Уцелевшая - Лесли Вульф

правила, даже не будучи хорошо знаком с тобой? Интересно, как такое могло случиться?

Тесс посмотрела на него, растерявшись на долю секунды, потом опустила голову, пряча улыбку и слезы. В ту ночь десять лет назад он тоже нарушил ради нее закон, не сообщив о нападении и не вызвав копов. Благодаря этому она смогла смогла приступить к службе, избежав позора, и ей не пришлось носить публичное клеймо жертвы насилия до конца своих дней. Что тут скажешь! Тесс молча созерцала блестящую поверхность барной стойки.

— Да-да, я тебе напоминаю про обстоятельства нашего знакомства. Доверься кому-нибудь завтра. Попробуй. А потом приходи на бургер и выпивку и расскажи мне, как все прошло. Мы обсудим это.

Тесс не шелохнулась. Она сидела, обдумывая слова Кота. Наконец выдохнула:

— Обещаю, — и подняла голову. Кота рядом не было. Покрутив головой, Тесс обнаружила его у телевизора. Похоже, пока она размышляла, бармен, проверив, все ли клиенты ушли из бара, уже вывесил табличку «Закрыто», протер стойку, вымыл грязные бокалы и собрался выключить панель. Было уже поздно, показывали повтор программы, которая шла в прайм-тайм, — интервью с двумя женщинами. Тесс их не знала, но субтитры привлекли ее внимание.

— Кот, сделай, пожалуйста, погромче.

Тот щелкнул пультом.

— Мисс Уотсон, — спрашивал интервьюер, — что вы запомнили из той ночи, когда Кеннет Гарза, серийный убийца, известный под именем Семьянин, убил всю вашу семью?

Вот дерьмо!

9. Интервью

Много лет прошло с тех пор, как Лора Уотсон последний раз сидела перед камерой, и повторения ей совершенно не хотелось. Она все еще испытывала головокружение и тошноту от вида ослепляющих софитов и была рада, что Брандт Раш в основном обращался к доктору Джейкобс. Было бы неплохо, если б ей удалось до конца этого цирка просидеть молча в черном кожаном кресле на фоне зеленого экрана.

В ожидании окончания передачи Лора старалась держаться спокойно, скромно сложив руки на коленях и выпрямив спину, и пыталась сохранять заинтересованный вид, удерживая на лице улыбку, от которой сводило скулы. Она выглядела такой миниатюрной и хрупкой, такой уязвимой в своем темно-синем брючном костюме. Впрочем, она и чувствовала себя уязвимой.

Доктор Джейкобс держалась перед камерами непринужденно, она с воодушевлением рассказывала о своей новой методике и в подробностях описывала все многочисленные преимущества извлечения под контролем психотерапевта глубоко скрытых травмирующих воспоминаний. Затем она доступным языком принялась объяснять, как работает этот метод и почему. Под конец, направляемая вопросами Раша, она переключила внимание на Лору и немного рассказала о ней.

Лора почувствовала, что ей становится всё труднее сохранять спокойствие.

— Вы, вероятно, помните Лору Уотсон, — сказала доктор Джейкобс, после чего камеры дружно повернулись к Лоре. — Ее называли Уцелевшей, она — та самая сообразительная и смелая девочка, которая пережила нападение Кеннета Гарзы, убившего пятнадцать лет назад ее родных.

Раш улыбнулся и кивнул Лоре. Она сделала усилие, чтобы максимально дружелюбно ответить на приветствие.

— Чудесное спасение Лоры дает нам уникальную возможность использовать новый метод для того, чтобы извлечь ее воспоминания о трагедии и сравнить их с материалами следствия. Нашей группе удалось получить согласие мисс Уотсон на участие. Благодарю вас за это, — сказала доктор Джейкобс, широко улыбаясь в камеры. — Я могу только предполагать, как непросто было принять такое решение.

Лора кивнула, она тоже улыбалась, но непрошеная морщина прорезала ее лоб. Она хотела только одного: чтобы все это побыстрей закончилось.

Но когда Брандт Раш повернулся к ней и задал свой первый вопрос, она почувствовала прилив жара и дурноту.

— Мисс Уотсон, — начал телеведущий, — что вы запомнили о той ночи, когда Кеннет Гарза, серийный убийца, известный под именем Семьянин, убил всю вашу семью?

Лора собрала волю в кулак и вдохнула побольше воздуха, горячего и пыльного под светом софитов.

— Боюсь, немногое. Подозреваю, именно это и делает меня таким хорошим кандидатом для эксперимента. Мне рассказывали, что я пряталась наверху, в ванной, в корзине для белья. Больше никто ничего не знает, а я не могу вспомнить. — Под конец предложения у нее сбилось дыхание. Лора припомнила инструкции, который давал ей Раш перед интервью: «Простые, короткие предложения, — наставлял он. — Отвечайте строго на вопрос и не забывайте дышать».

Хороший совет. Только ему довольно трудно следовать.

— Я помню, вас часто показывали, особенно после ареста Гарзы, — заметил Раш. — Ваша история вселяла оптимизм. Но потом вы внезапно исчезли. Что произошло?

— Я выросла, — Лора чуть не фыркнула. — В конце концов, я получила право голоса и отказалась в этом участвовать.

— Вам не нравится быть на виду? — не отставал Раш.

— Нисколько, — ответила она, виновато улыбаясь. — Все хотели меня снимать, и тогда, и сегодня, только из-за того, что я лишилась всех родных. С моей точки зрения, это вовсе не повод, чтобы праздновать.

Брови Раша взлетели вверх, и он заулыбался.

— Она еще и скромна, — произнес он. — Мисс Уотсон, наши зрители будут рады узнать вас получше.

Она бросила быстрый взгляд в сторону Джейкобс, та едва заметно кивнула в знак поддержки. Лора подавила вздох.

— Я помню, что была счастлива, когда росла вместе с братом и сестрой. Мы играли, радовались жизни… Эти воспоминания смутные, но они все-таки сохранились. Затем — провал… Несколько лет прошли как в тумане. Потом у меня появилась новая семья: новая сестра Аманда и новые родители — Брэдли и Кэрол Уэлш. Брэдли был партнером моего отца и сооснователем «УотУэл Лайтинг». Я была удостоена чести воспитываться в их доме, познакомиться с тем, что создавали и оставили мне мои родители, и даже стать частью этого.

— Что вы надеетесь извлечь для себя из участия в эксперименте, мисс Уотсон? — задал вопрос Раш, бросив быстрый взгляд на Джейкобс, которая в ожидании ответа подалась немного вперед.

Лора задумалась.

— Я… Я хочу вспомнить, — наконец произнесла она, чувствуя, как ее душат слезы. — Вспомнить всё. Как выглядел убийца, что он делал, что говорил. Наверное, это… — Она запнулась и прочистила горло. — Это поможет все объяснить. И я пойму, почему они умерли. Почему именно они, а не кто-то другой, — добавила она, охваченная эмоциями. — Я знаю, ужасно так говорить, но я хочу это знать. И еще хочу вспомнить своих родителей, воскресить их образы в своей памяти.

— У вас довольно успешная жизнь. — Раш резко переменил тему разговора, заставив Лору слегка нахмуриться. — Вас не беспокоят последствия вашего участия в исследовании?

Она быстро посмотрела на доктора Джейкобс и ответила:

— Если честно, то беспокоят. Я боюсь заглядывать туда, открывать этот… ящик Пандоры, который пока заперт в моей голове. Но