Лев Пучков - Рекруты удачи

В тот момент мне казалось, что на нас вышло поглазеть все село. Представьте себе двух военных придурков, невесть откуда вылезших средь бела дня, без какого-либо прикрытия… Гуляют себе этак беззаботно по вражьему селу и вдобавок волокут что-то такое непонятное…

— Веселее, Вася! — Я втягивал голову в плечи, ежесекундно ожидая выстрела, и стоически игнорировал десятки пристальных взглядов — почти у каждой второй калитки торчали деды, дети, дамы чеченские. — Мы тут гуляем мал-мал, не делай такое серьезное лицо! Ты же чеченский озорной гуляка, улыбайся! Рассказывай что-нибудь, ручкой помахивай…

— Больше всего сейчас хочется упасть и заползти в канаву, — пожаловался Вася, кривя личико в вымученной страдальческой улыбке и помахивая свободной рукой. — Затылком чую, смотрят на меня сквозь прицел! Пешком, в полный рост, в снайперских секторах… Ну, это вообще жопа…

— Садам, аксакал! — Мы добрались до первого переулка и прошли мимо первого деда, сидящего у калитки.

Дед крякнул, покачал головой и ничего не сказал. Наверно, так и не понял, в чем тут прикол.

Немного отпустило: все-таки среди строений, если с первого выстрела не снимут, есть где укрыться.

— А ты обратил внимание, Вася, — в нас не стреляют?

— Не, не обратил… Но точно — не стреляют. Если мы еще дотопаем до калитки Руслана…

Мы таки дотопали. Бросили мешок наземь, показательно потрясли кистями рук — тяжела ты, блин, ноша непонятная! Я вежливо постучал в калитку и шепотом предупредил:

— Вася, я очень прошу — не хватайся сразу за «ствол»! Веди себя как можно беспечнее. «Ствол» — только по моей команде…

— Понял, — кивнул Вася, в скрюченных пальцах рук которого легко угадывалась тоска по оружейному металлу. — Понял…

Калитка распахнулась — возник тот самый аксакал, который первым обнимал прибывшего Руслана. Видимо, отец.

— Маршалла ду хьога! — Я с чувством выдал на-гора весь свой запас. — Вогха стаг могушалла муха ю хьян?

— Дукха вехийла хье, — несколько озадаченно пробормотал аксакал. — Нохчо ву? Хье мичах вехаш ву?

— Мы к Руслану. — На этом мой запас и кончился. — От Абая.

— От Абая?!

В тоне аксакала сквозило недоумение. Типа — такие босяки, вовсе не нохчо, и от Абая?

— Да, от Абая. — Я очень дружелюбно улыбнулся, махнул рукой куда-то за околицу и ткнул пальцем в наш многозначительный мешок. — Он сейчас очень занят, подойти не может. Вот, просил передать…

— Щто это? — Мешок, как и следовало ожидать, аксакала заинтриговал.

— Он сказал — Рустик знает, — фамильярно подмигнул я. — Вы позволите зайти или нам тут подождать?

— Захады. — Аксакал посторонился, пропуская нас во двор, и закрыл калитку.

Вот так все просто, дорогие мои. Уфф! Мы на месте. Живы, здоровы, с оружием и вне снайперских секторов. Просторный двор усадьбы Балаевых, как водится, почти на две трети площади перекрыт шифером.

«Нива» с раскрытой правой дверцей стояла у самых ворот. Под навесом две женщины копошились у стола. Мальчишка лет десяти разжигал мангал. Собак не было. Аксакал громко позвал:

— Руслан! …и направился к скамейке под навесом.

Мы положили мешок рядом с «Нивой» и потихоньку двинулись к крыльцу.

Из-за угла дома вышел Руслан — в тельнике, обрезках резиновых сапог на босу ногу, на ходу вытирая лицо полотенцем.

— Вася! — тихо скомандовал я, положив руку на цевье оружия.

Руслан увидел меня, вздрогнул и замер на месте. Не ожидал!

— Салам, Рустик, салам, родной! — Вася распахнул объятия и бросился к нашему фигуранту. — Как я рад тебя видеть!

Левой рукой Вася обнял Руслана за шею, а правую прижал к его животу. В этой правой была зажата граната «Ф-1». Без кольца. Кольцо было надето на торчащий в неприличном американском символе средний палец. Когда успел — черт его знает, ну прям факир, мать его так! И встал так ловко — спиной ко всем, гранату видел только я.

— Держи колечко, родной мой, — задушевно предложил Вася, медленно увлекая Руслана к «Ниве». — Держи и улыбайся. Это наше с тобой дело, твоих родных совершенно не касается…

Руслан взял предложенное колечко и с окаменевшим лицом продолжал двигаться в танце с Васей, приближаясь к «Ниве».

Трое под навесом все бросили, развернулись к нам, уставились с любопытством. Аксакал тоже оторвал зад от скамейки, вытянул шею. Пока никто не понял, что происходит.

