Хорошие девочки тоже лгут - Карен М. МакМанус

– О нет! – вскрикивает Кэт и хватает меня за плечо. – Вот дерьмо! Кровь! Тебе нужно в больницу. Ты весь в крови…

– Вовсе нет, – раздается позади Кэт спокойный голос. Кто-то мягко вытирает тканью мой лоб и щеки, потом все еще закрытые глаза. – Это не кровь, – поясняет женщина, взявшая на себя заботу обо мне, и поливает лицо чем-то прохладным. – Этот храбрый юноша, Кэт, только что спас тебя от летящего помидора.

Глава 8

Кэт

О, слава богу, что с этим милым неуклюжим парнишкой не случилось ничего серьезного.

– Открой глаза. Давай их промоем, – мягко говорит Джейми.

Мальчик прищуривается, и я понимаю, что все его лицо забрызгано помидорной мякотью. Джейми понемногу льет на него воду и осторожно вытирает полотенцем, вытащенным из нашего чемодана. Постепенно парнишка немного расслабляется, с лица уходит страх. Джейми сейчас в своей стихии, подобная забота дается ей совершенно естественно. В другой жизни из нее вышла бы отличная медсестра.

– Спасибо, – хрипло бормочет парнишка и усиленно моргает. Потом полностью открывает глаза, несколько секунд водит ими вверх, вниз и по сторонам. – Все хорошо. Я отлично вижу.

– Может, у него сотрясение мозга? – спрашиваю я Джейми.

Теперь, когда солнце не светит мне в глаза, а с его лица исчезли все следы помидора, заметно, что парнишка весьма симпатичный – голубоглазый, с золотисто-каштановыми волосами и ямочками на щеках, которые видны, даже если он не улыбается. Несмотря на жаркую погоду, на нем, как и на мне, джинсы и выцветшая зеленая футболка с надписью «Тоусон лакросс».

Джейми усмехается.

– Думаю, он просто… – А потом поворачивается к мальчику и внезапно застывает на месте. – Господи, – выдыхает она и опускается на корточки. Ни разу я не видела маму настолько потрясенной. Резко побледнев, Джейми широко раскрытыми глазами вглядывается в его отмытое лицо. – Ты… такой же, как… невозможно…

– Нет. – Парень прочищает горло. – Простите, да. Это я.

– Кто – ты? – спрашиваю я, переводя взгляд с мамы на него и обратно. Никто из них не отвечает. Развернувшись, я вглядываюсь в спутника парнишки, который до сих пор не потрудился выйти из машины, но вижу лишь большие солнцезащитные очки на его лице. – Мы вас знаем? Вас обоих? Или кого-то одного?

Будто не слыша меня, Джейми пристально смотрит на мальчика. Приподнявшись, он садится на землю.

– Лиам? – тихо спрашивает мама, крепко сжимая в руках влажное испачканное полотенце, которым вытирала ему лицо. – Это в самом деле ты?

Сердце падает куда-то в живот, а потом медленно делает кульбит. Лиам? Знакомое имя. Хотя мы никогда не говорим о его обладателе, а уж тем более о том, другом…

– Конечно же, ты, – кивает Джейми прежде, чем мальчик успевает ответить. – Ты точная его копия.

– Кого? – уточняю я, впрочем, и так уже зная ответ.

Мы все дружно, словно по команде, поворачиваем головы в сторону припаркованной машины и, когда дверь со стороны водителя наконец открывается, один за другим поднимаемся на ноги.

– Легок на помине, – тихо усмехается Лиам.

Я не знала, как выглядит Люк Руни. Фотографий с тех выходных в Вегасе у Джейми не осталось, и я из солидарности с мамой не искала его в Гугле. О чем теперь сильно сожалею. Выйдя из машины, мужчина снимает солнцезащитные очки, и взгляду предстает зеркальное отражение мальчика, стоящего рядом со мной, только на десяток лет старше.

Гребаный Люк Руни. Двенадцать лет назад, когда Джейми ушла от моего отца и вместе со мной начала новую жизнь в Неваде, она выиграла в лотерею пять тысяч долларов. Решив, что удача вновь на ее стороне, мама отправилась в Вегас в надежде выиграть побольше и внести первоначальный взнос за дом. Но вместо этого проиграла все деньги, перебрала бесплатных коктейлей и вышла замуж за первого попавшегося мужчину, с которым познакомилась у бассейна. На следующий день, мучаясь похмельем, она пошла в аптеку за тайленолом. Люк тем временем куда-то исчез, бросив нас с Лиамом одних.

Тот неудачный уик-энд Джейми до сих пор вспоминает со стыдом и корит себя за глупую неосторожность. За то, что не смогла разумно распорядиться выигрышем, подвергла опасности меня и даже после жизни с моим отцом не распознала настораживающих признаков в поведении нового знакомого. Впрочем, Люк оказался мерзавцем совсем иного рода.

– Странно, правда? – Лиам поворачивается ко мне. – Мы с тобой оба – почти точные копии своих родителей. Я тебя сразу узнал, хотя поначалу принял за Джейми. – Он с легкостью произносит ее имя, как будто вовсе не питает того презрения, что вызывает у меня Люк.

– Тебе же было пять, – удивляюсь я. – Как ты можешь помнить?

Наверное, сейчас есть вопросы и поважнее, но, глядя на гребаного Люка Руни, идущего к нам, словно в бесконечно замедленной съемке, я не могу придумать ничего другого. Легкий ветерок шевелит полы его пиджака, под подошвами начищенных до блеска ботинок хрустит гравий; из-за нелепых узких брюк двигается он несколько скованно.

– По свадебной фотографии. С Элвисом, – поясняет Лиам и, видя мое недоумение, бормочет: – Да, наверное, вы свою выбросили. Вполне логично. И ожидаемо.

– Привет, Джейми, – говорит Люк, когда до нас остается несколько футов. Грузовик с продуктами давно скрылся из виду, и дорога вновь полностью опустела. Джейми молча сглатывает, глядя на Люка, как на опасного хищника, который, если вести себя достаточно тихо, может просто развернуться и уйти. – Что за странное совпадение! Как дела?

Он даже не спросил, как его сын, не воскликнул что-то вроде: «Эй, Лиам, ты в норме? Приятель, эта помидорная атака выглядела жестко! Особенно из машины, где я отсиживался, не торопясь тебе на помощь».

– С Лиамом все хорошо. Как мило, что ты спросил, – бросаю я прежде, чем Джейми успевает ответить.

– И тебе здравствуй, Кэт. Вижу, ты ничуть не изменилась, – усмехается Люк.

Он раздражающе красив. Подобные совершенные черты лица можно увидеть на фотографиях с пометкой «после», вывешенных в кабинетах пластических хирургов. Но отчего-то, несмотря на сходство, Лиам выглядит честным и открытым, а Люк похож на льстеца.

– До свидания, Люк Руни, – с удовольствием отзываюсь я, только сейчас понимая, что долгие годы ждала возможности хоть как-то с ним поквитаться.

– Катрина, – вздыхает Джейми. Впрочем, в ее голосе не слышится предупреждения, с каким она обычно произносит мое полное имя.

– Точно, ни капельки, – бормочет сам себе Люк, протирая солнцезащитные очки полой пиджака.

– Фантастика… – Джейми прижимает руки к бледным щекам и переводит взгляд с Лиама на Люка и обратно. – Не могу… вы не… Что