Вся в белом - Мэри Хиггинс Кларк

всегда сравнивала себя со своей младшей сестрой, и даже по прошествии пяти лет со дня исчезновения Аманды она все еще сражалась с памятью о ней.

«Когда я рассказала Шарлотте о своей утренней встрече с Лори Моран, она как будто бы разволновалась, — подумала Сандра. — И немедленно выразила свою готовность поучаствовать в шоу, если телевизионщики одобрят тему».

— Не проходит и дня, чтобы я не вспомнила об Аманде, — сказала тогда Шарлотта.

Но было ведь и то мгновение, когда упоминание имени сестры заставило ее приуныть и срочно затребовать бокал мартини.

Шарлотта хорошая, порядочная женщина, но почему она такая неуверенная в себе, да еще и ревнивая? Сандра вздохнула. Зависть всегда пробуждала в старшей дочери самое худшее. В седьмом классе ее едва не выгнали из школы за мошенничество с экспонатом другой ученицы на ярмарке научных достижений.

Однако, как бы она ни ревновала к Аманде, Шарлотта никогда не причинила бы вреда младшей сестре. Или все-таки она была на это способна? Сандра, ужаснувшаяся уже оттого, что подобная мысль смогла прийти ей в голову, ощутила, как остро перехватило ей горло.

14

Когда поезд № 6, вздрогнув, остановился на станции «96-я улица», Лори заново проигрывала в памяти свой разговор с Джерри. Из передач пятилетней давности он почерпнул больше информации об исчезновении Аманды, чем сумела выяснить она сама за время двухчасового разговора с матерью пропавшей девушки. То есть это дело он знал превосходно. И тем не менее воздержался от того, чтобы предложить для шоу нераскрытое исчезновение, которым интересовался, — из-за одной реплики, которую Моран произнесла в Лос-Анджелесе несколько месяцев назад. «Ты показалась мне печальной, — сказал он. — И я решил…»

Клейн не договорил свою фразу. И в этом не было нужды, потому что решил он правильно. Лори побывала в «Гранд Виктории» единственный раз — в обществе Грега. На вторую годовщину их свадьбы. На Нью-Йорк тогда обрушилась особенно злая зима. Однако больше, чем мороз, Моран угнетало тогда то, что прошел еще один месяц, а она опять не забеременела. Ее личный врач сказала ей, что это совершенно необязательно должно было случиться, но они с Грегом с самого начала супружества очень хотели завести детей.

И Грег, ощутив ее тревогу, однажды в четверг вечером объявил, что устроил себе короткий отпуск и некоторое время не будет выходить на работу в отделение «Скорой помощи» госпиталя Маунт-Синай, где состоял ординатором. Они провели четыре великолепных дня: днем купались и читали на пляже, а по вечерам наслаждались долгими обедами. Через девять месяцев родился Тимми.

«После смерти Грега я чувствовала себя такой одинокой… — думала Лори. — Мы всегда думали, что у нас будет четверо или пятеро детей». Она любила Тимми — мальчик был хорош во всех отношениях, — но никогда не предполагала, что он будет ее единственным ребенком.

Однако теперь, почти через шесть лет после смерти Грега, Моран поняла, что они с Тимми не рискуют остаться в одиночестве. Ее отец Лео ушел со службы в полицейском управлении Нью-Йорка, чтобы помочь ей воспитать сына.

«И на нем список моих близких родственников не заканчивается», — подумала Лори.

Грейс с одного взгляда понимала, что у нее на уме. Джерри видел, что она еще не готова заняться историей о трагедии молодой пары, собиравшейся вступить в брак в том самом отеле, где она однажды радовалась жизни в обществе Грега. Официально Клейн и Гарсия были ее сотрудниками, однако они же составляли и ее семью.

А кроме того, в ее жизни был Алекс. «Но сейчас не будем об этом», — решила она.

Лори торопливо прошла несколько кварталов, отделявших ее от квартиры, и уже, вставляя ключ во входную дверь, ощутила, как напряжение рабочего дня оставляет ее. Она была дома.

15

Дом встретил ее запахом жарившейся на кухне курицы и привычными звуками рисованной баталии, доносившейся из гостиной. «Бах! Ха-ха!» — Тимми играл в «Супер Смэш Бразерс» на своей приставке, а Лео, растянувшись на диване, читал спортивный раздел какой-то газеты. Лори пыталась как можно дольше не позволять ребенку играть в подобные игры, однако даже ей пришлось капитулировать.

— У Марио нет ни единого шанса, — проговорила она, заметив на экране персонажа, вступившего в битву с виртуальной личностью ее сына.

Отвесив смертоносный удар, Тимми с удовлетворением прошипел: «Йессс!» — a потом поднялся, чтобы обнять мать.

— А вот и она, — проговорил Лео, вставая. — Как прошло твое совещание у Бретта?

Женщина улыбнулась, довольная тем, что отец запомнил, каким значимым был для нее сегодняшний день.

— Лучше, чем я ожидала.

— И как он отреагировал на те дела, между которыми ты разрывалась?

— Забудь о них. Сегодня всплыла совершенно жуткая история. — И продюсер пересказала отцу сокращенный вариант утреннего разговора с Сандрой. — Кстати, ты помнишь это дело?

— Смутно. Тогда я еще работал, и преступлений в Нью-Йорке хватало для того, чтобы полностью занять мое внимание.

Лори услышала музыкальную фразу, которой оканчивалась игра, и Тимми опустил на стол свой пульт. Очевидно, он прислушивался к разговору старших.

— Так, значит, ты собираешься снова уехать? — спросил он с легким беспокойством в голосе.

Моран знала, что график ее работы волнует Тимми. Когда они снимали последний выпуск, она решила забрать сына на две недели из школы, чтобы дед приглядывал за ним в Калифорнии. Но Лори не могла позволить себе этого на каждой съемке.

— Тебе понравится, — сказала она. — Лететь далеко не придется, мы будем снимать во Флориде, в двух-трех часах лета отсюда. Если проект одобрят, я даже надеюсь провести съемки в будущем месяце: так, чтобы успеть до того, как тебе нужно будет возвращаться в школу.

— А там есть аквапарк? — поинтересовался мальчик.

Лори послала умственную благодарность Грейс, которая уже выяснила эту важную информацию.

— Угу. В одном из бассейнов желоб высотой в сорок пять футов.

— Потрясно! A Алекс там будет с нами? — спросил Тимми. — Он обязательно захочет спуститься вместе со мной.

Иногда Моран беспокоило то возбуждение, с которым