Соглашение - Кирстен Модглин

– Ух ты, – сухо рассмеялась она. – Ни за что бы не догадалась.

– Почему же?

– Не тот тип, не книжный.

Я уставился на нее, возможно, слишком пристально. Она уже отнесла меня к определенному типу. Как, впрочем, и я ее.

– А какой же я тогда тип?

– Не знаю, – рассмеялась девушка, потом подалась вперед, решительным движением взяла мой стакан и отпила, обхватив соломинку розовыми губами в том же месте, к которому только прикасался губами я. – Подумала, ты весь такой умный, мне не чета, ну, доктор там или адвокат. – Ее передернуло. – Слава богу, что не стоматолог.

– Неприятные воспоминания? – засмеялся я.

– Чужие рты – жуткая мерзость.

Ее замечание слегка меня огорошило, и мне не удалось это скрыть: брови поползли вверх. В голове заметались непристойные образы, как у озабоченного подростка. «Не все же рты, надеюсь», – мелькнуло в голове. В этот момент Мэлори расхохоталась, словно прочтя мои мысли, и я уставился на нее с пылающими от смущения щеками.

– Извини, наверное, прозвучало странно, – проговорила она, давясь смехом. Смеялась она искренне, заливисто, словно наружу пробилась та девушка, которую я видел в приложении. Мэлори прикрыла рот рукой, коснувшись пальцами кончика носа. – Ничего не имею против ртов и того, что ими можно делать, просто не люблю смотреть, как лечат зубы. У меня дедушка был стоматолог, теперь уже на пенсии. Вот ужасы-то рассказывал… – Ее снова передернуло, и она взглянула вверх, на вентиляционное отверстие над столом, и, хотя вентилятор был выключен, обхватила себя руками. – Извини, видимо, не самая сексуальная тема для первого свидания?

Не думаю, что существовало много тем, которые пригасили бы ее сексапильность, но зубы и гигиена рта, пожалуй, возглавляли список. Я ухмыльнулся.

– Ничего страшного. Тебе холодно? – Я машинально сбросил куртку-бомбер и протянул ей, как поступил бы, будь на ее месте Эйнсли. Я поднес к губам кулак, потом опустил его, сделал еще один глоток и вдруг понял, что впервые вспомнил об Эйнсли за последние как минимум пять минут, причем мысль о жене на этот раз не сопровождалась уколом вины.

Девушка взяла куртку, набросила на плечи и улыбнулась, глядя на меня из-под густых ресниц. Кажется, я прошел первое испытание. Она подвинулась на скамье ближе к окну и похлопала по сиденью рядом с собой:

– Если сядешь рядом, сразу согреюсь.

Я кашлянул, встретив ее призывный взгляд. Непохоже, что она привыкла получать отказы. Сам я не люблю сидеть за столиком в ресторане рядом с кем-то – это неудобно и непрактично, – но решил не сопротивляться, а просто привстал и придвинулся к ней. Подошедший официант поставил перед нами тарелки.

– Что-нибудь еще? – Если официанту и показалось странным, что двое взрослых сидят рядом в углу просторной кабины, он умело это скрыл. Мне вдруг мучительно захотелось положить руки на стол, чтобы они были на виду.

– Мне кажется, всего достаточно, – ответила Мэлори, и я почувствовал, как она прижалась ко мне бедром.

– Хорошо, но если что, я всегда рядом. – Официант пристукнул пальцами по столу. – Приятного аппетита.

С этим он удалился, а я начал разворачивать салфетку, в которую были завернуты приборы. Мэлори сидела так близко, что наши локти, колени и лодыжки соприкасались. Она посмотрела на салат, потом на меня, и на лице у нее заиграла лукавая улыбка.

– Теперь тебе лучше? – спросил я, держа вилку в руке и пожирая девушку глазами. Каждое ее движение было чувственным, и, уверен, она это вполне осознавала: обхватив пальцами завернутые в салфетку приборы, Мэлори провела рукой по всей длине свертка, прежде чем развернуть его.

– Совсем другое дело, – ответила она и бросила в рот помидорку черри.

От возбуждения у меня пропал аппетит, все тело пульсировало, словно сквозь него пропустили электрический ток. Я откинулся на спинку, обняв Мэлори за плечи, и поднес к губам бокал. Она одним глотком допила виски и положила ладонь мне на бедро. Лицо у нее порозовело.

Я вздрогнул от прикосновения, в горле пересохло, мысли смешались.

– Ну а ты чем занимаешься? – спросил я, хотя знал ответ. Нужно было как-то заполнить паузу, нарушить тишину.

– Я массажист-физиотерапевт, – напомнила она, и ее пальцы у меня на бедре сжались.

– Да-да, точно. Извини, забыл.

– Ничего. Все забывают. – Она продолжала смотреть мне в глаза. Мы оба даже не притронулись к еде.

– И тебе… – Я сделал глубокий вдох, пытаясь замедлить бешеный ритм сердца. – Тебе нравится?

– Иногда, – медленно протянула она. Потом прижалась ко мне еще теснее, хотя я не очень понимал, как это возможно. – Может, уйдем отсюда?

Желудок сделал сальто, в животе образовалась пустота.

– Уйдем?

– Что-то есть совсем не хочется. – Она пробежалась взглядом по моему телу и снова подняла глаза. – А вот чего другого…

Я сглотнул и, кивнув, встал, пока она не передумала. Нужно было расплатиться, но счет не принесли, официант куда-то запропастился, а ждать не хотелось. Трясущимися от нетерпения руками я вытащил кошелек и бросил на стол три двадцатки в надежде, что этого хватит, а потом взял спутницу за руку, и мы вышли из ресторана.

– Я приехала на такси. А ты на машине? – спросила она, кивая на припаркованные вдоль улицы автомобили.

– Да, стоит в паркинге, – ответил я и повел Мэлори к машине, не в силах оторвать взгляд от ее фигуры, пытаясь представить себе ее тело под тесным платьем и моей курткой. Впрочем, снимки в профиле не оставляли особого места для воображения.

– Можно поехать к тебе? – спросила она, заставив кровь застыть в жилах. – У меня в квартире соседи.

– Хм, не знаю, – протянул я, лихорадочно соображая на ходу. – У меня дети.

Полуправда. Ведь когда врешь, надо перемешивать ложь с правдой, верно?

– Они дома с няней, и мне не очень хочется приводить кого-то… приводить тебя домой, а то вдруг еще проснутся.

– Дети, во множественном числе?

– Трое, – улыбнулся я.

– Вдовец или разведен?

Казалось, она замешкалась. Неужели я все испортил? Какой ответ будет хуже?

– Разведен. В прошлом году. Совместная опека.

– Сочувствую.

Не зная, имела она в виду детей или развод, я просто кивнул.

– Тогда, значит, ко мне? – спросила она и, видимо справившись с разочарованием, закатила глаза и легкомысленно махнула рукой. – Нормально. Какая разница. Никогда еще не приводила к себе сексапильного папашку. Соседкам будет о чем посплетничать.

С этими словами она ускорила шаг, направляясь к паркингу, а я поспешил следом. Запарковался я на третьем этаже, и мы подошли к лифту и остановились в ожидании. Как только двери лифта закрылись за нами, она сразу повернулась ко мне.

Мы набросились друг на друга одновременно, иными словами и