Самый лучший апокалипсис 2 - Ам Аль Гамма

Впрочем, дальше учить меня жизни не стали. Бугай видимо понял, что я не в духе и предпочел без лишних слов указать пальцем нужное направление:

– К затопу, говорю, спускайся, – пробасил усач, – а там уже сам разберешься.

Я кивнул, засобирался в нужном направлении.

– Тебе к врачу надо, – сообщил я детине, закинул рюкзак обратно себе на плечи.

– Серьезно?! – иронично хохотнул гигант. – Ты что тут у нас, доктор?

– На вот, – вручил я мужику его распухшую печень, ещё теплую, пульсирующую, пошел к затопленному водопроводу и огромной туче народа. – Сам посмотри.

Преимущественно зеваки и любопытные, людская масса живым океаном застопорилась вокруг железных стен, горлопанила, общалась между собой и без остановки обсуждала инопланетных беженцев. С котомками в руках и жутко перепуганные, все в порванной одежке и взглядом затравленной собаки, лавина бородачей всех возрастов и национальностей плотной гурьбой перла ко входу в железную крепость. Спасаясь от взрывов и грохота, оглядываясь на полыхающие у себя за спиной руины, бородатые беженцы спешили укрыться за стенами ведьминой цитадели. Я замер в нескольких метрах от оградительной полосы, обвёл взглядом вооруженный конвой и модифицированных виртуальной характеристикой земных мордоворотов – стероидные амбалы охраняли всю эту процессию и никого к ней не подпускали.

– Военизированный патруль напоминает, – вслух прокомментировал я собственные наблюдения. – На охрану совсем не похоже.

– Да ну, не гони, – отреагировал на мою реплику какой-то рыжий малый из толпы. – Молчанова просто страхуется. Кругом инопланетные оккупанты, монстры и сумасшедшие. Подобные меры просто необходимы.

– Ты на досмотры и крики внимания не обращай, – поддакнул рыжему его сосед. – Это всё вынужденные меры.

С парнями я был не согласен. Мне лично происходящее напоминало в лучшем случае какой-то грабеж. И без того перепуганных бородачей у входа в крепость бесцеремонно досматривали, вверх дном переворачивали всех их пожитки, заглядывали в сумки, ломали корзинки. Кого-то и вовсе заставляли раздеться. Чересчур жестокие меры контроля.

Я потопал обратно. Продрался сквозь людскую массу к затопу и по широкой дуге, стараясь никому не попадаться на глаза, ушёл к зоне боевых действий. Там по-прежнему стреляло и грохотало. На ходу подобрав грязную холщовую тряпку, накину себе на плечи. Порыскав в чужих квартирах, отыскал плащевку с капюшоном, приоделся. Камуфляж получился вполне себе. Среди этой немытой процессии беженцев заметить меня будет сложновато.

– Помощь бы не помешала, – задумчиво потер я уставшие глаза, прикидывая шансы пробраться в темную цитадель без происшествий. – На всякий случай.

Моего плеча коснулась чья-то ладошка, призывно постучали. Я обернулся. Знакомая мне по событиям в двенадцатиэтажке черноволосая бледнолицая девушка стояла напротив, внимательно на меня поглядывала. Рядом с черноволосой стояла её точная копия, тяжело дышала, хрипела. Если бы не знал, то подумал, что передо мной два оживших трупа. Один из которых месяц в болоте валялся, судя по зеленому цвету растрепанных волос.

– О, привет, – слегка удивился я внезапной встрече, кивнул девчонкам.

Мне кивнули в ответ. Кивнули как-то поспешно, низко, с налетом покорности. Вышел эдакий японский поклон в лучших его традициях. Странные девчата.

– Тоже в крепость? – решил я уточнить причину явку этих молчаливых, получил в ответ ещё один дружный кивок. – Не знаю, что вы там забыли, но идём. Только на голову чего-нибудь накиньте, нам нельзя выделяться.

