Лев Пучков - Рекруты удачи

— Люди в белых халатах, — задумчиво протянул я на мотив известной песни. — Интересная задумка…

— Да ничего интересного. — Иванов скривился. — Когда им надо, они и не такие фокусы выкидывают… Так вот, сразу после возвращения этих двоих «рафик» выехал из развалин и убыл по разбитому вдрызг скверу, что примыкает к главной дороге и пролегает между базой ОМОНа и штабом бригады ВВ. Когда уехал этот «рафик», наши хлопцы скрупулезно обследовали этот бывший гастроном…

— И что?!

— И ничего. Совершенно ничего не обнаружили. Полагаю, они просто отрабатывали эвакуацию по времени.

— И все?

— Все… Все просто. Это единственный возможный вариант. То есть тащить тебя будут через дорогу в развалины. Задний двор, акации вокруг… Им надо всего лишь поймать момент, когда на дороге никого не будет. И тридцать секунд — перетащить тебя туда. Особого труда это не составит, в промежутке между 10.00 и 15.00 та дорога практически пустынна — там с утра, в обед и под вечер колонны ходят. Все остальные отдельные автоединицы катаются по параллельной улице, на которую выходит парадная парковка «Азамата». Или еще проще: подгонят машину к заднему двору и погрузят.

— Значит, часовые по охране штаба бригады — ноль внимания на этот «рафик»? — слегка надувшись, уточнил я — согласитесь, когда про тебя говорят «погрузят» и «тащить», это не особенно приятно. — И в этом гастрономе мы совершенно ничего не нашли?

— Ну, не то чтобы уж совсем ничего. — Иванов внимательно посмотрел на меня и хмыкнул. — Совместными усилиями штаба бригады и базы ОМОНа там оборудована гигантская помойка. Свинарник жуткий, все свои отбросы туда валят. И санэпидемнадзор в данном случае весьма уместен — лучшее прикрытие… Да ты не дуйся, Константин. Мы тебя любим. И если что-то говорим не совсем корректное, так это в рабочем порядке.

— Спасибо за ласку, — поблагодарил я. — Порядок действий отрабатывать будем?

— Будем отдыхать. — Иванов нешуточно зевнул и потянулся. — Все уже отработали без тебя. Позиции подготовили, гарнитуру тебе сделали — закачаешься. Лизу завтра с утра оттренируем, пока ты катаешься, у нас будет вагон времени. А твоя задача — сидеть с микрофоном в ширинке, смотреть в оба и вовремя нажать на тон. Давай, ужинать да на боковую — завтра у нас трудный день. Да — отдай свои штаны Лизе.

— Это еще зачем?

— Отдай, надо для дела. Хочу подстраховаться на всякий случай. Она через полчаса тебе их вернет, надень пока запасные…

Эту ночь я спал скверно. То ли оттого, что саушки, против обыкновения, не работали, то ли еще почему… Я вообще не новичок на предмет рискнуть жизнью и к возможному летальному исходу отношусь философски. Бывало, скажут: завтра едешь на обмен, а клиент у нас — полный шизоид (типа Турпала ибн как его маму). Ты подготовься, а то ведь и рассчитать может… И ничего — облился ледяной водицей, принял сто грамм для успокоения и дрыхну без задних ног.

Разумеется, на любом мероприятии, где приходится уговаривать вооруженного типа с девиантным поведением, тебя могут запросто лишить жизни. Но к любому девиантному можно найти свой подход, и ты обладаешь необходимым опытом, чтобы сделать это наилучшим образом. Более того, у тебя преимущество: тебя не убивать позвали, а общаться. А ты мастер спорта по общению, в то время как твой оппонент как максимум — перворазрядник (в моей практике, по крайней мере, всегда было именно так — мастера у них на такие мероприятия не ходят, они более важными делами занимаются). Это как игра в карты, в которой ты, как опытный шулер, более-менее знаешь практически все расклады соперника и можешь предугадать его следующий ход.

А тут все было иначе. Мне не нужно никого уговаривать, просчитывать в режиме цейтнота психотип оппонента, нащупывать его слабые стороны и так далее… Тут за меня уже все решили. Никаких тебе девиаций, нормальные люди с холодным рассудком имеют конкретную цель: либо похитить меня, либо по-быстрому рассчитать на месте. В общем, я в такой ситуации ранее не бывал. И потому чувствовал себя как минимум не в своей тарелке…

— Его опухшее лицо взволнованно трепетало, — отметил за завтраком припухший от сладкого сна Вася Крюков. — Ему не хотелось умирать. Он хотел… Гм… О! Он отчаянно надеялся дожить до получения «боевых» и купить много всего вкусного.

— Какая длинная и нетипичная для сельского мужлана фраза, — меланхолично пробурчал я. — В зеркало посмотри. Это еще разобраться надо, у кого опухшее!

