Малая: Жизнь после тебя - Алайна Салах

очень сомнительных кругах. Хотя было время, я пыталась закрывать на это глаза, потому что очень любила.

В памяти воскресают кадры домашних застолий, со смехом, салютами, тостами. Самые теплые воспоминания из моего детства тоже оказались ложью. Те люди были обычными уголовниками.

— Мне казалось, что все те, кто приходил в наш дом — приятные люди.

— Ты была совсем юной, а они улыбались и дарили тебе подарки. Что еще ты могла думать? — Мамин взгляд наполняется грустью. — А этот Север. Он как-то дает о себе знать?

Я невольно отвожу взгляд. Мама знает лишь часть правды. Факты договоренности с Андреем и то, что бандитские деньги присвоил отец, я решила опустить. Стоит быть аккуратнее с ответами.

— Писал как-то. Спрашивал, как дела.

— Ты уже взрослая и в силах сама принимать решения, но если хочешь мой совет… — Она делает паузу и смотрит на меня со значением.

— Конечно хочу, — с жаром выпаливаю я. — Я чувствую, что очень запуталась. Была уверена, что никогда не смогу его простить, но порой так хочется дать слабину. Особенно когда он ведет себя так, словно ему действительно есть до меня дело.

— Побыв в отношениях с человеком, не имеющим отношения к криминальному миру, я бы ни за что не вернулась назад в прошлое. — Голос мамы звучит твердо и бескомпромиссно. — Моя жизнь стала намного лучше, счастливее и спокойнее, когда в ней не стало твоего отца.

Но меня в ней тоже не стало! — хочется воскликнуть мне, и лишь понимание, что мама подразумевает иное, меня останавливает.

— Папа был просто не твой человек.

— Думаешь, этот Север — твой человек? Разве твой человек когда-нибудь сделал бы такое?

Я встряхиваю головой. Так хочется, чтобы мама поняла. Поступок Севера был отвратительным, но по прошествии времени я сумела разглядеть в нем полутона. То, что я расценивала как личное предательство — на деле не имело ко мне отношения. На моем месте могла быть хоть мисс Мира, но Север бы все равно сделал то, что сделал. В его понимании он восстанавливал справедливость.

— Но он ведь вернул мне паспорта, — напоминаю я.

Мама остается непреклонной.

— Думаешь, этого достаточно, чтобы искупить вину?

— Я… не знаю.

— Подумай еще раз обо всем. Ты еще такая молодая… У тебя столько шансов начать жизнь с нуля. Может быть, даже не здесь.

Затаив дыхание, я смотрю на нее во все глаза. Неужели… Это ведь не намек на то, что я могла бы уехать с ней?

— А вообще он просто сволочь, если выбрал свое прошлое, а не мою прекрасную дочь. — Улыбнувшись, мама ласково заправляет прядь моих волос за ухо — жест, знакомый мне с детства.

Я улыбаюсь в ответ.

— Спасибо.

Она права. Нельзя забывать о боли, причиненной мне Севером, как и не стоит искать оправдание его поступку на фоне собственного одиночества. Отданные паспорта и сообщение «Как дела?» вовсе не делают из него Ромео.

— А ты бы могла задержаться на пару дней? — сама того не ожидая, вдруг спрашиваю я. — Было бы здорово побыть еще немного вместе.

— Думаю, это хорошая идея, — тронув меня за руку, произносит мама после небольшой заминки. — Уточню, удастся ли продлить номер.

От радости хочется бросится ей на шею. Я так боялась, что эти два дня, проведенные вместе, так и не станут чем-то большим, и наши пути вновь разойдутся. Но нет. Маме тоже ценно наше общение, если она, не раздумывая, согласилась.

Как же это, оказывается, здорово — иметь рядом маму. Теперь я как никогда могу это оценить. И каким же бессердечным отцом нужно было быть, чтобы лишить такой возможности родную дочь.

— Спасибо. Надеюсь, тебе не придется переезжать в другой отель.

— Я тоже на это надеюсь. — Подняв руку, мама просит у официанта счет. — Тогда расходимся по домам, да? Теперь у нас есть время обсудить все на свете.

— Если хочешь, я могу показать тебе свою квартиру, — предлагаю я, вдруг устыдившего своего негостеприимства. — Там, конечно, нет ничего особенного — обычная однушка. Но кухня просторная и есть балкон…

— Давай сделаем это завтра, хорошо? — Мама виновато улыбается. — У меня голова разболелась. Хочу полежать.

— Да, конечно. — Смутившись излишней инициативой, я прячу глаза. — У тебя ведь все в порядке со здоровьем, да?

— Да, все в порядке. Это жара на меня так действует. Завтра обязательно посмотрим твою квартиру. Не думай, что мне неинтересно.

— Я не думаю, — заверяю я. — Хочешь, я тебя провожу?

— Не нужно. — Вложив в папку счета две купюры и отрицательно помотав головой на мою попытку оплатить свою часть, мама встает. — Это отнимет много времени. Я вызову такси.

Смирившись с тем, что наша сегодняшняя встреча окончена, я поднимаюсь за ней следом. Грустить по этому поводу не собираюсь — ведь у нас появилось дополнительное время. Еще больше прогулок, кофе и разговоров по душам. Восстановить пропасть длиной в семь лет возможно, когда оба стремятся сердцем.

— До завтра. — Я с улыбкой придерживаю дверь такси. — Дай знать, как решится с отелем.

— До завтра, Линда. — Мама нежно треплет меня по щеке, отчего я невольно жмурюсь.

Все недавние планы отдалились, перестали быть значимыми. Сейчас я не хочу думать об отце, Андрее, Испании и европейских счетах. Хочу хотя бы ненадолго побыть маминой дочкой.

***

Первую половину следующего дня я не знаю, куда себя деть. Встреча с мамой назначена на два часа, и я больше ни о чем не могу думать. Трижды переодеваюсь, то распускаю волосы, то собираю. Хочется, чтобы мама видела, какая красивая у нее выросла дочь.

Ближе к полудню, не выдержав, выхожу из дома. Около часа займет догулять до главной пешеходной улицы с кучей модных кафе и ресторанов. В одном из них можно будет встретиться с мамой. Заведение хочется выбрать непременно лучшее, чтобы ей понравилось. Тогда маме возможно захочется приезжать сюда почаще.

Погода выдалась на редкость жаркой, так что приходится дважды заходить в кофейню и покупать лимонад. Незапланированное расточительство я оправдываю особенным поводом. В мою жизнь вернулась мама.

— Скажите, а можно взглянуть на ваше меню? — интересуюсь я у девушки, стоящей на входе террасы с белоснежными шатрами.

Маме здесь наверняка понравится. Главное, чтобы ценник был не аховый.

— Конечно, — кротко сообщает она, ныряя за стойку. — Прошу.

Моя рука безвольно падает вниз, не успев соприкоснуться с кожаной папкой. В глубине зала, под белым навесом я замечаю очертания знакомой фигуры. Кремовая рубашка, кофейного цвета брюки, идеальной формы лодочки — мама как и всегда выглядит безукоризненно. Она сидит за столом в компании