Лев Пучков - Рекруты удачи

В окрестностях Дышне-Ведено Веденского р-на в ходе разведывательно-поисковых мероприятий была обнаружена банда, действующая в этом районе и занимающаяся организацией ДТА в отношении федеральных сил и местных органов власти. В ходе боестолкновения подразделения ФС среди военнослужащих потерь нет. Количество убитых и раненых бандитов уточняется.

На участке железной дороги Джалка — Гудермес боевиками огнем из стрелкового оружия и подстволъных гранатометов был обстрелян спецпоезд «Байкал». Штатным вооружением поезда при поддержке боевых вертолетов огневые точки бандитов были уничтожены. Потери боевиков уточняются.

Военнослужащими военной комендатуры Курчалойского района совместно с представителями МВД во время проведения адресных мероприятий в н. п. Курчалой при оказании вооруженного сопротивления был уничтожен член НВФ Умаров Умар 1982 г. р. У боевика обнаружено 2 автомата «АК-74» и 350 патронов.

При проведении оперативно-розыскных мероприятий в Ножай-Юртовском р-не обнаружен тайник, в котором находилось 210 30-мм артиллерийских снарядов, 2 самодельных взрывных устройства, граната и 43 кг наркотического вещества — конопли.

Помимо вышеперечисленного, подразделениями федеральных сил обнаружено, уничтожено или изъято: 6 ед. стрелкового оружия, 5 охотничьих ружей, 4, 5 тысячи патронов различных калибров, 19 гранат, 4 самодельных взрывных устройства и 5 килограммов наркотических веществ.

Временный пресс-центр МВД РФ в Северо-Кавказском регионе…»

…День клонился к вечеру, делать было нечего. Смену отправили, братья-ростовчане убыли с провиантом и пивом на «кичу» — проведать каторжанина Григория. Лиза с Петрушиным от скуки включили дизель и сели в «столовой» с полуведерным чайником. Гоняли чаи, чинно смотрели видак — на свежем воздухе, безопасно и полезно.

Иванов по форме № 2 (штаны — голый торс) сидел в своем обшарпанном модуле, в виду выставленного окна бездумно смотрел на Лизу с Петрушиным и что-то черкал на бумаге. Начеркав, так же бездумно читал, пожимал плечами, комкал исписанные листки и бросал их в корзину. Надо потом сжечь — секретно.

Полковник жестоко страдал. С утра звонил представитель Витя, интересовался ситуацией по делу и бросал непрозрачные намеки по поводу низкой эффективности. В конце разговора потребовал показать хоть какой-то результат.

— А то я уже начинаю думать, что ошибся в вас, дорогой Сергей Петрович…

Ситуация была — оторви да брось. Ибрагим мертв, ребятишки Абая — аналогично, сам Абай благополучно ушел, подозрения по поводу Вахромеева так и остались висеть в воздухе, удастся ли заполучить товарища Балаева — совершенно непонятно… В общем — по нулям.

Весь день Иванов мучительно рожал красивую и стратегически тонкую комбинацию. Нужно было придумать нечто такое, что оправдало бы все просчеты и с лихвой окупило упования представителя.

Роды были тяжелыми. Иванов выписывал круги вокруг неказистой фигуры Вахромеева и никак не мог подойти на нужную дистанцию — чтобы взять гада за жабры и одновременно не спугнуть раньше времени. В данном случае он уже не имел права на ошибку, требовалось сработать настолько филигранно, чтобы данный эпизод вошел во все учебники по оперативному искусству!

— …Дутый герой. И чего там смотреть?

— Трюки неплохие. Дерется он неслабо. Давай трюки посмотрим, а остальное я промотаю…

Иванов на минуту отвлекся на Лизу с Петрушиным. Коллеги обсуждали очередность просмотра фильмов. Лиза притащила от связисток «Унесенные ветром» и «Скарлетт». «Унесенные» подходили к концу, теперь Петрушин требовал воткнуть в свою очередь «Захват-2» со Стивеном Сигалом, а Лиза желала сразу перейти на дальнейшие приключения беспринципной ирландки.

— Идите к нам, Сергей Петрович! — позвала Лиза. — Вам же оттуда плохо видно!

— Эх, мне бы ваши проблемы! — жалобно простонал Иванов. — Вот же везет людям…

В этот момент беспринципная ирландка томно выдала что-то типа: «…если много думать, так и голова разболеться может! Подумаю-ка я об этом завтра…»

— И это правильно! — воскликнул вдруг Иванов, надевая футболку — неприлично по форме № 2 в люди выходить. — Подумаю завтра — хватит голову ломать. А сегодня надо расслабиться!

Как расслабиться военному человеку в отрыве от ППД? Первый вариант — водки выпить. Второй — много водки. Третий — употребить столько, чтобы себя не помнить. Проверено — как рукой снимает все головные боли. По крайней мере, до следующего утра.

