Любовное письмо - Люсинда Райли

у членов королевской семьи были любовники и любовницы. И сам факт, что герцогиня Йоркская влюбилась в двойника своего мужа, не слишком взволновал дворец. С этим вполне можно было справиться. Даже замять историю с опасными любовными письмами, которые она настойчиво ему писала – одно из них вы сами видели, – не представляло особого труда. Ведь в то время никто не верил, что ей когда-нибудь суждено стать королевой, а ее мужу – королем. – Роза чуть заметно улыбнулась и, немного помолчав, продолжила: – Однако, по иронии судьбы, самая простая, но могущественная сила в мире в одночасье изменила ход истории.

– Любовь.

– Да, моя дорогая. Любовь.

– И герцогиня все же стала королевой.

Роза кивнула и сделала глоток кофе.

– А теперь подумайте, Джоанна, что такого могло произойти между Майклом О’Коннеллом и герцогиней Йоркской, если это превратилось в самую тщательно охраняемую тайну двадцатого века? Доказательство которой содержалось в простом письме, умышленно написанном охваченной страстью женщиной в стремлении спасти своего любовника. В письме, которое он где-то спрятал и использовал в качестве единственной защиты против обширного арсенала тех, кто жаждал его смерти.

Джоанна тряхнула головой, потом обвела взглядом комнату в поисках ответа. И вдруг потрясенно застыла. Все посторонние звуки, казалось, исчезли, она даже не слышала доносящегося с улицы шума машин.

– О боже мой! Конечно же нет…

– Да, – подтвердила Роза и в свою очередь налила виски пораженной Джоанне, которую била нервная дрожь. – Вы угадали. Но я вам ничего не говорила. – Роза покачала головой. – Такое потрясение я видела лишь однажды на лице Грейс, когда подтвердила ей то, что она слышала через дверь кабинета на Уэлбек-стрит.

– А не лучше ли было ей солгать? Заставить поверить, что она ослышалась? Боже мой. – Джоанна отпила виски. – Я-то вроде совершенно нормальная, но после такой правды… не могу нормально двух слов связать.

– Не сомневаюсь. Да, я в самом деле сперва хотела убедить Грейс, что та ослышалась, но понимала, что не поможет. Эта женщина просто так бы не успокоилась. У нее хватило бы ума заявиться к человеку, который разговаривал в тот день с Джеймсом в кабинете, чтобы услышать все из первых уст. Этот человек, сэр Генри Скотт-Томас, вполне мог уничтожить и ее, и Джеймса, если бы узнал, что ей все известно. Позднее он стал главой МИ-5 и в результате несчастного случая при езде верхом был парализован ниже пояса.

– Мужчина в инвалидном кресле… – прошептала Джоанна. Ее мозг, казалось, перестал работать. Тряхнув головой, она попыталась прогнать серый туман. Нужно взять себя в руки и задать еще несколько вопросов. – Письмо… в нем подтверждается то… о чем мы только что говорили? – Джоанна не смогла заставить себя произнести эти слова вслух.

– Кто знает. Когда я доставила его, оно было надежно спрятано внутри свертка. Впрочем, если письмо все эти годы сохраняло Джеймсу жизнь и позволило ему снискать славу и сколотить состояние прямо под носом у тех, кто желал его смерти, то вероятнее всего да.

– А почему они так и не добрались до вас? В конце концов, именно вы доставляли письма.

– К тому времени я уже покинула дворец и была помолвлена с моим любимым Франсуа. А сразу после доставки того свертка мы поженились и уехали на Луару. Никто не знал о моем участии в этом деле, – тихо хихикнула Роза. – Герцогиня действовала чертовски умно, пока правда не выплыла наружу.

Джоанна вдруг осознала, что всего две недели назад в Йоркшире сама назвала Саймону имя «посланницы».

– Роза, вы в самом деле в опасности! Недавно я сказала кое-кому ваше имя. Боже, мне так жаль. – Джоанна встала. – Уже столько людей погибло… Они ни перед чем не остановятся… Вам нужно немедленно уехать!

– Я в безопасности, по крайней мере сейчас, моя дорогая. В конце концов, мне одной известно, где это письмо. К тому же мои старые поддельные документы времен Второй мировой войны после стольких лет сослужили отличную службу. Франсуа заплатил специалисту кучу денег, и мы превратились в мадам и месье Левуа, граждан Швейцарии. По материнской линии в нем было немного еврейской крови, и Франсуа настоял, просто на всякий случай, чтобы я всегда держала при себе паспорт на это имя. – Роза чуть заметно улыбнулась. – И я приехала в страну и поселилась в этом отеле как мадам Левуа.

Джоанна с восхищением смотрела на необыкновенную женщину, которая так долго хранила тайну, но подвергла свою жизнь риску из любви к давней подруге.

– Вы сказали, что доставили сверток, а не письмо.

– Верно.

– А что лежало в том свертке?

– Моя дорогая, – зевнула Роза, – мне ужасно хочется спать. Понятно же, что эти письма были очень деликатными, в особенности последнее. Попади они не в те руки, и разразилась бы катастрофа. Поэтому герцогиня придумала очень хитроумный способ их прятать.

– Какой?

– Вы ведь видели письмо, которое прислала Грейс. Несмотря на его возраст, наверняка вам бросилось в глаза что-нибудь странное.

Джоанна попыталась вспомнить.

– Да. Если не ошибаюсь, по краям были крошечные дырочки.

Роза чуть кивнула в знак одобрения.

– А теперь, поскольку у нас почти не осталось времени, я помогу вам с последним кусочком головоломки. Но помните: все это лишь ради бедняжки Грейс.

– Конечно, – устало кивнула Джоанна.

– У герцогини в жизни было две страсти. Во-первых, в своих садах она выращивала великолепные розы и, во‐вторых, потрясающе вышивала. – Роза взглянула на Джоанну, которая застыла с непонимающим видом. – Что ж, мне давно пора в кровать. Я скоро уеду из Англии и, пока все не успокоится, поживу у друзей в Америке. Наверное, мне лучше исчезнуть на несколько месяцев, пока не улягутся страсти.

– Пожалуйста, Роза! Не поступайте так со мной! Скажите, где письмо! – умоляла Джоанна.

– Моя дорогая, но я ведь только что уже сказала. Вам осталось только напрячь мозги и внимательно посмотреть по сторонам.

Джоанна поняла, что дальше упрашивать нет смысла.

– Мы еще увидимся?

– Сомневаюсь. А вы – нет? – У Розы заблестели глаза. – Я абсолютно уверена, что вы его найдете.

– Ну не знаю… Розы, вышивка…

– Да, моя дорогая. И в тот миг, как оно окажется у вас в руках, мне придется незамедлительно покинуть Англию. Вы в самом деле собираетесь опубликовать эту историю, невзирая на последствия?

– Да, именно так. Из-за этого письма погибло уже много людей. И я… кое перед кем в долгу. – В глазах Джоанны блеснули слезы.

– Перед вашим возлюбленным?

– Я… да, – вздохнула она. – Он умер, пытаясь спасти мне жизнь. И во всем виновато письмо.

– Что ж, тогда вперед. Как вы