Сюжет - Джин Ханфф Корелиц

как с «Кубла-ханом»[16]). Писатели приезжали, когда хотели, проводили время, как хотели, общались с коллегами, если хотели, и уезжали, когда хотели.

В общем и целом, это мало чем отличалось от… курортного отеля.

Джейк навел курсор на меню веб-сайта, открыл вкладку «Перспективы» и неожиданно для себя стал читать описание вакансии координатора досуговой программы, намеченной на начало января. О зарплате не было ни слова. Джейк загуглил городок, чтобы выяснить, какой общественный транспорт ходит туда из Нью-Йорка. Никакой. Тем не менее, это была работа.

Ему действительно нужна была работа.

Неделю спустя он сел в поезд и поехал в Хадсон на встречу с молодым дельцом – ровно на шесть лет моложе Джейка, но уже вытянувшим свой счастливый билет – из семьи, владевшей «Адлоном» третье поколение. По итогам встречи в кофейне на фешенебельной Уоррен-стрит, невзирая на отсутствие у Джейка нужного опыта, он был принят.

– Мне нравится, что наших гостей будет встречать успешный писатель, – сказал ему новый работодатель. – Пусть видят, к чему надо стремиться.

Джейк предпочел оставить это многозначительное высказывание без замечаний.

В любом случае, это было временным решением. Никто по доброй воле не покидал Нью-Йорк в пользу городишка у черта на рогах, во всяком случае, не имея планов вернуться. Что до планов Джейка, они включали оплату жилья в сказочно преображенном Бруклине и, вероятно, в Коблскилле, в нескольких милях к югу от Шэрон-Спрингс, а также виртуальные уроки писательского мастерства и как-бы-работу в Рипли, параллельно с работой в Творческом центре искусств «Адлон». Все это укладывалось в период изгнания в пару лет, максимум – в три года, которых Джейку должно было с лихвой хватить, чтобы начать и закончить новый роман, когда он допишет текущий!

Правда, его текущий роман давно растекся, а нового не было и в проекте.

Зато у Джейка была новая работа, сочетавшая в себе обязанности члена приемной комиссии, администратора-распорядителя и диспетчера, но, как бы грозно это ни звучало, он справлялся без особого труда. Главное, что его напрягало, это необходимость физически присутствовать в «Адлоне» в течение дня (а по выходным быть доступным по телефону круглые сутки), но в остальном работа была не пыльной, и Джейк напоминал себе, что он везунчик. Он вел скромную жизнь и откладывал деньги. Он все так же вращался в литературной и писательской среде, хотя и дальше, чем когда бы то ни было, от своих писательских амбиций. Он все так же имел возможность (которой пренебрегал) работать над своими романами, а между делом продолжал опекать и наставлять других писателей – начинающих, непризнанных, даже писателей вроде него самого, переживающих что-то вроде промежуточного кризиса. Как он однажды заметил в пенобетонной переговорной в кампусе Рипли (насколько он был в курсе, теперь корпус Ричарда Пенга арендовала компания, занимавшаяся организацией корпоративных семинаров и конференций), писатели всегда помогают друг другу.

В тот конкретный день в «Адлоне» размещались шестеро писателей, а это значило, что творческий центр был загружен примерно на двадцать процентов, хотя Джейк все равно не мог понять, что эти люди забыли в занесенном снегом, доживающем свои дни курортном городке, тем более когда до Саратога-Спрингс рукой подать. Трое из них были сестрами под семьдесят, совместно писавшими сагу, основанную – кто бы сомневался? – на истории их семьи. Был также хмурый тип, живший южнее Куперстауна, но каждое утро наезжавший в отель, писавший весь день и уезжавший после обеда. Еще была поэтесса из Монреаля (она почти все время молчала, даже за общим столом) и здоровяк, прибывший пару дней назад из Южной Калифорнии. (Кто в здравом уме оставил бы Южную Калифорнию в январе ради севера штата Нью-Йорк?) Но, в целом, они составляли вполне сговорчивую и бесконфликтную группу, ничего общего с подковерными гадюшниками, какие Джейку доводилось наблюдать в Рагдейле и Виргинии! Сам отель работал как нельзя лучше, насколько это возможно для здания, построенного сто тридцать лет назад, а две поварихи, мать и дочь из Коблскилла, готовили так, что пальчики оближешь, при том что стараться им было особо не для кого. Джейк рассчитывал засесть на несколько часов у себя в кабинете, через стену от бездействовавшей стойки регистрации, и приняться за редактуру четвертого варианта на редкость унылого триллера одного клиента из Милуоки.

Другими словами, его ожидал типичный день, такой, о котором потом можно будет сказать: ничто не предвещало.

Глава шестая

Этот кошмар

Вскоре после ланча (точнее, после того как корзины с ланчем были оставлены у номеров писателей) к Джейку явился здоровяк из Калифорнии. Ему было под тридцать лет, предплечья покрывали татуировки, а со лба свисала густая прядь, которую он то и дело зачесывал назад. Распахнув без стука дверь в кабинет Джейка, он поставил на стол перед ним корзину.

– В общем, это дерьмо.

Джейк взглянул на него исподлобья. Он успел основательно погрузиться в ужасный триллер, сюжет которого был настолько шаблонным, что он заранее мог сказать, что там будет дальше и в каком порядке, даже когда продирался через эту тягомотину в первый раз, а не в четвертый.

– Ланч?

– Дерьмо. Какое-то черное мясо. Сами, что ли, сбили, пока ехали сюда?

Джейк не сдержал улыбку. В округе Скохари, который он проезжал, водители нередко сбивали всякую живность.

– Вы не едите мясо?

– Мясо-то я ем. Только дерьмо не ем.

Джейк откинулся на спинку кресла.

– Сожалею. Почему бы нам не пройти в кухню и не обратиться с этим к Патти и Нэнси, чтобы вы им рассказали, что вам нравится и что не нравится. Мы не всегда можем гарантировать раздельное питание, но мы хотим, чтобы вы были счастливы. Сейчас, когда у нас всего шестеро гостей, мы наверняка сможем подправить меню.

– Этот городок какой-то жалкий. Ничего тут нет.

Да ну. В этом калифорнийский приятель Джейка конкретно заблуждался. Может, золотой век Шэрон-Спрингс и остался в далеком прошлом (однажды даже Оскар Уайлд читал здесь лекцию, в отеле «Павильон»), но в последние годы наметилась тенденция к возрождению. Отреставрировали образцовый местный отель «Американец», вернув ему былую элегантность, а на крохотной главной улице открыли пару неожиданно хороших ресторанов. Но самое главное – двое ребят с Манхэттена, вынужденные оставить свою работу в СМИ из-за кризиса 2008 года, купили местную ферму и стадо коз и принялись делать сыр, мыло и просто создавать движуху, вышедшую за пределы Шэрон-Спрингс, штат Нью-Йорк. Эти двое стали писать книги, запустили свое реалити-шоу и открыли магазин не хуже, чем на главных улицах Восточного Хэмптона или Аспена, прямо напротив отеля «Американец». Это место имело все шансы стать первоклассным туристическим объектом. Разве что не в январе.

– А вы уже все осмотрели? Многие писатели ходят по утрам в кафе «Черная кошка». Там отличный кофе. А в «Бристоле» превосходная еда.