Олесь Бенюх - Любовь и бессмертие Зорге

Шапошников: Докладываю последние данные, Иосиф Виссарионович. На Москву нацелены 51 дивизия, из них 13 танковых и моторизованных. Все они заново доукомплектованы свежим пополнением и новой техникой. Всего группа армии "Центр" генерал-фельдмаршала Бока имеет в своем составе один миллион восемьсот тысяч человек, одну тысячу семьсот танков, четырнадцать тысяч орудий и минометов, одну тысячу триста девяносто самолетов. Наши данные вам известны. Мы уступаем по всем позициям. Кроме того, наши танки и самолеты более чем наполовину устаревших конструкций.

Сталин: Преимущество существенное. Главное - слабые резервы (подходит к карте Советского Союза, внимательно, долго рассматривает Приморье, Сибирь). Отлично обученные, превосходно вооруженные сибирские дивизии привязаны к тем дальним рубежам. Молотов говорил, что японский посол уверяет: Япония верна пакту о ненападении.

Берия (оторвавшись от бумаг): Верить японцам, Иосиф Виссарионович, все равно что верить Гитлеру.

Шапошников: На нашей границе висит двухмиллионная квантунская армия.

Сталин: Насколько помнится, Жуков задал им хорошую трепку на Халхин-Голе.

Жуков: То была сравнительно небольшая операция, товарищ Сталин. А здесь миллионы солдат и масса техники.

Шапошников: И реальная угроза получить войну на два фронта.

Входит Поскребышев.

Поскребышев: Товарищ Сталин, на прием настойчиво просится начальник Главного Разведывательного Управления генерал Голиков. Утверждает - дело неотложное.

Сталин (помедлив): Просите.

Голиков (четко подходит к торцу стола): Разрешите доложить, товарищ Сталин?

Сталин: Докладывайте.

Голиков: За последние два месяца наш резидент в Токио прислал несколько весьма, на наш взгляд, обстоятельно аргументированных радиограмм, в которых утверждается - Япония не будет начинать войну против Советского Союза. Напротив, вероятнее всего свой удар она направит против США и Англии. Вот тексты этих расшифрованных радиограмм (раскрывает папку).

Берия (подбежав к Голикову, из-за его плеча проглядывая бумаги): Ну, конечно, это очередная дезинформация выкормышей подлого предателя Берзина. Ублюдки! Они поставили страну на грань катастрофы. Они продавали все наши секреты за рубеж и оптом, и в розницу.

Сталин смотрит на Берию молча, пронзительно. Берия смолкает, идет к своему креслу. Сталин читает бумаги из папки Голикова.

Сталин: Мне кажется, это очень серьезные донесения. Спасибо, генерал Голиков. Последнее датировано 4 октября, всего несколько дней назад. Приводится текст решения японского кабинета. Рамзай. Рамзай... Да это ведь он предупредил о нападении Гитлера 22 июня?

Голиков: Так точно, он, товарищ Сталин.

Сталин: Вот видите - тогда оказался прав товарищ Рамзай. Кстати, откуда такая странная фамилия?

Голиков: Это псевдоним. Настоящая фамилия этого агента Зорге. Рихард Зорге.

Берия: Немец! Я так и знал - не иначе двойной, а ещё хуже - тройной агент. И на немцев, и на американцев, и на нас шпионит. Вернее - против нас!

Голиков: У Зорге отец - немец, а мать русская. И родился он в России. И считает себя русским.

Сталин: Хорошо. Кто бы он ни был - он дает нам критически важную информацию в критически важные моменты (опять подходит к карте, смотрит на Дальний Восток, Сибирь, Урал. Поворачивается). Что думают по этому поводу военные?

Жуков и Шапошников молчат. Берия подошел, стал рядом с ними. Сталин молча ходит, курит, думает. Останавливается перед Шапошниковым.

Сталин: Приказываю: Снять основные части Дальневосточных армий, оставив там необходимый минимум, и оперативно перебросить их под Москву. И - с Богом!

Выражение лиц у всех разное: у Голикова - торжествующее, у Жукова удовлетворенное, у Шапошникова - бесстрастное, у Берии злобно-ненавистное.

Звучит песня "Дальневосточная".

Сцена тринадцатая

Рейхсканцелярия. Гитлер в задумчивости сидит в глубоком кресле, слегка прикрывшись пледом. За конференц-столом сидят Геббельс, Борман, Гиммлер, Риббентроп.

Гитлер (очень тихо, обреченно): Вот и случилось самое страшное, чего я больше всего боялся.

Геббельс: Что вы имеете в виду, мой фюрер?