— Ты че, в натуре переживаешь? — удивился Вася. — Да ну, брось! Мы там удавим всех на три счета — пальцем никто шевельнуть не успеет.

— Удавить — это хорошо, — приятно зажмурился лейтенант Серега. — Это лучше, чем просто пуля. Конвульсии… Нет ничего лучше для воина, чем вид страдающего врага.

— Я лично застрелю всех, кто посмеет к тебе прикоснуться, — торжественно пообещала Лиза. — Там, говорят, дистанция меньше двухсот метров. С такого расстояния я запросто продырявлю мошонку бегущему мужчине.

Тут все примолкли и украдкой переглянулись. Не поняли, шутит дама или где. А дама невозмутимо болтала ногой и сосала сгущ из банки с двумя дырками.

— Ладно, шутники, — разрядил обстановку Иванов. — Допивайте чай, убирайте со стола, будем инструктаж проводить. А то Косте скоро выдвигаться надо…

Инструктаж был недолгим и состоял из трех пунктов: позиции — время — вооружение, взаимодействие и цель.

Первый пункт:

— В 10.00 Лиза с бойцом прикрытия — полковником Ивановым — садятся на пятый этаж разрушенного дома, отстоящего от кафе на двести, от гастрономической помойки — на сто восемьдесят метров.

— В 11.30 Петрушин, Вася и лейтенант Серега, в самом задро… пардон, в затрапезном виде, заходят в «Азамат» и занимают ближний к кухонному окну раздачи столик. Народу там много в любое время, но все стараются занять места на террасе, на худой конец подальше от кухни — уж больно там жарко, да и подавальщики толкаются.

— Глебыч в это же время заходит на КПП штаба бригады ВВ и начинает с ходу дружить с их «ответственным». На предмет? Да так, на всякий пожарный. Дабы, ежели вдруг суматоха какая приключится, упредить: палить не надо, это мы тут шуткуем. А то накроют Лизу с полковником сосредоточенным сразу из двух пулеметов, вот обидно-то будет!

— Ваш покорный слуга — вне времени. В сопровождении генеральского зятя захожу в «Азамат» и позволяю препроводить себя в почетный кабинет на кухне (интересно, а там не жарко?). В правом нагрудном кармане имею радиомикрофон, прослушиваемый полковником, в ухе — крохотный наушник дуплексного устройства связи, адаптированного к частоте наших «Кенвудов» (опыт вчерашней неудачи с Глебычем). В нужный момент даю длинный тональный вызов — гарнитура в левом нагрудном кармане. Все продумано, пока правая ручонка будет нащупывать пистолет, левую прижал к груди — и все в курсе, что началось.

Вооружение: у всех, кроме Лизы и полковника, — штатные «АК-74М», для всеобщего обозрения, и «ПСС» — для дела. Наличие «валов» у простых смертных может вызвать нездоровое любопытство, а отсутствие обычных «АК» резко бросается в глаза. Это что за военный, в Грозном и без оружия?! Лиза и полковник вооружены «валами» с оптикой. Полковник неплохо стреляет, случись вдруг что — пригодится.

Тут же мне всучили вышеупомянутый микрофон и заставили удалиться за пределы расположения команды — настроились. Все работало прекрасно, спасибо Лизе и конкретному Вите.

Второй пункт — коротко, но емко:

— Радиостанции — на минимум. Полное радиомолчание. Никаких телодвижений до Костиного сигнала.

Не дай бог спугнете раньше времени — обижусь на всю жизнь…

Третий пункт:

— Теперь хочу напомнить о главном… — Иванов выдержал длинную паузу, чтобы все присутствующие прониклись важностью момента. — Надо постараться, ребятки. Надо все сделать тихо, быстро и изящно. Военных там — куча. Подымем шум и не сумеем нейтрализовать супостатов на кухне — такая мясорубка получится, что ни один представитель не отмажет! И потом, прошу помнить, зачем вообще мы все это затеваем, рискуя жизнью нашего товарища… Нам нужна нить к высокому информатору. Не побоюсь высокопарной фразы — к главному на сегодняшний момент предателю. Поэтому надо взять хотя бы одного из этих «белых халатов» живьем. Иначе — все насмарку, зря работали… Вопросы?

— Сделаем. — Петрушин хрустнул костяшками пальцев и погладил рукоять своего боевого ножа. — Постараемся вообще обойтись без стрельбы. Руки-ноги на то и дадены…

— Ну и славно. — Иванов хлопнул меня по плечу:

— Колонна пойдет через пятнадцать минут. Удачи.

В УФСБ, как я уже говорил, меня не допрашивали под протокол. Со мной «беседовали». Полковник Мохов (это первый зам) так и говорил: