Уоррен Мерфи - Объединяй и завоевывай

Пространства посветлее означали, что перед ним делянки, предназначенные для весеннего сева бобов и кукурузы. Внимание полковника привлек особый запах: видимо, где-то поблизости находится деревня.

В штате Чьяпас «деревня» являлась синонимом слова «индиос». А «индиос», в свою очередь, означало, что рядом сторонники хуаресиапас. «Индиос» в любой момент готовы принять и спрятать у себя человека в маске, чтобы тот при необходимости мог зализать свои раны.

Сняв автомат с предохранителя, полковник Маурисио Примитиво ускорил шаг. Рот его под густыми черными усами искривился в неприятной ухмылке.

Он найдет здесь то, что ищет, – в противном случае, сегодня ночью ему придется основательно пострелять.

Возможно, пострелять придется и в том случае, если он получит желаемое.

Здесь, в Чьяпасе, – закон джунглей и может случиться все, что угодно.

Глава 32

– Так мы никуда не доедем, – сказал Римо, выруливая на обочину.

Давно перевалило за полночь. Они колесят уже несколько часов, но так и не встретили ни одного хуаресиста, который мог бы ответить на интересующие их вопросы.

– Слушай, – обратился ученик к учителю, – может, нам углубиться в лес?

– Тогда тебе придется тащить мой сундук, – отозвался Чиун.

Римо недобрым взглядом окинул тяжеленную ношу на заднем сиденье, которая была расписана синими птицами счастья.

– А что, разве нельзя на время оставить здесь?

– Да его тут же украдут!

Пока они сидели и препирались, мимо с лязгом и грохотом проследовала бронеколонна.

Мрачные лица солдат наводили на мысль, что они куда-то очень спешили.

Танки пролязгали мимо, даже не обратив внимания на гринго.

– Наверное, что-то разнюхали и идут по следу, – высказал предположение Римо.

– Тогда поехали за ними, – предложил Чиун.

– Вот и отлично! К черту пешие прогулки, – произнес ученик и завел «хамви». Догнав колонну, он пристроился в хвосте.

Они проехали около полумили, как вдруг бронеколонна свернула с шоссе на грунтовую дорогу, уводившую в темноту.

– Едем за ними, – бросил Римо.

Дорога привела к ярко освещенному военному объекту. На открытой стоянке перед фортом виднелись бронетранспортеры, забитые только что влезшими в них солдатами.

Бронеколонна подкатила к стоянке, и экипажи танков и бронемашин посыпались на землю.

– Похоже, они готовятся к военным действиям, – сообщил Римо Чиуну. – Посиди пока здесь. Заодно и сундук будет кому охранять!

Солдаты, которые только что прибыли, орали что-то тем, кто собирался отъезжать. Последние тоже что-то орали им в ответ. Но по-испански Римо не понимал ни слова.

В шуме и гаме этого «табора» совершенно затерялся вопрос Римо:

– Эй, кто-нибудь знает английский?

Вычислив здание штаба, Римо направился туда. Его никто не останавливал, ни о чем не спрашивал. Все вокруг только отчаянно спорили.

Римо обратил внимание на офицера, который раздавал указания. В данный момент он просматривал длиннейший рулон радиограмм, пытаясь одновременно разговаривать сразу по двум телефонам, прижав трубки плечами. На пришитой спереди к мундиру нашивке значилась фамилия офицера: САРАГОСА.

– Вы говорите по-английски? – обратился к нему Римо.

– Си. А теперь уходите отсюда.

– Не могу.

– В настоящий момент я очень занят. У нас введено чрезвычайное положение.

– Я хотел бы поговорить о Верапасе, – продолжил Римо.

– Вы опоздали, – хладнокровно сообщил офицер. – Его уже не существует.

– Он мертв?

– Так мне по крайней мере сообщили. Впрочем, слух не подтвержден. А теперь уходите. У меня нет времени, чтобы болтать с гринго журналистас.

– В таком случае я требую, чтобы мне показали тело. Такие вещи читателям надо знать наверняка.

– Как такового тела нет, – прошипел офицер. – То есть официально нет.

Римо обошел вокруг стола и сразу же лишил офицера возможности говорить по телефону, перебирать бумаги и вставать из-за стола, поскольку прижал его сгибом локтя к спинке стула.

– А теперь слушайте меня внимательно, – произнес он. – У меня был очень трудный день. Я долго ехал, ел очень дорогую пищу и подвергался нападкам со стороны каждого встречного мексиканца.

– Понятно.

– Отлично! Я ищу подкоманданте Верапаса. Мне плевать, жив он или мертв. Мне просто нужно его найти. Потом я отправлюсь домой. Компрендо?

– Компренде. Нужно говорить «компренде».

– Благодарю за урок испанской грамматики, но разговор не закончен. Уж больно мне хочется домой. Таким образом, если вы мне покажете, куда уехал Верапас – или куда его увезли, я не стану подвергать вас кардиологическому аресту.

– Кардиологическому... что?

– Есть и научное название – «коммоцио кордис».

– Коммо?..

– Не трудитесь, только язык сломаете.

Офицер беспомощно развел руками:

– Я не в силах предъявить вам тело, сеньор. Мне очень жаль. Полковник Примитиво забрал у меня этого самого Верапаса и увез в джунгли, чтобы там без помех его казнить.

– Он вернулся?

Офицер недоуменно взглянул на гринго:

– Как же он может вернуться, если он скорее всего мертв?

– Я говорю о полковнике, а не о подкоманданте.

– А-а... Нет, полковник не вернулся. Он, как бы это сказать, не имеет отношения к казармам Чьяпаса, то есть к этому месту, где мы находимся. Он выполнил свой долг, и теперь ищи ветра в поле... И свидетелей наверняка нет. Такие вот дела.

– Как «нет свидетелей»? А мы с вами? – поправил офицера Римо.

– Это военная тайна, сеньор. Надеюсь, вы тоже ее сохраните.

– Пусть у меня глаза повылазят, если я скажу хоть словечко, как говорит Бивер.

– Ке?

– Не обращайте внимания. Это – личное. Итак, если Верапас мертв, то с чего вдруг такой шум и суета?

– Мы отправляемся на войну с монстром.

– С каким таким монстром?

– С тем, которого показывают по телевизору, сеньор.

Римо проследил взглядом за кивком офицера. В дальнем углу комнаты стоял телевизор.

На экране каменное тридцатифутовое чудовище шагало сквозь ночь. Над ним полыхали боевые прожекторы вертолетов. Неужели та самая картина о монстре, которую они с Чиуном видели в Чи-Зоц несколько часов назад?!

Римо опять подумал, что эффекты, использованные киношниками при съемках, выше всяких похвал, но вот работа оператора ни к черту не годится.

– Вы идете на войну вот с этим?

– Си. В Оахаке объявлено чрезвычайное положение. Весь мой личный состав затребован туда.

– Отлично! Желаю вам хорошо развлечься! Позвольте последний вопрос.

– Слушаю.

– Куда полковник отвез Верапаса?

– В джунгли. Но на вашем месте я не стал бы туда рваться.

– Интересно почему?

– Потому что здесь земли майя, и солнце уже село.

– Ну и что?

– С наступлением темноты выходит Камазоц.

– Камазоц?

– Да. Бог майя в виде летучей мыши. – Офицер задумчиво покачал головой. – Кошмар! Он выпьет вашу кровь и еще Бог знает что с вами сделает.

– Спасибо за то, что предупредили. Я буду осторожен.

– Делайте, что хотите, сеньор. Ноя хочу просить вас об одолжении...

– Каком?

– Не могли бы вы вернуть в исходное положение мои шейные позвонки? Хорошо бы опять ходить, как все, особенно принимая во внимание тот факт, что нам скоро выступать на бой с монстром.

– Ох, конечно же. Извините, – расшаркался Римо и, легонько пошевелив пальцами, мгновенно излечил офицера от временного паралича.

Солдаты на улице продолжали шуметь и спорить. Бронеколонна напоминала беспорядочное сборище крытых дилижансов, готовых броситься на освоение Дикого Запада. Беда заключалась в том, что никто из нынешних пионеров не смог бы отличить запад от юга.

Римо уселся за руль, и Чиун вопросительно взглянул на него.

– Они отправляются на бой с монстром.

– Что за монстр?

– Тот самый, которого показывали по ящику.

– Но ведь это ненастоящее чудовище?

– Послушай, мы говорим об армии, которая боится ступать в лес после захода солнца, потому что там, дескать, живет летучая мышь – бог!

– Я не боюсь летучих мышей, – сморщил нос Чиун.

– Вот и хорошо, – сказал Римо и повернул ключ зажигания. – Потому что мы направляемся прямиком в джунгли. Там находится Верапас – уж не знаю, живой или мертвый.

– Какая разница?

– Ты это к чему?

– А к тому, что работа у нас не сдельная. Если кто-то другой успокоил этого парня, нам все равно заплатят.

– Не знаю, как тебе, а мне моя работа нравится. Кроме того, я нахожусь сейчас под воздействием сразу нескольких стрессов, и хотелось бы сбросить напряжение.

– Ты, возможно, нервничаешь оттого, что ногти у тебя на руках растут внутрь, – мстительно прошипел Чиун. – Это, знаешь ли, очень болезненно. Помолись, чтобы ногти росли в нужном направлении.

– Более всего меня сейчас заботит направление движения Верапаса, – огрызнулся Римо и зажег дальний свет.

Глава 33

Родриго Лухан беспокоился. И весьма.