Полное погружение - Сергей Александрович Васильев

Коляска прекратила петлять и катилась по прямой, вполне приличной, хоть и немощёной улице, неравномерно застроенной одно-, двух- и трехэтажными зданиями. На первых этажах почти всех домов и домиков размещались мастерские, магазины, врачебные кабинеты, учебные заведения, кофейни и кухмистерские, со своими до невозможности искусительными запахами, убийственными для девушки, не успевшей с утра перекусить.

«Кондитерская и Булочная О. О. Кроншевского. Удостоена Высочайшей благодарности Его Императорского Величества Николая II», «Богемский магазин посуды и лампъ», «Фабрика и продажа натуральнаго турецкаго кофе», «Конторы и склада строительных и технических материалов С. Л. Эйдельнанта» — мелькали перед глазами вывески, удивляя своей старомодной грамматикой и привлекая замысловатым шрифтом.

Навстречу по узенькому, не шире одного метра, тротуару, слегка поднятому над проезжей частью и выложенному доской, вприпрыжку неслись босоногие мальчишки — разносчики газет. Неторопливо фланировали вальяжные дамы, прикрываясь от солнца лёгкими летними зонтиками. Сосредоточенно хмурясь, торопились по своим делам солидные чиновники и офицеры, затянутые в строгие сюртуки и мундиры. Конные экипажи изредка перемежались отчаянно тарахтящими автомобилями, не такими шикарными, как тот, что стоял около вокзала, но тоже вполне импозантными, послушно ползущими по своей полосе с черепашьей скоростью, оставляя за собой шлейф синего вонючего дыма.

Василиса уже решилась задать вопрос, как долго продлится конная экскурсия и куда они направляются, когда коляска остановилась у заведения общепита с тремя вывесками: «Кондитерская», «Варшавская Кофейня», «Заведение Мисинского».

Это был небольшой двухэтажный особняк с сильно выступающей к проезжей части террасой, украшенной белоснежной балюстрадой и многочисленными цветочными композициями. Два симметричных эркера на первом этаже оживляли скупую архитектуру здания, оставляя то ли французское, то ли итальянское визуальное послевкусие, удачно вписавшееся в черноморский севастопольский ландшафт.

— Мне вчера порекомендовали это заведение, но я так и не смогла посетить его, — шепнула София Василисе, выходя из коляски, — сегодня у меня появился прекрасный повод, чтобы восполнить этот пробел. Надеюсь, вы не откажетесь разделить со мной трапезу?

В ответ на предложение дамы желудок Стрешневой так отчаянно заурчал, что Вася покраснела, торопливо кивнула и поспешила выпрыгнуть из экипажа, зацепившись сестринским балахоном за дверцу и чуть не повиснув на ней.

У входа посетителей встречали служащие кофейни. Высокая, миловидная женщина средних лет, одетая в рябенькое закрытое платье с длинным, белым фартуком, выглядела примерно так же, как официантка будущего. А вот пасмурный мужчина среднего роста производил впечатление необычайно колоритного, но потешного из-за черного смокинга, надетого поверх очень длинного, белого то ли фартука, то ли халата. Он первым подскочил к Васе и ее попутчице, безошибочно определив, кто из них является старшей по положению.

— Мадам желает отобедать?

— Мадам желает понять, стоит ли вообще у вас останавливаться.

Не взглянув на служителя Диониса, спутница Василисы проследовала внутрь.

— О! Вы не пожалеете, если окажете нам такую такую любезность, — прислужник постарался не отставать от дамы, — извольте сюда, с тыльной стороны нашего заведения — терраса с видом на море. Здесь, в тени, в этот жаркий полдень будет прохладно, и вы почувствуете истинное наслаждение…

Усевшись в удобное плетёное кресло, Стрешнева действительно почувствовала кайф от того, что сиденье под ней не трепыхалось.

— Не желаете ли в качестве аперитива оршад? — поинтересовался неугомонный официант…

— Простите, а что это? — полюбопытствовала Василиса.

— Наш фирменный прохладительный напиток из миндального молочного сиропа с водой, настоянной на флёрдоранже.

Понятнее не стало. Вася вопросительно посмотрела на Софию. Дама пожала плечами и вернула Василисе молчаливый ответ — выбирай, мол, сама.

— Слабо представляю себе прохладительный напиток из молока, — сморщила нос Стрешнева, — но если вы добавите в него эспрессо, лёд и взобьёте всё это в миксере, то получится великолепный фраппе.

— Интересный рецепт, — задумался официант, — и где такое подают, простите?

— В лучших домах Парижа и ЛондОна, — отбрехалась Василиса, мучительно вспоминая, когда появились новомодные рецепты по кофейным мотивам.

— Я могу узнать…

— А можно мне в качестве аперитива просто мяса? — решила закрыть кулинарную тему Вася, прислушиваясь к мольбам своего голодного организма, — или что-нибудь другое, простое и сытное, не требующее долгого приготовления.

София кивнула. Служка испарился в недрах заведения, и наконец-то наступила долгожданная тишина.

— Вы хотели забрать из госпиталя сына, — напомнила Вася своей спасительнице.

— Ростислава выпишут после обеда, — улыбнулась дама, — у него всё хорошо, он нашёл новых друзей и совсем не рвётся покидать их компанию, поэтому у меня появилось время для спасения одной милой девушки, перед которой я в неоплатном долгу.

— Бросьте, София Федоровна, — покраснела Вася, — я ничего не сделала сверх того, что было в моих силах. Меня не надо спасать…

— Ошибаетесь, Василиса, — твердо возразила дама, — я помню, как вы не побоялись толпы, как вы прикрикнули на неё, когда она пыталась помешать вам спасти Славочку. И когда я услышала, что они говорят про вас, я решила, что…

— Простите, кто говорит? — Василиса перебила Софию.

— Я вошла в ординаторскую в тот момент, когда старшая сестра милосердия требовала препроводить вас в контрразведку, как германскую шпионку…

— Что-о-о-о-о? — у Васи глаза натурально полезли на лоб.

— Да, к сожалению, наше общество больно шпиономанией, — вздохнула София и накрыла руку Стрешневой своей ладонью, — но вы не беспокойтесь, эту проблему удалось решить и только от вас теперь зависит…

— Подождите-подождите… — Василиса подняла руки, как бы фиксируя обсуждаемый вопрос, — я последний час буквально ломаю голову, почему меня вдруг титуловали княжной, но даже самой душещипательной романтической истории не хватит для снятия подозрений в шпионаже…

— Да, вы правы, — София вздохнула и отвела глаза, — для того, чтобы замять этот глупейший скандал, мне пришлось воспользоваться служебным положением моего пока ещё мужа…

— Простите, а кто ваш муж и почему «ещё пока»?

— Поступок мой был спонтанным, но абсолютно искренним, — дама повернулась к Васе, и на лице ее не осталось и следа от улыбки. Вместо нее тонкие черты исказило выражение тоски, кончики губ сползли вниз, а брови собрались домиком, — дело в том, что моя фамилия по мужу — Колчак.

* * *

Историческая справка: Колчак, урождённая Омирова София Фёдоровна.

Софья Федоровна родилась в 1876 году в Малороссии, в городке Каменец-Подольский Подольской губернии. Отец — действительный тайный советник