— Руслан, мы ничего против тебя и твоей семьи не имеем, — тихонько сообщил я, шагнув к милой парочке. — Но мы хотим уйти отсюда живыми. Если ты сейчас поедешь с нами, никто не пострадает. Мы выедем за село и сразу тебя отпустим. Я тебя прошу — веди себя смирно, или мы умрем все вместе…

Аксакал что-то спросил — в голосе его слышалось недоумение.

Руслан, обернувшись, ответил — довольно спокойно, типа, нормально все. Аксакал сел обратно, но продолжал глазеть. Надо учить чеченский — пригодится…

— Вася, перестань его обнимать, это уже становится неприличным, — прошептал я, открывая правую дверь «Нивы» и откидывая сиденье. — Он умный, никуда не денется. Он знает, каков радиус поражения, и отдает себе отчет, что его родные не успеют укрыться от гранаты. Кроме того, он уверен, что мы не ограничились гранатой и у нас для него есть сюрприз… Я прав, Руслан?

Руслан безмолвно кивнул. В глазах его плясали огоньки растерянности, приправленные солидной порцией гнева. Ух, как бы он нас сокрушил, будь его воля!

Аксакал опять что-то спросил. Вася сунул руку с гранатой за пазуху и перестал обнимать Руслана. Руслан обернулся ко мне и с дрожью в голосе поинтересовался:

— Что в мешке?

Ух, какие мы любопытные! Тут сейчас сына со двора сведут, как краденого жеребца, а нас все балабас интересует!

— В мешке тряпки, одна штучка и два кило всякой дряни, — невозмутимо соврал я, доставая из кармана рацию и многозначительно взвешивая ее в руке. — Кило пластита, кило подшипников и радиовзрыватель. Жму на кнопку — и привет семье. Если мы благополучно уедем за село, я дезактивирую станцию и отдам ее тебе. Ты едешь с нами?

— Еду. — Взгляд Руслана померк, гнев закономерно перетек в тупое отчаяние. — Конечно, еду… Что сказать отцу?

— Скажи, что это оборудование, для дела. Трогать нельзя ни в коем случае. Ты сейчас вернешься, все спрячешь сам.

Руслан ответил отцу — тот кивнул, больше вопросов задавать не стал. Для дела, так для дела. Сын занят почетным, нужным и важным делом, спрашивать лишнее не пристало.

— Как сядем? — адресовался я к Васе.

— Я за руль. Ты сзади. Руслан — рядом со мной. Стекла тонированные, если будут стрелять наобум, обязательно в него попадут. Давай, садимся…

Мы уселись по Васиному расчету — я продолжал держать рацию на виду, демонстрируя готовность в любой момент осуществить свой дьявольский план. Руслан передал Васе ключи, стравил стекло со своей стороны и коротко отдал распоряжение. Пацан из-под навеса метнулся, распахнул ворота. Вася забрал заветное колечко, вставил чеку в гранату, завел двигатель, немного погазовал и плавно выехал со двора. Через пятнадцать метров он притормозил, поднял стекло со стороны пленника и достал из кармана обрезок репшнура.

— Извини, брат, — придется тебя связать. Ты у нас опытный, мало ли… Ну-ка, ручки за спину!

— Неудобно — за спину, — давя в себе ненависть, пробормотал Руслан. — Резко тормозить будешь — как держаться?

— Я не буду — резко, — пообещал Вася. — Мы по едем плавно и спокойно. Руки, я сказал!

Спеленав Руслана, мы покатили дальше. На улице было спокойно, никто не обращал на нас внимания. Сердечко мое притаилось в груди, желая радостно помчаться вскачь, но пока что сомневаясь — осталось тут всего ничего, выехать за село, но…

За село мы выехали, но не так далеко, как хотелось бы. Едва миновали околицу, в бардачке зашипела рация и начала тревожно задавать вопросы по-чеченски… голосом Абая!

— Надо было обыскать тачку. — Вася раскрыл «бардачок» — там лежал «Кенвуд», точно такой же, как и у нас. — Ну и что теперь?

— Старый знакомый! — Я потянулся вперед, взял рацию и преувеличенно бодро воскликнул:

— Салам, Абай! Это Костя Воронцов. Мы тут с Рустиком прогуляться решили. Так вы того… не дуркуйте, дайте нам спокойно проехать. А то у нас тут гранат немерено, да и бомбочка с сюрпризом имеется…

— Стой! — удивительно ровным голосом скомандовал Абай — вот выдержка у парня! — Мы не знаем, точно Руслан у вас или вы брешете. Не получим подтверждения — огонь на поражение. Стой, я сказал!

— Вот же бляха-муха… — Вася остановил машину. — Мы тут — как в тире! Дай ему, пусть скажет.

— Держи. — Я нажал манипулятор и поднес рацию к лицу Руслана. — Подтверди.

Руслан быстро затараторил по-чеченски. Судя по тону, ничего он там не злоумышлял — просто транслировал ситуацию. Я отпустил манипулятор, ожидая ответа Абая. Тот думал несколько секунд, затем выдал что-то на родном — тем же ровным тоном. Поди, пойми, что сказал! Нет, надо, надо учить язык! Этак и опростоволоситься недолго…