Лев Пучков - Рекруты удачи

Вокруг эпицентра недавнего взрыва, как это часто бывает в подобных случаях, царила бестолковая суета. Стоял отборный мат, наблюдалась какая-то левая беготня, кого-то тащили на носилках, несколько человек лежали без движения, и непонятно было, совсем умерли или только собираются. Пятеро бойцов с растерянным видом вырывали друг у друга единственный огнетушитель, какой-то пятнистый здоровяк пытался командовать, раздавая сочные затрещины. Подъехавшее от соседнего РОПа химотделение тянуло дырявые рукава, желая организовать пожаротушение, кто-то отчаянно орал в рацию, требуя, чтобы немедля прислали санитарный борт. А кого-то вообще собирались сей момент оскорблять физически, потому что этот «кто-то», не правильно оценив серьезность ситуации, вякнул, что надо в первую очередь вызывать прокуратуру и ФСБ…

— Опоздали, — флегматично буркнул Петрушин. — Хотя следовало ожидать.

— Этот Саламбек — натуральный маньяк, — заметил Костя. — Видимо, ее где-то рядом держали Видимо, обиделся и брякнул сюда…

— Победы не будет, — глубокомысленно изрек лейтенант Серега. — Это война на полное истребление.

— Давно? — поинтересовался Иванов у закопченного омоновца с забинтованной головой, сидевшего у обочины на оторванном колесе, которое почему-то не горело.

— Да в порядке я, в порядке!!! — Омоновец, судя по всему, в настоящий момент испытывал проблемы со слухом. — В башне звенит, а так — ничего, жить можно!!!

Иванов слез с брони и стал орать в ухо очевидцу, пытаясь хоть что-то выяснить.

Выяснение давалось с трудом — боец особой адекватностью не отличался и нервозно щелкал предохранителем автомата, желая, видимо, прямо сейчас в кого-то стрелять. Спросить кого-нибудь еще не представлялось возможным, все вокруг были страшно заняты и общаться не хотели.

Тем не менее от глухого омоновца удалось с грехом пополам получить фрагментированную информацию, из которой в принципе довольно полно вырисовывалась картина происшествия.

Вроде бы подъехала какая-то «Нива», а в ней был дед и девчонка. Дед сказал, что внучка останется встречать колонну с гуманитарной помощью, которая подъедет минут через десять, — дорогу покажет, высадил девчонку и укатил. Насчет гуманитарной помощи все закономерно обрадовались — будет чем поживиться, и никто почему-то не обратил внимание на несуразность: почему дед не остался сам, а назначил на роль гида девчонку? Девчонка торчала у шлагбаума, а Данилка, самый молодой боец, даже пытался с ней заигрывать. Однако через десять минут вместо гуманитарки приперлась наша тыловая колонна, в которой было три грузовых и один бензовоз. Девчонка что-то крикнула, бросилась к бензовозу, буквально прилипла к заднему колесу, и тут прогремел взрыв…

Вот и все. Жертвы? Да хрен его знает. Девчонку развеяло в пыль, двое в бензовозе и двое в том грузовике, что сзади ехал, — однозначно. Данилку на части разорвало и, видимо, насовсем зацепило еще пару бойцов, что у шлагбаума стояли. Пост прикрытия, кажется, тоже сровняло. Остальные, кто был на КПП, если и живы, то прилетело им неслабо. Сам же глухой пострадал меньше всех потому, что в тот момент отлучился в сортир. Повезло, одним словом.

— Она? — Вася предъявил фото, которое позаимствовал в усадьбе Музаевых.

— О! Она, тварюга! — Омоновец исказил черты закопченного лица и сказал глупость:

— Че — в розыске? Уже где-то подрывалась?

Глупость списали на нештатную ситуацию и поехали на базу. Юному пленнику требовалась хирургическая помощь, кроме того, в данный момент здесь ничего путного не сделаешь — это только завтра, когда все несколько поуспокоится…

На следующий день, с самого ранья… Нет, ежели вы полагаете, что команда, едва позавтракав, с воплями да гиканьем ломанулась пеленать Руслана Балаева, вы немножко ошибаетесь.

Чтобы пеленать, надо иметь кое-какие незначительные мелочи: адрес установить, фото найти, собрать хотя бы минимум информации. Например, выяснить, жив ли объект вообще и бывает ли по этому адресу. А в идеале, «пробить» постоянные маршруты и регулярно посещаемые точки.

