Герцогиня Пять Мешков (СИ) - Юраш Кристина

Он всю жизнь разводил поросят и тех, кто их у него покупал. Если благодаря первому он едва сводил концы с концами, то второе приносило старику неплохой доход. 

- Мне нужна твоя лошадь! – бросилась я на него. Старик из Мэртона, завидев меня, чуть не подпрыгнул и тут же выпустил вожжи. 

– Срочно! Мне нужно догнать их, пока они не успели уехать! – задыхаясь пролепетала я, несясь навстречу телеге! 

Я схватила коня и ловко взобралась на него. Конь сначала заржал, вставая на дыбы, но потом бросился в погоню. Старый Жихарь с ругательствами слетел с телеги, а когда я обернулась, то видела, что мне вслед грозят сухоньким кулаком. 

За мной по горной дороге грохотала телега, полная визжащих поросят. На каждом камне телега делала многоголосое: «Уррриииу!», а поросят подбрасывало в воздух.

- Постойте! – в отчаянии кричала я, завидев впереди красивую карету. Они ехали осторожно, поскольку не знали, где свернет дорога. 

На мой крик из окна высунулся глава семейства. Его глаза округлились, а шляпа слетела на дорогу. 

- Быстрее! Быстрее! – кричал он кучеру, чтобы тот прибавил ходу!

Я прижалась к лошади, ударив ее ногами. Нужно во что бы то ни стало их догнать!

Поросята визжали, орали, их бросало по телеге. Карета невесты лихо скрылась за поворотом горной дороги, а я еще прибавила скорость. 

Стоило мне только свернуть за утес, как вдруг я увидела карету, лежащую на боку. Ее красивое, покрытое позолотой колесо все еще вращалось, словно карета пыталась уехать. Кучер, пошатываясь стоял рядом, то и дело заглядывая в пропасть и хватаясь за сердце. Кони хрипели, а в самой карете кто-то протяжно стонал.

- Я помогу! – соскочила я с лошади, бросаясь открывать дверцу перевернутой кареты. 

- Осторожней, оборванка! – слышался раздосадованный и приглушенный от боли голос главы семейства. – Не выламывай двери! Мы отдали за эту карету кучу денег! Столько, сколько тебе и не снилось! 

- Я осторожно! Даже стекло не разобью! – уверяла я, распахивая каретную дверь. Среди красивых платьев торчала голова слуги и рука хозяина, которая шарила вокруг в поисках своей трости.

- Руку! Дайте руку! – попросила я, сидя на карете. – Я помогу вам! 

Я вытащила мятого слугу, который тряс головой. Следом извлекла хозяина, который рассматривал разбитое пенсне. Последними я вытащила дам. 

- Могли бы и руку вытереть, перед тем как протягивать, оборванка! – фыркнула наша будущая герцогиня, глядя на свою руку так, словно испачкала ее в навозе. 

- О, это ужасно! – причитала семья, пока кучер успокаивал и отстегивал лошадей от кареты. – Дорогая, ты цела? Как ты, конфетка моя? Не ушиблась? Мы чудом не сорвались в пропасть! О, наша карета! Наша прекрасная карета, за которую нам пришлось заложить все наши оставшиеся бриллианты! 

- Ну чего вы расстроились? Главное, что карета уцелела! Только колесо погнулось, - вздохнула я, глядя на роскошную карету с вензелями. – А починить ее запросто можно! Знаете, сколько в Мэртоне мастеров! Они что угодно сделают! Она у вас еще крепкая! До Мэртона доедет! Вот! 

 Я очень хотела утешить несчастное семейство и пошатала рукой карету, которая все еще вертела колесом. 

Не успела я опомниться, как карета почему-то поехала в сторону пропасти. 

- Ааааа! – послышался душераздирающие крики, когда карета слетела с обрыва. 

- А где звук? – спросил бледный кучер, придерживая коней и пытаясь заглянуть вниз. – Должен же быть звук удара! 

- Тут просто невысоко! Он будет через часа два! – вздохнула я, видя, как жмется друг к другу семейство, переглядываясь с ужасом. «Все пропало!», - ныла мадам, прижимая к себе дочь. 

- Девушка, послушайте! – внезапно бросился ко мне глава семейства. – Вы не могли бы спуститься вниз за помощью? Мы заплатим! Вот! 

Он полез с карман, доставая золото. Дамы закивали, глядя на меня с надеждой. Только что называли оборванкой, а уже девушка!

