Наемник «S» ранга - Отшельник Извращённый

Каждый исполнял свою роль, действуя будто слаженный механизм. Я даже улыбнулся, проникшись, и вспомнил ярмарки из своего мира. Там было нечто подобное.

— Не это ли ищешь, красна девица, — прохрипел Эд, обливаясь потом в костюме и протягивая Белле яблоко. — Прекрасный плод для столь прекрасной красоты.

— Ох, это же оно… — одарила она пухляша незаметным испепеляющим взглядом. — Моё яблоко мечты…

Взяв фрукт, Белла обронила его и артистично ахнула, прикрыв ладошкой рот.

— Моё яблочко… Ой…

— Поймал, — высокомерно и с прохладой в голосе сказал я, подхватывая фрукт.

— Благодарю вас, достопочтенный рыцарь, — улыбнулась Белла, вытянув ладонь. — Вы очень помогли… Не знаю, что бы я делала без вас…

— Купили бы другое яблоко, — ответил я и откусил фрукт. — Сочное… Как я и люблю.

— Что же вы наделали?! — вышла на фальцет Белла. — Вы отняли моё прекрасное яблоко!

Вслед за её криком на сцене появился Лео, облачённый в золотые доспехи.

— Госпожа, что случилось?! — прогудел здоровяк. — Этот человек оскорбил вас?!

— Ох, милый Ангорио! Хорошо, что ты со мной! — распалялась Белла. — Не познать мне радости, осталась лишь печаль! Яблоко моё, заветное и желанное, вкусил этот смутьян!

Ага, я бы вкусил твоего яблочка… И заплыл бы между долек.

— Кто вы и как смели свершить столь подлый поступок?! — артистично сыграл Лео, чем удивил, вообще, всех. — Назовите себя!

— Ганзар из Назарета, — бросил я откушенное яблоко в картонный нагрудник Лео и услышал ошеломленный вздох учителя, ведь этого не было в сценарии.

— Талант… — прошептал он, ахнув.

Сказать, что от моего поступка охерели все, не сказать ничего. Даже Лео застыл, но я ему подмигнул, мол не тупи и продолжай.

— Ганзар из Назарета! Я — Ангорио Регальдо, личный рыцарь и телохранитель прекрасной первой принцессы Джульетты Фанорской, вызываю вас на смертельную дуэль! Пусть небо и духи предков рассудят нас!

— О-о-о, Ангорио! Мой герой! — вздохнула Белла.

— Дуэль, значит, — высокомерно произнёс я и подошёл вплотную к Лео. — Так тому и быть, рыцарь! Но если я выиграю тебя, то Джульетта станет моей! — и указал в сторону Беллы.

— Как смеешь ты требовать подобное?! — возмутилась она. — Где честь твоя, Ганзар из Назарета?!

— Честь моя со мною в доле, Фанорская Джульетта.

Прожектора погасли, свет в аудитории стал ярче и в следующий миг всё помещение потонуло в рукоплесканиях.

— Блестяще! Это блестяще! — воодушевленно кричал учитель. — Гениально! Шедевр!

Белла облегчённо вздохнула и улыбнулась, Лео почесал затылок, а я сунул руки в карманы. Гениально? Вроде ничего такого… Ну, преподу, наверное, виднее.

Мы сняли костюмы и отнесли их с остальными тканями в прачечную, после чего свалили с парнями из драм кружка. И стоило переступить порог, как Эд потёр ладони и возбужденно произнёс:

— Ну что, парни, девочки сами себя не споят! Проверим сегодня, на что способны руки этих… рукопашниц! — показал он незатейливое движение, будто наглаживает стержень. У самого ухмылка до ушей.

— Пошли уже, ловелас, — хмыкнул я и вытащил из кармана смятые кредиты, вспомнив, что у Эда нет денег. — Я плачу. Только чур, та длинноногая блондинка моя.

— Я беру рыжулю! Ту, которая с фингалом! — забил Эдвард себе жертву.

— А я всех остальных… — мечтательно прогудел Лео, пока мы шли по коридору.

— Хм, а как же Джо? — спросил я.

— С ним Лео поделится, — махнул Эд и взглянул на часы. — Блин! Давайте быстрее! Тот магаз работает до пяти!

Глава 18

— Какого чёрта вы опять затеяли? — возмущался Джозеф, глядя на пакеты полные бухла и снеков. — Только же у директора были!

— Понедельник — день тяжёлый, Джози, — ухмыльнулся Эд. — Тем более, мы теперь в драмкружке, а все знают, что актёры любят прибухнуть.

— Но не в моей же комнате! — продолжал распалятся староста, держа руки на боках.

— Нашей, Джозеф, — вставил я и, посмотрев на его прикид, с улыбкой сказал: — Да и потом… Меняй давай носки, трусы и приводи себя в порядок. Скоро к нам нагрянет целый табун кобылок, а ты не готов.

— Чего?! — взлетели брови у Джо. — Каких ещё кобылок?! Вы что опять устроили?!

— Это всё Лео, — вытаскивал Эд пиво из пакетов. — Так что «спасибо» если чё ему говори.

Прищурившись, староста недоверчиво посмотрел на здоровяка, явно сомневаясь. Лео же просто пожал плечами и улыбнулся.

— Оно само получилось…

— Купер… — взмолился Джозеф, пока я открывал наливку и готовил стаканы. — Хотя бы ты поддержи меня! Они ж опять в неприятности попадут!

— Эх, Джозеф, как мне однажды сказала дрянная старуха: иногда бессмысленно бороться с течением, молодой человек, — меня аж передёрнуло от воспоминаний. — Тем более, я сторговался, что блондинка моя.

— Какая ещё блондинка? — не понял Джо.

— Длинноногая… — вспомнил я ножки той рукопашницы.

— С сиськами… — вздохнул Эдвард.

— Красивая… — прогудел Лео.

Ответили мы один за другим, готовясь к предстоящему веселью.

— Короче, Джо, — положил Эд руку на плечо очкарика, серьезно спросив: — Ты с нами? Если не хочешь, можешь идти в нашу с Лео комнату и тогда будешь не при делах, чтобы не случилось.

Староста смотрел, как я смешиваю пиво со сливочной наливкой, а Лео открывал пакеты с чипсами и сухариками. Не говоря ни слова, он вздохнул, взял бутылку из моей руки и смачно приложился к горлышку.

Глоть. Глоть. Глоть.

— Твою же ж мать… — прошептал Эд, а мы с Лео охеревали. — Джози, хорош! Тебя же убьёт!

— Ха… — выдохнул староста, осушив литр алкашки и вытерев рот тыльной стороной ладони. — Хорошо пошла. Так, желторотики, — посмотрел он на нас поплывшим взглядом. — Я в душ, побрею бойца, а вы пока наливайте. Сразу говорю, я беру троих. На меньшее не согласен.

Взяв по пути полотенце, канцелярский нож со стола и одежду из шкафа, Джо поплыл на выход из комнаты, открыл дверь, зацепив её плечом, и ударил кулаком по косяку.

— Не мешай мне, дверь! — рыкнул он и двинулся дальше.

— Парни, это что за