Аркадий Карасик - Бригада: Металл и воля

Выпив чашечку кофе и аккуратно промокнув губки кружевным платочком. Серафима Марковна приступила к бесстыдным переговорам.

Мои расценки вам должны быть известны. Сорок долларов за час, тристо — за ночь. Смею заверить, они значительно скромней, чем у моих конкуренток. Они берут за молодость и упругость, я за умение и значительный опыт. Понимающие мужчины обращаются ко мне. И не ошибаются… Вы согласны со мной или намерены торговаться? Заранее предупреждаю — торг не состоится, я не уступлю.

Тучков изобразил возмущение. Во первых, с любимыми — уже любимыми! — не торгуются, во вторых, тристо баксов за ночь с такой красавицей — действительно, мизерная цена. Только — за ночь, ибо для того, чтобы выразить своё уважение и признательность, часа ему не хватит.

Женщина скептически улыбнулась, но отвергать горячие признания не стала.

— Обычно, меня авансируют. Вас не затруднит, скажем, тридцать процентов?

Новый клиент не стал мелочиться — выложил всю сумму, пообещал, при удачном развитии событий, выплатить премиальные. Дама благодарно улыбнулась.

— С деньгами покончено… Теперь — о главном. Первое и, пожалуй, единственное условие — никаких извращений, только освящённый веками традиционный секс. Вы, надеюсь, понимаете, что я имею в виду?

— Понимаю и принимаю, — усмехнулся про себя Гоша. Дойдёт до дела — чистоплюйка сама захочет испробовать так называемые «извращения». Юлька из подмосковного борделя тоже поначалу брезгливо отворачивалась, потом вошла во вкус и показала клиенту на что она способна. — Действительно, в нашем возрасте заниматься… этим не только стыдно, но и опасно.

— Рада вашей солидарности…Тогда приступим. Приглашаю вас в спальню… На ложе любви…

Через десять минут дама, удивлённая необычной активностью клиента, запросила повторения. Дескать, она не успела разобраться в его деловых качествах и поэтому вынуждена согласиться на некоторые, так нелюбимые ею, отступления от установленных правил поведения в постели. И тут же бесстыдно осведомилась, как Георгий Тимофеевич относится к оральному сексу?

Тучков охотно признался в своей приверженности к этому способу. Он, мол. при первом же взгляде на симпатичную дамочку почувствовал незнакомое раньше желание отдаться ей. Именно, отдаться.

Бабёнка, не теряя времени, заставила клиента разогреться самому и разогреть её. Даже показала какие копки нажимать, на каких клавишах играть. Сама тоже приступила к делу. С такой ловкостью и умением, что Тучков понял, что она занимается извращениями не впервые — успела научиться, общаясь с другими мужиками.

Подобного блаженства он никогда раньше не испытывал. Юлькины ласки по сравнению с теми, которыми его одаривала Серафима Марковна — детский лепет. Она играла на его теле, как опытный пианист на рояле.

К полуночи, когда весь мужской боезапас был израсходован, пылкий любовник превратился в милицейского следователя.

— Рыков? — удивилась тоже утомленная дама. — Вы имеете в виду владельца алюминиевого комбината?

А кого же ещё? Навещал он тебя или не навещал?

— Почему вы обращаетесь ко мне на «ты». Разве я давала вам повод для оскорблений?

Не проститутка — светская дама! Придётся либо извиниться, либо распрощаться. Тучков выбрал первое — промолвил несколько извинительных слов. Он, дескать, посчитал, что постельная близость даёт право перейти на «ты». Без брудершафтов и невинных поцелуев. Серафима Марковна решительно не согласилась: для неё секс — нелёгкая работа, требующая полной отдачи сил и максимальной сосредоточенности. Грубость отвлекает, заставляет волноваться…

В конце концов успокоилась.

— Нет, Рыков никогда меня не навещал… Подождите, кажется, я смогу помочь вам. Близкая подруга жены олигарха, Верка, иногда подрабатывает девушкой по вызову. Конечно, не совсем удобно куда-то ехать, отмываться в чужой ванной, но замужняя женщина не имеет возможности принимать клиентов в своей квартире. Как это делаю я. Однажды, она призналась: во время какого-то банкета отдалась Рыкову. Получилось это спонтанно, в одном из кабинетов городской администрации. Алексей Анатольевич просто пожалел плачущую девушку — погладил по головке. А она подумала другое и ухватила его за гениталии. Какой мужик выдержит? Рыков, естественно, не остался равнодушным. Господи, какая мерзость: в одежде, на полу, без предварительных ласк. Будто грязные бомжи… Поговорите с ней — вдруг узнаете что-нибудь полезное.

— Как только что разговаривал с вами?

Серафима Марковна не покраснела, не опустила блудливые глазки. Наоборот, усмехнулась.