Гитлер (смотрит на него потухшими глазами): Что я имею в виду? И вы, вы Йозеф, меня об этом спрашиваете? (Поворачивается к карте мира, медленно встает, подходит к ней). Пирл-Харбор... Красивое название - Жемчужная Гавань. Не удалось нам уговорить Японию обрушить удар на Россию. Не у-да-лось... (По мере того, как он говорит, голос повышается). Наше посольство (смотрит на Риббентропа), наше землячество - две тысячи человек - с тамошним партайгеноссе (смотрит на Бормана), наши доблестные спецслужбы (смотрит на Гиммлера), наши пропагандистские ассы - все, все оказались бессильны. Хирохито пошел войной на Америку. Сталин и Молотов безмерно рады - угроза войны на два фронта их миновала. Теперь она нависла над нами. Вторично!

Гиммлер: Насколько я понимаю (смотрит на Риббентропа), японцы не отказываются от возможного начала военных действий в Манчжурии в ближайшем будущем.

Риббентроп: Наш посол в Токио Отт докладывает именно в таком духе. Вот его последняя телеграмма (достает бумаги из папки, лежащей перед ним на столе).

Гитлер: Ваш Отт - болван, бездарь, пустышка. И я этому тупице присвоил генеральское звание! Он и унтер-офицером быть недостоин.

Борман: Партийная организация немецкого землячества в Японии преданная рейху ячейка.

Геббельс: Все органы пропагандистского воздействия работали безупречно.

Гиммлер: Что касается спецслужб, мой фюрер...

Гитлер (взрываясь): Майн готт, да вы не понимаете вселенского объема катастрофы, которая случилась. Вот сводки о начале русского наступления под Москвой! (Машет бумагами перед лицами сидящих соратников). Сталин снял с Дальнего Востока отборные войска и перебросил их на Запад, против нас. И сделал он это задолго до того, как Япония повернулась против США. У его границ на Дальнем Востоке стоит мощная квантунская армия, а он оголяет, да-да, оголяет эти границы. Почему? Откуда такая смелость? И в самый критический для нас момент!

Риббентроп: Вероятно, русским как-то удалось договориться с Токио. Переговоры между ними велись то более, то менее интенсивно все последнее время.

Гитлер: Чушь, чушь и в третий раз чушь! (Садится, успокаивается, вновь тихим голосом): Кто такой... (заглядывает в раскрытый блокнот) Кто такой Зорге? Да, Зорге Рихард? (Сидящие за столом переглядываются, недоуменно пожимают плечами).

Геббельс (слегка хлопнув ладонью по столу): Конечно же, Рихард Зорге, вспомнил. Известный журналист, корреспондент "Франкфуртер цайтунг". Очень талантлив.

Гитлер: У тебя, Йозеф, всегда была хорошая память. Больше никто не помнит? (Молчание). Тогда я вам напомню, господа. (Постепенно вновь распаляясь). Это тот человек, которому вы, Мартин, предложили возглавить нашу парторганизацию в Японии. Это тот человек, которого вы, Йозеф, особо привечали и отмечали. Это тот человек, секретные депеши которого вы, Иоахим, читали под псевдонимом нашего посла в Токио. Да-да, под псевдонимом, ибо все важнейшие телеграммы и справки писал за Отта Рихард Зорге. Наконец, это тот человек, Генрих, которого постоянно питал сверхсекретной информацией шеф гестапо в Токио! (Падает в кресло, прикрыв глаза рукой. Ледяное молчание. После долгой паузы Гитлер берет со стола несколько скрепленных листов, бесстрастно говорит) Сегодня я получил конфиденциальную записку от японского посла. В Японии раскрыта разведывательная шпионская организация. Она имела широчайшие контакты - от императорской семьи и членов кабинета, высшего генералитета и генштаба, промышленников и банкиров до клерков и солдат. Эта организация не только получала секретнейшие документы и сведения о Третьем рейхе через наше посольство и, разумеется, от японцев - о Японии, но и действенно влияла на всю политику японской империи. Руководил этой организацией Рихард Зорге и работала она... (пауза) на русских, на большевистскую Россию, на Сталина!

Пауза. Гитлер подходит к каждому, сидящему за столом, заглядывает в глаза.

Гитлер (тихо, обреченно): Как, я вас спрашиваю - как могло такое случиться, чтобы какой-то полукровка, немец с половиной русской крови, родившийся в России, видный активист Коммунистической партии Германии, обвел вокруг пальца все наши ведомства и службы?

Гиммлер (встает, бледный, дрожащий): Я вспомнил, мой фюрер. В свое время адмирал Канарис и генерал Шелленберг высказывали свои подозрения по поводу этого человека. Тогда по их сигналам работало управление Кальтенбрунера. Не было найдено достаточно необходимых доказательств.

Гитлер: Вот именно потому, что тогда не было, как вы выражаетесь, найдено достаточно необходимых доказательств, Япония повернула не против России, а совсем в другую сторону - против Америки, Сталин снял войска с Дальнего Востоке и мы, мы с вами имеем первое крупное русское наступление.