- Вниз? – спросила я, глядя в черную пропасть, куда только что загремела карета. – Там старина Билл и его сивая кобыла по прозвищу Лучок. Но я лично знала старину Билла. И скажу вам, что от него и при жизни толку никакого не было! 

- Вы не поняли! Я говорю, чтобы вы пошли в ближайшую деревню! И позвали на помощь! – приказал мне глава семейства, снова показывая деньги. 

Женщины кивали, кучер осматривал горы и щурился, а слуга поджимал губы, придерживая разорванный рукав и вжимая голову в плечи. 

- А давайте я отвезу вас обратно в замок! – усмехнулась я, показывая на свою телегу. – А что? Места много! Поросята подвинутся! Прокачу с ветерком!

- Да ты что, оборванка! В своем уме! Чтобы моя дочь поехала вместе со свиньями! Моя дочь очень впечатлительная натура! – отмахнулась сломанным веером мадам, тут же багровея от гнева: «Это ж надо!». 

- Папа говорил, что я тоже очень впечатлительная! Как впечатаюсь куда-нибудь! – вздохнула я, глядя на семейство. 

- Тем более, что свадьбы не будет! – решительно заявил глава семейства. – Наша дочь не выйдет замуж за вашего неотесанного провинциала! 

- Ну что вы говорите! Вы что? Хотите, чтобы герцог умер девственником незамужним? А? – возмутилась я, не выдержав такого. Герцог дал мне работу, герцог приютил меня в замке, а тут такое и про герцога?! «А еще он спас мне жизнь!», - подсказывала память. Он добрый, честный и благородный! А все, что говорят про него в деревне – враки! Он –не такой! 

- Даже слышать про это не хотим! – гордо заявило семейство. – В замок обратно мы не поедем! Мы лучше дождемся помощи здесь! 

- Ну ладно, я поехала! – вздохнула я, идя к лошади. – Ночи в горах холодные, а проезжают тут редко. Смотрите, костер не разжигайте. Его могут увидеть разбойники! 

- Ах, здесь водятся разбойники? – переглянулось семейство, а лакей прижался к ним, вжав голову в плечи. «Брысь от меня!», - гневно сверкнул глазами хозяин. 

- Я тоже думала, что их съели горные тролли! Но нет, еще водятся, - вздохнула я, беря под уздцы лошадь. – Вчера видела! 

- Горные кто? – громко ужаснулось семейство, осматривая горы. – Тролли? Горные тролли?!

Их голоса, эхом разнеслись по горам. 

- Вы сильно не шумите! – прижала я палец к губам, понижая голос до шепота. – В горах нельзя кричать! Видите гору! А в ней пещера! Говорят, что там спит старый дракон! Папа говорил, что если громко кричать в горах, можно его разбудить! 

- Ой, - икнуло семейство, переглядываясь. – Драконы, тролли, разбойники!

- Я вам еще про цвергов не рассказывала, - махнула я рукой, радуясь, что можно об этом рассказать. – Выпивоха Том рассказывал, что однажды заночевал на дороге, а его утащили цверги. Или «стуканцы». Дали ему железные башмаки и заставили работать на рудниках…

- Что вы за страсти рассказываете! – возмутился глава семейства, потрясая сломанной пополам тростью.

- Чистая правда! – обиделась я, любуясь красотой гор. – Здесь много, кто водится!

- Быстро в телегу, дорогая! – задыхалась мадам, задирая юбку и подталкивая дочь к поросятам. – Конфетка моя, быстро в телегу! Кто-нибудь помогите! 

Лакей тут же услужливо подсадил мадам, которая плюхнулась в сено и навоз рядом с дочерью. Глава семейства влез следом и присел рядом. Подле него разместились лакей и кучер. 

- Везите нас в ближайшую деревню! – скомандовал глава семейства, когда я ловко вскочила на лошадь. «Уберите его от меня! Он меня хрюкает мне в лицо!», - слышался возмущенный женский голос. 

- Держитесь! – усмехнулась я, разворачивая телегу прямиком к замку. – Пошла! Но! 

Лошадь сорвалась с места и поскакала изо всех сил. Из кареты на поворотах горной дороги слышались визги и оханье. На каждом камне раздавался все тот же звук: «Уриии!», только теперь к нему присоединялись голоса: «Иииии!».

- Вы там крепче держитесь! – крикнула я, не оглядываясь. – Повороты тут очень крутые! 

- Стоять! Остановись! – послышались перепуганные голоса сзади. Но их заглушал испуганный визг поросят. – Помедленней! Стоять!