Напомню, Старые Матаги — это через речку от Новых Матагов. А Нью — Матаги — это не совсем Замоскворечье, там проживает тейп большого эмира Султана Абдулаева. В обоих населенных пунктах масса родственных семей, так уж сложилось, и все друг друга знают. Стоит заявиться в милицию соседних Шалунов и задать пару вопросов — через час этого искомого Балаева проинформируют, что им интересовались федералы. И, очень может быть, передадут ваше фото и личные данные! Вот так, весело, с шутками и прибаутками, у нас осуществляется ОРД (оперативно-розыскная деятельность) в ЧР (поняли где?).

Уповать на то, что Балаев пребывает во всероссийском розыске, особенно не стоило. Поэтому не имело смысла обращаться в наше МВД. Кроме того, при том уровне утечки информации, который наблюдался в последнее время, такая попытка могла быть эквивалентна обращению в местную милицию.

Поэтому Иванов бережно отложил в сторону жирный «конец», полученный от главы администрации Хелчу Ме, сурово заявил: «Не дам портить, он у нас один-единственный!» — и пообещал за пару суток что-нибудь придумать. А команда, отчленив от своего монолитного тела группу сострадания, отправилась в Гудермес заниматься рутиной.

В группу сострадания вошли коварный Костя и чеченоговорящая Лиза. Проводив товарищей, они дополнительно употребили кофе со сгущем и неспешно отправились в госпиталь, навестить юного мстителя.

Операцию ему сделали еще вчера, сразу по поступлении. Случай сложный — обе пули попали в кость, раз-Дробление и множественные костные осколки — но наши великие военные хирурги, как всегда, сотворили чудо и спасли парню руку.

— Славно, — цинично пошутила Лиза. — Двумя руками управляться с автоматом не в пример удобнее, чем одной.

Умар был очень слаб и нуждался в полном покое. Однако Костя, традиционно состоявший в крепкой дружбе со всем врачебным корпусом группировки, без особых проблем организовал свидание.

— Передай своему вояке талисман, — опухший хирург, намеревавшийся после ночного дежурства убыть на заслуженный отдых, протянул Косте пластиковый пакетик с двумя деформированными пулями. — Спецназ расстарался?

— В смысле?

— «СП-5», — компетентно пояснил многоопытный хирург. — Пехота такими штуками не балует.

— Да, видимо, спецназ… — Костя рассеянно сунул пакетик в карман — нужно было сосредоточиться, найти правильные слова для доверительной беседы.

— Ну-ну… — хмуро буркнул хирург. — Баловники, мать их так…

Хирурга можно было понять. Во-первых, он не в курсе. Во-вторых, как и все врачи, является закоренелым пацифистом. И в поступающих раненых видит лишь пациентов. Наличие либо отсутствие крайней плоти, равно как и принадлежность к какой-либо из воюющих сторон, его совершенно не волнует. А этот пациент, стоивший врачу нескольких часов титанического труда, был совсем мальчишкой и, кроме сострадания, иных чувств не вызывал.

— Ну, пошли, — обратился Костя к Лизе. — На всякий случай вспоминай все ласковое и доброе из чеченского. Если будет неадекватен, придется повозиться…

До злополучного КПП (вернее, того, что от него осталось) Иванов с компанией добрались без приключений. С учетом вчерашних событий это было даже странно, но факт — ни одна ветка в придорожных кустиках не шелохнулась. Может, погода влияет? В отличие от вчерашнего дня с утра было облачно, по горизонту ползла жирной ленивой змеей череда дождевых туч.

— Вне графика, никаких маршрутных листов, не оповещая никого вообще, — утвердился в первоначальном мнении Иванов. — Особенно — высокое начальство. Тогда поживем чуть подольше…

В дороге приятно порадовал психолог: передал по рации координаты места, где было совершено нападение на Музаевых, и сообщил ряд существенных деталей. Выходит, не зря сгущенку трескает, нашел-таки подход к юному мстителю!

На КПП ничего полезного узнать не удалось. Впрочем, и бесполезного тоже. Там все мрачно занимались восстановительными работами и горели жаждой убийства. Намекнули, что неплохо было бы застрелить парочку контрразведчиков, что шарахаются без дела и задают дурные вопросы людям, которые и без того в трауре.

Побеседовали с военными на соседском РОПе — насчет подрыва, произошедшего 29 августа. Про подрыв Иванов узнал из сводки, но заинтересовал его этот факт лишь вчера, в связи с вновь открывшимися обстоятельствами. Больно уж красноречивая связь вырисовывается: где-то после полудня нападают на Музаевых, а чуть позже, в километре от места, которое указал психолог (ближе к Хелчу Ме), наезжает на мину «ЗИЛ» и гибнут два тыловика. Согласитесь, как минимум — занимательно!