Маскарад - Ксения Комал

class="p1">Август Сергеевич не пошевелился, однако в помещении определённо стало холоднее. Его ледяные глаза излучали презрение и лёгкое непонимание. Даша почувствовала себя крайне неуютно и поспешила встать — всё же зимний лес намного привлекательнее злобного бизнесмена.

— Куда?

— Домой, — честно сказала она. — Спасибо, что разрешили посидеть. Копий у нас нет, так что можете не волноваться.

— А у кого они? — напрягся Август Сергеевич. Было понятно, что иметь дело с двумя незадачливыми алчными девицами ему куда удобнее, чем искать неизвестно кого и неизвестно что с ним делать.

— Не знаю. Мы отдали вам всё, что у нас было. Если копии и существуют, нам о них ничего не…

— Но как? — В его глазах впервые мелькнуло нечто похожее на изумление. — Вы отдаёте мне… всё это, а взамен ничего не требуете, даже не пытаетесь? Просите, я постараюсь.

— Вообще-то, нам не помешала бы машина…

Даша с силой наступила подруге на ногу и очаровательно улыбнулась Малинову.

— Она шутит. Нам ничего не надо, всего доброго.

Бизнесмен был явно растерян. Недоверчиво прижимая папку к груди, он проводил девушек до выхода и, даже не попрощавшись, скрылся в доме. Снова надев треклятые лыжи, хозяйка гостиницы почувствовала себя донельзя несчастной.

— Нет более короткой дороги?

— Она появилась бы, если бы ты позволила мне настоять на машине, — пробурчала Ульяна. — В кои-то веки такой шанс…

— Он бы тебе голову открутил и не поморщился, — безразлично зевнула Даша. — Чёрта с два он занимается честным бизнесом, скорее всего обычный бандит.

— И с каких это пор у бандитов нельзя просить подарков?

— Оказала ему услугу — и радуйся, что живой ушла. По крайней мере, есть вероятность, что он нас теперь не тронет — должна же совесть быть у человека…

— Ты поэтому так на жалость давила? — развеселилась подруга.

— Ага, поэтому, — мрачно буркнула Даша и в очередной раз запнулась о сугроб. — Что ж это такое…

— Намёк на то, что пора обзаводиться личным автотранспортом… Это ещё что? — Она уставилась на следы на снегу и недоумённо наморщила лоб. — Это ведь наши, мы по ним возвращаемся, да?

Даша угрюмо кивнула и, почти завершив процесс вылезания из сугроба, тоже посмотрела на лыжню.

— У меня в глазах троится.

— И у меня. Не считай меня параноиком, но за нами кто-то шёл на лыжах. Причём совсем недавно — глубина следов такая же, как у наших.

— Может, кто-то из твоей деревни?

— Сама-то в это веришь? Нет, за нами точно шли. Жаль, нельзя определить откуда: от деревни — одно дело, а от усадьбы — уже другое. Если последнее, то подозреваемых немного… — Она выразительно посмотрела на подругу и, заметив, что на той совсем нет лица, на всякий случай пояснила: — Это Никита, больше некому.

— Мало ли…

— По-твоему, он действительно здесь рыбачит? — разозлилась Ульяна. — Подумаешь, принёс двух полудохлых рыбёшек, это ни о чём не говорит. Он точно связан с теми, предыдущими.

Даша, которая и сама склонялась к этому варианту, раздосадованно кивнула и с трудом обогнула невысокую пушистую ёлочку. Вместо зловещего образа Никиты в голове отчего-то теснились уроки физкультуры в средней школе. Отчётливо вспомнилось, что лыжи она ненавидит именно с той поры, и никакой таинственный постоялец сейчас не мог бы соперничать с дурацким спортом.

— Он тебе нравится, да? — по-своему поняла её молчание Ульяна. — Лучше дождись нового претендента, тем более они в последнее время косяком пошли.

— Никто мне не нравится, — поморщилась Даша. — Просто твои догадки ничего не дают. Ну следил он за нами, и что с того? Некрасиво, конечно, но заставить его раскаяться мы всё равно не можем, что-то доказать — тоже.

— А сам он вряд ли признается, — помрачнела подруга. — Придётся провести более качественный осмотр его вещей. И не надо взывать к моей совести — как он с нами, так и мы…

Вопреки радужным ожиданиям, ничего интересного в вещах Никиты не оказалось. Девушки ещё раз изучили опрометчиво оставленный в гостинице паспорт, на всякий случай переписали адрес и постарались вернуть всё в исходное положение, что, впрочем, удалось не особенно хорошо.

— Может, он ищет тех двоих? — безрадостно предположила Ульяна. — Ну, допустим, они должны были встретиться втроём…

— А дожили не все, — зловеще закончила Даша. — Может быть, но почему-то у меня такое ощущение, что Никиту интересуем исключительно мы. Подозреваю, что в университете он оказался не случайно, а преследуя нас. Как тебе такой вариант?

— Не радует, — запечалилась подруга. — И так проблем выше крыши, а тут ещё этот… Давай, что ли, напрямую его спросим, на кой чёрт мы ему сдались.

— Так он тебе и ответит. Лучше смотаемся по адресу, указанному в паспорте, пообщаемся с соседями, узнаем, что за семья…

— Вдруг он там только прописан?

— Ну и что? Всё равно хоть какими-то сведениями разживёмся. Или у тебя есть другие предложения?

Таковых не оказалось, и на следующий день подруги отправились в небольшое путешествие.

* * *

Проживал Никита не так уж далеко — понадобились всего пара часов на электричке и дребезжащий автобус, оставивший девушек в неприятном старом районе, который городским можно было считать лишь с заметной натяжкой. Дома там были длинные, одноэтажные и очень нуждавшиеся в ремонте. Местные жители разнообразием тоже не радовали — на улице возле единственного полуподвального магазина теснились любители выпить посреди рабочего дня, рядом, на обшарпанной детской площадке, выгуливались три малыша, за которыми присматривала пожилая женщина — видимо, няня.

В целом картина была достаточно удручающей, и Даша с невольным сочувствием заметила:

— Мне его даже жалко. В конце концов, хочет следить — пусть следит, от нас не убудет.

— Это ты до очередного трупа такая добрая. И ещё хотелось бы знать, как мы будем объясняться с его женой, если она дома.

— Никак. Мы приехали к соседям. — Хозяйка усадьбы сверилась с адресом и недоумённо нахмурилась. — Что-то я не пойму: нам нужна шестнадцатая квартира, а в этом доме от силы восемь.

— Значит, дом не тот. — Ульяна заглянула в бумажку с адресом и начала недовольно обходить строение по кругу. — Может, есть какой-то отдельный корпус?

На поиски нужной квартиры подруги потратили целый час: были опрошены некоторые жители дома, продавщица в магазине и вездесущие старушки, перед обедом приступившие к своему традиционному моциону. Местное население виновато улыбалось и единодушно пожимало плечами. На фамилию Никиты тоже никто не отреагировал.

— Сукин сын, — печально констатировала Ульяна. — Я даже не знаю, как теперь жить с ним под одной крышей.

— Может, ментам сдадим?

— Нам только ментов не хватало. Нет уж, будем делать вид, что всё в порядке. Думаю, он скоро от нас уедет, и жизнь наладится.

— Не понимаю, зачем