— По вашему желанию! Таких, как вы женщины любят — ни одна не устоит. А Верочка — поклонница свободного секса, большая любительница экзотики. Это то, что в приличном обществе называют извращениями. Вы с ней найдёте общий язык, не только за столом, но и в постели. Запишите номер телефона и адрес. Скажете: по рекомендации тёти Симы. Она поймёт и приедет.

Подниматься с постели не хотелось. Тучков нахально использовал страницу, вырванную из лежащей на тумбочке книги. Записал.

— Кстати, Георгий Тимофеевич, мы с вами живём в мире бизнеса, где любая услуга требует вознаграждения…Нет, я не имею в виду секс, он сам по себе — вознаграждение. Вы упоминали о премиальных. Неужели, я не заработала? Если вы недовольны моей излишней горячностью или, не дай Бог, холодностью — могу попробовать ещё раз.

Испуганный Тучков заверил — всё было прекрасно, его обслужили по самому высокому разряду! Пришлось подняться с постели. Халат хозяйки аккуратно сложен на пуфике, мужская одежда разбросана по полу. Мелких денег в бумажнике не оказалось, пришлось вручить вымогательнице сто баксов. Получить за пару сеансов секса почти пятьсот баксов — неплохой барыш!

Серафима Марковна равнодушно спрятала купюру под подушку.

— Спасибо… Знаете, уважаемый друг, я удивительно слабовольна, не умею торговаться, поэтому работаю себе в убыток. Ну, что такое сегодня — какие-нибудь полтысячи долларов? Три раза посетишь рынок — пустой кошелёк. А мне и одеться нужно, и приобрести разные дорогостоящие кремы и притирания. Профессия заставляет всегда быть в форме. Особенно, учитывая мой возраст. Сейчас на рынке любви — страшная конкуренция. Мужики оценивают нас по внешнему виду, умение и страсть познаётся позже, в постели. Сопливые девчонки, не умеющие ни возбудить клиента, ни доставить ему наслаждение, стараются отстранить пожилых конкуренток, заставить покинуть рестораны и казино. Слава Богу, у меня есть своя немногочисленная клиентура, обслуживание которой помогает быть на плаву… Кстати, вы не забыли, что у вас остаётся неиспользованным уже оплаченное время? Обидно — оплатить и не воспользоваться. Конечно, я понимаю, вы устали, насытились моим телом, но постараюсь помочь…

И помогла! С таким жаром и умением, что мужская «обойма» наполнилась новыми «патронами», которые он тут же пустил в ход.

Так и пошло. Отстреляется — получасовая беседа на разные темы. И политические, и экономические, и культурные. Однажды часа в три ночи они поговорили даже об уровне современного образования и падении нравов. Потом, после кратковременного отдыха, старуха снова оказывает активную помощь. С применением ненавистных извращений. Очередной «залп», с удачным попаданием в яблочко. Ещё один раунд невинной беседы. Оказание очередной «помощи»…

Похоже, старая баба вошла во вкус — с упоением возбуждает клиента, не без удовольствия гасит возбуждение. После бессонной ночи она не снизила активности. Разве только «разрешила» Гошеньке позавтракать бутербродами с чёрной икрой. Потом снова увела в постель…

— За ночь вы уже рассчитались, за день платы я не возьму. Ночь — ваша, день — мой. Признаюсь, я давно так не блаженствовала. Если вы тоже остались довольны — мы составим удивительно гармоничную пару. Я откажу своим постоянным клиентам, ограничусь только вами…

Только к вечеру следующего дня Тучков на подгибающихся ногах добрёл до автобусной остановки и поехал в гостиницу. Единственный трофей — номер телефона и адрес Верки, любительницы экзотического секса и случайной любовницы Рыкова…

Увидела Вера Тучкова и ужаснулась.

Да, на вас лица нет! Заболели, да? Присядьте, сейчас выпьёте чашечку чёрного кофе с лимоном — сразу полегчает. По себе знаю.

Ничего ты не знаешь, глупая трясогузка, подумал он, послушно усевшись в полумягкое кресло. Прокрутили бы тебя в барабане стиральной машины, обработали щипками и укусами, подёргали каждые полчаса за «вымя» — вот тогда ты поняла бы причину моего «больного» вида.

— Шеф у себя? — осведомился Георгий Тимофеевич, принимая из ручек девушки чашку с горячим напитком.

— Нетерпеливо ожидает вашего появления. Только что отпустил Андрея. Поминутно спрашивает: нашли ли Тучкова. Мы просто с ног сбились, все рестораны и казино обзвонили. Нигде нет. Виктор Петрович разволновался — не попали ли вы в какую-нибудь бандитскую разборку. Велел узнать в больницах и поликлиниках…