Счастье в ее глазах - Ева Витальевна Шилова

красным вином… такого барон Эшри никому не простит. А ее судьба изначально предназначала Омилю Тарфи.

Еще и Меч Марханы, выполняющий обязанности министра обороны, будет охотиться за моей шкурой… потом живьем ее снимет… а потом прибьет как трофей над камином… если меня сам герцог раньше не прирежет…

– Бианка Натт, владеющая магией тумана, пополнила этот скорбный список в Усоньи. Теперь ей не составить счастье Сигела Ларю.

Ларю, Столп Марханы, отвечающий за развитие промышленности! За что Бог-Воин решил меня так наказать?!

– Лейла Лее, – тут даже у этой ведьмы дрогнул голос. – Девочка из чужой страны. Могла стать единственной для Устама Шерви. Но после очистительного костра в Флийи уже не станет.

А это я умудрился подгадить Негоции Марханы, в чьем ведении находится торговля герцогства, как внутренняя, так и внешняя. Вот я молодец…

– Анаис Дюран, из рода юраганских сирен, нашла свою смерть в Цальвине. Была бы идеальной парой Аурелио Раконти.

Давайте, добивайте, оказывается, еще и Оплоту Марханы, нынешнему министру финансов, я тоже попортил жизнь.

– Мирана Яльнари, из семьи заклинателей дождя. После аутодафе в Гроттене не станет спутницей Келемару Бауронги.

Чрево Марханы, отвечающий за сельское хозяйство, меня не просто убьет. Он меня кому-нибудь живьем скормит, начиная с ног. Кому-нибудь особенно противному, имеющему привычку трапезничать медленно и постепенно. И заставит смотреть на процесс переваривания.

– Фараг Алутра, степнячка из прайда Бизона. Могла бы стать верной и любящей женой Тарклинию Ирнасу. Но попалась нашему Щиту в Каланьи…

Знание Марханы, курирующий образование! Я даже думать боюсь, какими своими знаниями он может воспользоваться, чтоб наверняка заставить меня неоднократно пожалеть о содеянном…

Что ж ты замолчала, каракатица старая? А последняя? Нира? С ней что? Моя она или…

– Я так понимаю, сейчас Щит Марханы задается вопросом как можно определить какая из всех сестер… или ведьм, раз уж он так уперся в это название, именно твоя дихэ? Или откуда я могу это точно знать?

Да скажи уже, не тяни коня за причиндалы, я и так перестал понимать, на каком я свете!

– Вообще-то у нас есть своя многолетняя методика подбора пары. С высокой степени точности мы можем заранее определить кто из сестер Богинь Воды чьей парой окажется. Что касается возможностей партнера…

И опять сделала паузу. Вот почему нельзя дотянуться до собеседника через зеркало и удавить его? Ну, или хотя бы пнуть его, ладно, ее, чтоб перестала нагнетать и разродилась ответом?!

– …то все зависит от его происхождения. Давно замечено, что чем больше поколений дихэ насчитывается у мужчины в роду, тем быстрее он чувствует свою потенциальную половинку на определенном расстоянии.

Она посмотрела на Марвина в упор.

– Ты ведь так и не понял, почему герцог, загоняя коней до кровавой пены, гнался за тобой через полстраны, от столицы до Тирвены? А он не тебя преследовал. Он гнался за ней, потому что Нира была дихэ Сердца Марханы.

Не моя… а, значит, я ошибся, дошло до Марвина. И убил дихэ самого герцога. Только эта старая пиявка не дала ни ему, ни герцогу осознать сказанное. Она не остановилась и продолжала жалить словами.

– Я ведь тебя просила, чуть зеркало не разбила, пытаясь достучаться до разума, а в Вильневе аж плакаты рисовала, не зная, как еще тебя остановить! А ты даже поговорить не соизволил, так стремился подольститься к власти в своем понимании, что смел на пути всех, кто казался тебе опасным! А, кстати, Ваша Светлость в курсе, в каком случае посвященная Илиенари не способна покинуть пленившего ее?

Ну, и почему? Может, потому, что ее держали взаперти? А что это у герцога взгляд стал каким-то нехорошим, стеклянным?

– Это поклоняющаяся Алиенэри вольна уйти в любой момент, а посвященная Илиенари не может просто так покинуть своего тюремщика, если она беременна от него мальчиком!

То есть… это в смысле… если бы Сердце Марханы почувствовал Ниру раньше, чем я ее схватил, сейчас у него была бы беременная наследником жена. А я не просто влез во всю эту историю, я зачал ей сына и сам убил его вместе с ней. Нет, такого мне точно не смогут простить, понял Марвин. А герцог просто вытащил кинжал и направился к нему. Но эта старая выдра сумела его остановить:

– Ваша Светлость… я ему сейчас кое-что расскажу… а потом уже решай, как с ним поступить.

Что она может мне еще сказать такого, чтобы я начал чувствовать себя еще хуже? Оказывается, может.

– Ты дурак, Марвин Гролле, не умеющий видеть дальше собственного носа, – с явным удовольствием выговорила эта крокодилица. – И не потому, что способен только тупо исполнять чужие приказы и свои обязанности. А потому, что когда-то ты уже упустил свою дихэ. И не только ее. Я ведь не зря сказала про пресечение не девяти, а десяти старших родов…

На что она намекает?

– Улину Минтри помнишь?

На больную мозоль нажимает, мерзавка, перекосило Марвина. Еще бы я ее не помнил, много лет пытался забыть и не смог. Улина, рыжая акробатка из бродячего цирка, выступавшая с номером жонглирования горящими факелами. Уж и помню, каким ветром меня вообще занесло на их представление. Я тогда преподнес ей после выступления букет самых роскошных страстоцветов и пригласил поужинать в лучший ресторан столицы. А завтракали мы уже вместе. На время гастролей она просто переехала ко мне, и это были самые дивные две недели в моей жизни. Мне ведь тогда наплевать было даже на ее происхождение, и на то, кто пользовался ее благосклонностью до меня, я был влюблен по уши и готов на все. Даже предлагал ей выйти за меня замуж. Ну и сменить профессию, естественно, а то что это за работа для моей супруги – акробатка и жонглер! Да еще не в столичном заведении, а в каком-то передвижном клоповнике. А она, услышав о необходимости бросить цирк и остаться со мной, наотрез отказалась. И пропала. Я хоть и был не самой крупной фигурой в ведомстве Щитов, но все-таки и не последней мелкой сошкой. И искали ее тогда с моей подачи все наши отделения по стране. Но так и не нашли…

– Вот как раз она и была твоей дихэ, Щит Марханы… но поклонялась она не Илиенари, а Алиенэри, потому и исчезла, не потерпев ничьих попыток решать ее судьбу за нее. Девятнадцать лет назад с твоего горизонта пропала Улина Минтри, а месяц назад в Мархане появилась восемнадцатилетняя Нира Минтри. Ты догадываешься, к чему я тебе это говорю?

Не может