Я выбрался из развалин, пристроился беженцам в хвост процессии. Чтобы не светиться перед конвоирами, протиснулся вглубь шеренги, затесался среди перепуганных бородачей. Оказавшись в самом центре процессии, ощутил людские страх и панику. Немытые голодранцы буквально источали вокруг себя паранойю и ужас. С моим появлением перепуганная процессия и вовсе вздрогнула, заозиралась, боязливо поглядывая во все стороны. Невидимая угроза, о которой рассказывал усатый верзила, такое чувство, подступила к инопланетянам вплотную.

– Все вещи на стол, на стол я сказал! Руки за голову! – у входа в крепость всполошились ополченцы Молчановой. Вооруженный конвой заметил странное оживление в рядах беженцев, с утроенной прытью поспешил переворачивать чужие котомки. Стероидные мордовороты и летающие по воздуху мозговики-строители принялись выхватывать беженцев из толпы. – Проходим по одному! Слышите, по одному! Ты и ты, на досмотр! Вы двое, прекратили держаться за руки! Отпустил её, отпустил или стрелять буду!

В первых рядах послышался детский плач и женские всхлипы, задние ряды стали напирать. Напряжение инопланетян ощущалось буквально кожей. Один за другим беженцы подхватывали всеобщую нервозность, толкали друг друга, шарахались света прожекторов и шорохов окружающей нас темноты.

– Подержите, – протянул я чужие печень и легкие своим спутницам, вынул у охраны на воротах сердце, легкие и селезенку. – Пройдем охрану – вернёте, – предупредил я молчаливых девушек. – Не потеряйте.

За спиной послышалось дружное чавканье. Мордовороты на воротах резко побледнели, обмякли. Кто-то устроил представление с конвульсиями, кто-то пустил пену изо рта или схватился за горло, побросал котомки беженцев. Я удовлетворенно хмыкнул.

– Закрыть, закрыть ворота!! – тут же полетели крики со всех сторон, ополченцы Молчановой потянули на себя металлические створки.

Толпа стремительно поперла вперед. С боем и криками беженцы спешили попасть за стены цитадели, давили друг друга, кричали и бросали параноидальные взгляды в хвост процессии. Фигуры конвульсивно дергающихся на земле вояк так и вовсе вызывали у чумазых неприкрытую истерику. Какие же эти бородачи все-таки впечатлительные.

– Органы верните, – оглянулся я на своих спутниц, требовательно вытянул руки. – Ну? Чего смотрите?!

Что болотная, что черноволосая смотрели на меня виновато и растерянно, опустили головы. Левая сытно срыгнула.

– Где органы? – шикнул я девчонок. – Потеряли что ли? От мля!

За спиной лязгнул металлический засов. Огромные железные ворота окончательно закрылись, отрезая нас от галдящей толпы снаружи. Мы оказались на территории бывшей автостоянки. Здесь с беженцами обращались ещё с большей бесцеремонностью, заставляли догола раздеваться, приседать и проходить какой-то обряд. Ополченцы Молчановой громко и в рупор вещали о том, что осуществляется специальная дезинфекция и опрыскивали чумазых бедолаг бесцветной жидкостью, спиртом провонявшейся. Но я в эти сказки про дезинфекцию особо не верил. Ведьмам и её прихвостням доверять нельзя.

– Жуткий человек! Жуткий человек! – возле меня неожиданно заголосила миловидная инопланетянка, с глазами навыкате побежала к следующим воротам. – Хозяин монстров!

Три десятка беженцев разом уставили на меня и моих спутниц, шарахнулись в стороны. Половина достала припасенные в карманах битые объективы и видеокамеры, вытаращилась на бледных сестер через окуляр земной техники. Кто-то сразу же начал кричать, кто-то свалился в обморок или взял разгон до следующих ворот. Стихийно возникшая паника, казалось, вот-вот перекинется на остальную толпу. В толпе громко заплакал ребенок.

– Много болтаете, – поморщился я, вынул у окружающих меня инопланетян языки.

– Собирайте, не то потеряются, – бросил