я расследую дело о пропаже несовершеннолетней Леры Растер. Представьтесь, пожалуйста.

– Виталий Капинус. Извините, у меня очень мало времени. На сколько этот процесс затянется? – Он слегка заерзал на стуле. – У меня репетиции.

– Я вас не задержу надолго. Но нужно прояснить некоторые детали. Формальность. Не более. – Рита знала, как настроить собеседника и создать ему, насколько это возможно, привычную обстановку.

– Хорошо. Постараюсь рассказать все, что знаю, – Капинус приподнял подбородок и выпрямил спину.

– Как давно Лера занимается у вас?

– Около четырех лет.

– Ее отец привел в музыкальную школу?

– Отец? Вы знаете, я никогда его не видел на занятиях. Девчушка сама прибежала. Говорит: «Хочу играть на скрипке».

– Как вы взяли ребенка на обучение без согласования с родителями?

– Было согласование. Музыкальная школа работает вместе с основной. Когда дети идут в первый класс, им предлагают внешкольные кружки. Тем, кто хочет заниматься, выдают бланки, родители их подписывают, и ребенок зачислен. Согласие ее отец подписал, Лера исправно