Обмен - Джон Гришэм

чтобы отрываться от беседы. Те, кто работает в самых высоких зданиях Манхэттена, умеют игнорировать виды из окон; пусть на них глазеют посетители.

Загорелый и подтянутый, Джек носил прекрасный льняной костюм и выглядел лет на пятнадцать моложе своего возраста. Выставлять его за дверь казалось позором. Но он не зацикливался на политике фирмы, с которой согласился тридцать лет назад, и менять ее не собирался.

– Вчера я разговаривал с Лукой, – сообщил он довольно мрачно. Очевидно, произошло что-то серьезное.

В огромном мире «Скалли» существовал лишь один Лука. Двадцать лет назад, когда крупная американская юридическая фирма пошла на слияние и принялась поглощать фирмы помельче по всему миру, «Скалли» удалось убедить Луку Сандрони объединить усилия. Он создал отличную международную компанию в Риме и пользовался большим уважением в Европе и Северной Африке.

– Как поживает Лука?

– Не очень. Сообщил, что был у врача и узнал плохую новость. Не уточнил, какую именно, и я не стал спрашивать.

– Ужасно. – Митч хорошо его знал. Лука бывал в Нью-Йорке несколько раз в год и любил приятно провести время. Он обедал у Эбби, а Макдиры останавливались на его просторной вилле в центре Рима. Сандрони очень ценил, что молодая американская пара успела пожить в Италии и узнать ее культуру и язык.

– Он хочет, чтобы ты немедленно отправился в Рим.

Странно, что Лука не обратился с этой просьбой к Митчу напрямую. Впрочем, он всегда соблюдал субординацию. Переданное через Джека сообщение сводилось к тому, что Митч должен бросить все и лететь в Рим.

– Конечно. Не догадываешься, что ему нужно?

– Дело связано с «Ланнак», турецкой строительной компанией.

– Мне доводилось выполнять кое-какую работу для «Ланнак».

– Лука всегда сам представлял интересы этой компании, она отличный клиент. Сейчас в Ливии очередная заварушка, и «Ланнак» в центре событий.

Митч исправно кивнул, пытаясь подавить улыбку. Похоже, его ждет очередное большое приключение! За четыре года работы в качестве партнера он приобрел репутацию командира юридического спецназа, которого фирма «Скалли» посылает на помощь клиентам, попавшим в беду. Этой ролью он наслаждался и ревниво оберегал ее от посягательств коллег.

Джек продолжал:

– Как обычно, Лука скуп на подробности. Он по-прежнему не любит телефон и ненавидит электронную почту. Как тебе известно, он предпочитает обсуждать дела за долгим римским обедом, желательно на свежем воздухе.

– Ясно. В воскресенье вылетаю!

Глава 6

Фирма «Скалли энд Першинг» славилась роскошными офисами по всему миру. Она имела представительства в тридцати одном городе на пяти континентах и арендовала первоклассные помещения в самых престижных местах, как правило, в новых небоскребах, построенных по проектам самых модных архитекторов. Фирма присылала команду собственных дизайнеров-оформителей, и те наполняли каждый офис предметами искусства, тканями и мебелью, присущими данной местности. В какое представительство «Скалли» ни зайди, везде встретишь усладу для глаз и безупречный вкус. На меньшее клиенты не купились бы: они платили юристам фирмы огромные гонорары и желали осязать успех.

За одиннадцать лет работы в фирме Митч посетил около дюжины ее офисов, в основном в Соединенных Штатах и в Европе. По правде говоря, этот блеск ему приелся. Все офисы были уникальны, но при этом неуловимо похожи, и он уже не сбавлял шаг, чтобы рассмотреть стены и полы и оценить по достоинству серьезные вложения в интерьер. Он напомнил себе, что вся эта роскошь вовсе не для него. Она предназначалась для богатых клиентов, потенциальных партнеров и приезжих адвокатов. Митч поймал себя на том, что, как и другие партнеры, ворчит насчет расходов на поддержание фасада, ведь большая часть этих денег могла бы оседать в их карманах.

В Риме все было иначе. Итальянские офисы, как и прочие аспекты юридической практики, всецело находились в руках Луки Сандрони, учредителя. Более тридцати лет он неспешно создавал фирму, которая располагалась в четырехэтажном каменном здании без лифта и с ограниченным обзором из окон. Здание ютилось на Виа-делла-Палья, недалеко от площади Санта-Мария, в районе Трастевере в старом Риме. Вокруг горделиво стояли такие же четырехэтажные дома с лепниной и красными черепичными крышами, построенные столетия назад. Римляне, как новые, так и старые, высоких зданий особо не жаловали.

Митч бывал здесь много раз и любил это место: он словно возвращался в прошлое и получал желанный отдых от неумолимо современного облика остальных офисов «Скалли». Ни одно другое здание фирмы не обладало такой историей, и больше нигде тебе не осмеливались сказать: «Эй, притормози». Лука и его команда усердно работали, пользовались заслуженным авторитетом и много зарабатывали, но, как истые итальянцы, не впадали в трудоголизм, чего ожидали от них американцы.

Митч остановился в переулке и полюбовался массивными двойными дверями. Старая вывеска рядом с ними гласила: «Sandroni studio legale»[1]. Слияние позволило Луке сохранить название фирмы, на чем он особенно настаивал. Митч задумался о том, какие адвокатские конторы видел на этой неделе: и блестящую башню на Манхэттене, в которой работал сам, и обшарпанный салон «Понтиак» в Мемфисе, и сонную каморку Ламара Куина над городской площадью, а теперь и эту.

Он прошел через двери в узкую переднюю, где всегда сидела Миа. Она улыбнулась, вскочила и по обыкновению звонко расцеловала Митча в обе щеки – ритуал, который до сих пор его смущал. Они заговорили по-итальянски, обсуждая основные темы: его перелет, Эбби, мальчиков, погоду. Митч сидел напротив, потягивал эспрессо, который в Риме гораздо вкуснее, и наконец спросил про Луку. Миа помрачнела и на вопрос не ответила. Телефон звонил без передышки.

Лука ждал в своем кабинете – том самом, которым пользовался уже тридцать лет; по меркам «Скалли», совсем небольшом, по крайней мере для управляющего партнера. Он встретил Митча обычными поцелуями и объятиями. Если Лука и был болен, то внешне это никак не сказывалось. Он махнул рукой в сторону небольшого кофейного столика в углу, своего любимого места для встреч, и секретарша спросила насчет напитков и выпечки.

– Как поживает красотка Эбби? – спросил Лука на безупречном английском с легким акцентом. Второй диплом юриста он получил в Стэнфорде. Также он говорил по-французски и по-испански, несколько лет назад мог изъясняться по-арабски, однако позабыл его из-за отсутствия практики.

По мере того как они обсуждали семейные подробности жизни Макдиров, Митч обратил внимание, что голос Луки слабеет. Когда он зажег сигарету, Митч заметил:

– Все еще куришь, как я погляжу.

Лука пожал плечами, словно курение никак не вязалось с проблемами со здоровьем. Двойное окно стояло нараспашку, и дым уходил на улицу. Внизу лежала площадь Санта-Мария, оттуда доносились звуки оживленной