Убийство в час быка - Ирина Градова

не могут воздействовать на судью или присяжных, описывая, как больно и страшно им было, когда их калечили и убивали: это должен сделать прокурор. Если вы изберете для себя эту службу, всегда помните: адвокат будет «вооружен» намного лучше вас. За ним стоят деньги и связи его клиентов, а за вами – только кропотливая и добросовестная работа следователя… И то, если повезет! – Здесь по аудитории обычно проносились смешки. – Но не забывайте, что, хоть судебный процесс и называется «состязательным», ваш противник – вовсе не адвокат, а тот, кто совершил преступление, причем желательно, чтобы его личность совпадала с личностью обвиняемого! – Тут студенты тоже смеялись. – Адвокат должен доказать, что его подзащитный невиновен, приводя свидетельства и улики в его пользу, а ваша задача их опровергнуть и представить свои, которые судья или присяжные должны счесть более весомыми. Вот почему вам необходимо научиться правильно работать со следствием. Идя в суд, вы обязаны выиграть! Конечно, может так случиться, что вы проиграете, ведь есть на свете вещи, не зависящие от нас. И все же следует делать все возможное, чтобы злодеи понесли заслуженное наказание, а не выкрутились лишь потому, что адвокат был более красноречив и убедителен, а принятое вами дело оказалось «сырым» и не подкрепленным вескими доказательствами!»

Что ж, Даша, сделает все, чтобы выполнить заветы учителя: она заполучит показания, достойные доверия, и никакой переусердствовавший дознаватель не сможет ей помешать!

* * *

Лена Игнатьева оказалась ничем не примечательной двадцатилетней девушкой – разве что слегка полноватой, и это, судя по всему, заставляло ее чувствовать себя непривлекательной. На самом деле она не отличалась от сверстниц и, если бы одевалась чуть поярче, выглядела бы гораздо симпатичнее. А сейчас она облачилась в мешковатый спортивный костюм, что делало ее фигуру бесформенной: Илья знал толк в женской красоте и с сожалением понимал, что таким макаром Лене не добиться успеха у противоположного пола.

– Значит, ты не участвовала в убийстве? – уточнил Илья, делая вид, что записывает слова собеседницы. На самом деле он вовсе не собирался этого делать, ведь пока что Лена не сказала ничего, что отличалось бы от ее первоначальных показаний.

– Нет, конечно! – воскликнула она. – Да я понятия не имела, куда мы идем… Мне кажется, остальные тоже!

– Что ты имеешь в виду?

– Ну, мы проторчали в клубе до половины первого. Ребята что-то приняли, почти все… Капли какие-то, очень вонючие.

– Капли, значит… А ты тоже их принимала?

Девушка энергично затрясла головой.

– Я подобное на дух не переношу! – воскликнула она.

– Ясно. Значит, твои друзья приняли эти капли…

– Никакие они мне не друзья!

– В смысле? – удивился Илья. – Ты же в их компании тусовалась!

– Ну, тусовалась, – с кислым видом подтвердила девушка. – А как по-другому-то?

– Может, объяснишь?

Лена опустила голову и принялась изучать свои руки, вынуждая собеседника сделать то же самое. Ладони у нее были небольшие, с довольно длинными пальцами, однако Илья не мог не заметить, что у девушки есть отвратительная привычка обкусывать ногти до мяса.

– Эти ребята – ну, Марго, Ромка там, – они считаются элитой в универе, понимаете?

– Понимаю, – с серьезным видом кивнул Илья: он и в самом деле отлично знал, что это означает! В каждом сообществе выстраивается своя иерархия – начиная со школы и заканчивая компаниями и фирмами, большими и малыми. Причем чем моложе представители сообщества, тем более конкурентной и даже жестокой может быть борьба за место под солнцем: именно поэтому школьный буллинг является одной из самых серьезных угроз существованию детей и подростков в стенах образовательного учреждения. В вузах «межвидовая» борьба переходит на другой уровень. Студенческое бытие по определению имеет более широкие рамки, нежели школьное, так как его члены обладают большей свободой. Если в детской среде для травли выбирается самый слабый в физическом плане и безответный представитель, то молодежь склонна искать «прорехи» скорее в социально-экономическом статусе жертвы. Возможно, до того, как влиться в так называемую элиту, Лена рисковала стать изгоем? Перед визитом в университет Илья не поленился и изучил подноготную семейства Игнатьевых. Он выяснил, что отец девушки, когда-то успешный бизнесмен в сфере автопрома, в последние годы сдал позиции и оказался в долгах, которые до сих пор безуспешно пытается выплатить. Таким образом, положение его дочери в элитарном университете, да еще и на «блатном» факультете корпоративного управления, скорее всего, незавидное, ведь она не может себе позволить то, что запросто дается ее приятелям, у родителей которых отсутствуют финансовые проблемы.

– Понимаете, – продолжала Лена, подняв глаза на Илью, – очень трудно влиться в коллектив, если не прибьешься к какой-нибудь группе. Есть, правда, и у нас одиночки, но они либо из тех, чьи предки слишком богаты, чтобы они беспокоились о своем положении, либо им плевать на это, потому что они – отпетые маргиналы.

– А что, без выбора сторон учиться невозможно?

– Да нет, учиться-то без проблем, – отмахнулась девушка. – Если стоит задача получить диплом, то можно и вовсе ни с кем не общаться! Но ведь студенческая жизнь не ограничивается одной учебой! Походы в клубы, вечеринки, поездки – все они существуют лишь для тех, кто входит в какую-то группу. На моем факультете почти нет ребят, у которых родители получают среднестатистический доход: все уровнем сильно выше среднего, а твои баллы по ЕГЭ никого не интересуют!

– То есть, если ты хочешь, чтобы тебя приглашали в гости и на тусовки, нужно быть членом сообщества?

– Ага, – уныло кивнула собеседница. – У нас это особенно очевидно: чем выше статус родителей, тем лучше условия!

– Например?

– Например, дни рождения проходят на яхте или в закрытом загородном клубе, а не дома или в каком-нибудь занюханном кафе!

Илья и так все это знал, однако ему хотелось, чтобы Лена почувствовала себя свободно и разговорилась. Поначалу она казалась зажатой, поэтому пришлось пойти на хитрость, беседуя об отвлеченных вещах, чтобы девушка стала более откровенной.

– Но твой папа, насколько мне известно, отнюдь не олигарх, – заметил Илья. – Как же ты попала в круг избранных?

– Да повезло просто… Вернее, я так думала. Сперва я не знала, что в одиночку таким, как я, на факультете не выжить, но к концу первого семестра это стало кристально ясно. Я все понять не могла, почему меня игнорируют: все интересные события проходили без моего участия!

– Неужели ты ни с кем не подружилась?

– Подружилась, но те две девчонки такие же, как я!

– А тебе хотелось праздника каждый день?

Лена стушевалась, и Илья понял, что переборщил с иронией.

– Извини, – сказал он покаянным тоном, – я понимаю, как