— У меня по графику сегодня — упиться вдрызг, — объявил полковник, выходя в люди с двумя бутылками водки. — Господин Петрушин — извольте поприсутствовать.

— У вас по графику сегодня — аналитическая работа, — с некоторым удивлением заметил Петрушин. — Вы с утра доводили…

— Это было с утра, а теперь вечер. — Иванов откупорил бутылку и разлил по кружкам первую порцию. — Ну что — поехали?

— Со мной вы далеко не уедете. — Петрушин с сомнением взял кружку и понюхал. — Вы же в курсе, я не злоупотребляю.

— Ничего, коллега, — Иванов поднял свой сосуд. — Я с тобой разгонюсь, а там Глебыч подтянется. Поехали…

Однако до Глебыча было еще не скоро — только начало смеркаться, смена будет часа через два. Петрушин употребил с начальником три по пятьдесят и позорно сошел с дистанции. Иванов посидел немного, тупо пялясь в мерцающий экран, взял вторую бутылку и отправился к особистам.

Особисты не подкачали — словно чувствуя сердечную печаль коллеги, уже полчаса сидели в своем вагончике и отмечали чей-то день рождения. Иванов не стал уточнять, чей именно, но неприятно озаботился присутствием главного контрразведчика — Вахромеева.

Вахромеев демократично заседал во главе богато накрытого стола и работал сегодня этаким общедоступным душкой — шутил, смеялся, морду лица имел непринужденно-панибратскую. Умеет ведь, гад, когда надо…

— Сволочь, — со злобой подумал Иванов, узрев главного шпиона в окружении честной особистской братии. — Шпион… Позор нашего клана!

— Петрович!!! — радостно заорал «шпион». — Вот кстати-то! Давай сюда, ко мне. А ну — штрафную…

Петрович без эмоций махнул штрафную — граммов сто пятьдесят, не меньше, и присел рядышком с предателем — кто-то потеснился. Посидел минут десять, закусил не глядя…

И тут вдруг освобожденное алкоголем сознание выдало ту самую красивую комбинацию! Филигранную, со всех сторон обеспеченную — просто загляденье!

— В отделе есть кто? — слегка заплетающимся языком поинтересовался в пространство Иванов, избегая смотреть на шпиона.

— Валера Федоров дежурит, — сообщил Вахромеев. — А что хотел?

— Мне позвонить…

— Вон, в тамбуре аппарат — звони, — предложил Вахромеев. — Зачем ноги бить…

— Мне по делу, — покачал головой Иванов. Расчет был безошибочным — этика контрразведчика предписывает не интересоваться без надобности делами коллеги. Дела разные бывают. Если можно, сам расскажет. А есть ведь и такие дела, что интересоваться — себе дороже!

— Ну, раз так — давай. Мы тебя ждем, не задерживайся…

Отдел был в двух шагах. Иванов мог бы и от себя позвонить, но в отделе была прямая линия с УФСБ, минуя коммутатор. А в таком деле чем меньше лишних ушей — тем лучше…

— Сиди, сиди, — успокоил Иванов вскочившего при его появлении капитана. — Что ты прям как не родной? Я недолго — шефам отзвонюсь…

— Дежурный по управлению майор Гуляев, — скороговоркой выпалила трубка.

— Полковник контрразведки Иванов. Мы знакомы?

— Я про вас знаю, — компетентно сообщил Гуляев. — Но лично не встречались. Что вы хотели?

— Хотел пообщаться с Олегом Викторовичем (начальник УФСБ). По рабочему вопросу.

— Позвоните завтра в приемную, вам назначат, — дежурно ответствовал Гуляев.

— Мне нужно прямо сейчас, — нескромно заявил Иванов. — Я же сказал — по рабочему. Мне нужно срочно доложить…

— Но его сейчас нет в управлении, — нехотя выдал военную тайну Гуляев. — Будет только завтра.

— Хорошо, дайте мне его координаты, — не отставал Иванов. — Дело срочное, он просил доложить как закончу…

— Координаты не даем, — отрезал Гуляев. — Если дело срочное, доложите ответственному.

— Хорошо, давай ответственного, — не раздумывая, согласился Иванов. — Кто у нас ответственный?

— Андрей Федорович. Подождите минутку, я уточню, будет ли он с вами разговаривать…

«Барство какое-то! — недовольно подумал Иванов. — Изволит ли барин снизойти… Андрей Федорович… Черт — так это же Мохов!»

Первый зам — Мохов — сидел тогда с Вахромеевым на террасе у «Азамата»… Значит, у них приятельские отношения! Ну и как с ним такой вопрос решать?

Однако уже было поздно сдавать назад — что называется, назвался груздем…