Карачун 95 (СИ) - Малиновский Алексей Фёдорович

А на следующей день я очнулся в палатке, на той самой поляне, где мы вчера и остановились с компанией. Всё также голый. Хер его знает, приснилось мне всё это с перепоя или нет…но от кожи исходил отчетливый аромат «звездочки».

[/ОИ]

Я двинулся дальше по тоннелю, наслаждаясь хлюпающей грязной водой под ногами и мелким камешками, приятно впивающимися в ступни. Что это вообще за место? На канализацию не похоже, тоннели контрабандистов? Кто и для чего все это построил?

Никаких указателей, обещанных Валерой, было не видно. Неужели наебал? Зачем ему это? Размышляя о бомжиной подлости я добрался до первой развилки: мой тоннель разделялся на два ответвления. Подойдя ближе, я смог различить две подозрительных таблички: грязные ржаво-белые, они крепились на стены, сбоку от каждого прохода. Очистив их от грязи, я прочитал: NordStream и NordStream-2.

Что за хуйня? На газовую трубу эти места точно не похожи. Может просто обозначение аналогичное названиям улиц или шоссе? Хотя, подозрительно все это. Если струя — значит, здесь что-то сливают… Заводские отходы? Интересно, что могут производить в Серых Пределах? Тут же кроме душ ничего не должно быть…хотя тот же Валера как-то обзавелся телом, да и фуфайка опять же! Трупопроизводящая промышленность? Ну хз, больше ничего дельного в голову не приходит.

Решив сделать выбор наугад, я закрыл глаза и крутанулся вокруг своей оси. Остановившись, я пошел вперед и тут же врезался в перегородку между тоннелями. Злобно матерясь и потирая ушибленное лицо я интуитивно повернул налево и зашагал по первой «северной струе».

Минут через десять ходьбы, по бокам тоннеля стали попадаться новые ответвления, полностью лишенные опознавательных знаков. Из одного такого прохода доносились звуки музыки и еле различимые слова песни. Будто кто-то на баяне бренчит! Следуя на звук, вскоре я добрался до нарушителя спокойствия — прямо посреди коридора, в луже мочи сидел карликовый змей-горыныч. Мутно-зеленая основная тушка ростом с человека, и три головы на метровых шеях: первая, как и положено драконья, вторая собачья, а вот третья вполне нормальная человеческая. Правда с усами, ну тут ему бог судья… Нижние лапы у него были вполне обычными: когтистыми и опасными, а вот вместо первых были руки. Именно этими руками он играл на баяне, выводя до боли знакомый мотивчик.

Далеко от больших городов, Там где нет дорогих бутиков, Там мертвые души живут, О которых совсем не поют. Не снимают про них сериалов, Ведь они не в формате каналов, И не пишет про них интернет, Их совсем вроде как бы и нет. Они вечны, но не божества,

Прячут душу от злого врага!

В суши-барах они не бывают, И в соляриях не загорают. У них нет дорогой гарнитуры, Наплевать им на эмо-культуру, Не сидят В Контактах, в онлайнах, Они прячутся от комиссаров!

— Что-то хреново ты прячешься! Тебя за три километра слышно! — поздоровался я, выйдя из тоннеля.

— А, да тут все свои! — горыныч махнул рукой и ответил человеческой головой.

— Бояться нечего, а комиссары еще неделю пробиваться будут. Мы основной тоннель запечатали, а через боковые им ума не хватит сюда добраться. — засмеялся он.

— Что за комиссары-то? — спросил я.

— Новичок что ли? Ни в чем не разобрался и сразу в бега? А, ладно, мое какое дело… Комиссары — это подсосы Канцелярии. Раньше-то они Проводниками Душ работали — сидели в своих мирах, да помогали заблудшим в Серые Пределы переправиться, а сейчас скурвились. На свои миры забили и сидят тут — ловят уклоняющихся от реинкарнации.

— Погоди-ка! А что это у тебя на шее! Это ж и есть комиссарский амулет! Ах ты мразота ебаная, мозги мне запудрить решил! — горыныч неожиданно подпрыгнул с места, собачья пасть злобно зарычала, а драконья пыхнула черным дымом с искрами.

— Тихо-тихо, не кипишуй! Амулет я нашел, а бывшего владельца демон-холодец сожрал. — выставив вперед руки, пояснил я.

Горыныч, кажется не поверил, в его драконьей пасти начало разгораться жаркое пламя. Получить струю напалма в лицо не хотелось и я попятился назад, к выходу из тоннеля.

— Да ты на меня посмотри — какой уважающий себя комиссар без штанов ходить будет! Да что там штаны? У меня даже трусов нет! Это ж какой удар по репутации — все коллеги засмеют! Да и не практично это! — оправдывался я.

— Ну вообще да, непохож он на комиссара. Ни спереди, ни тем более сзади! Они из своих шмоток никогда не выползают! — из-за спины раздался хор сиплых голосов.

Я обернулся и увидел совершенно чудовищное страхопиздище: эдакий престарелый диплодок, метра два в длину, мощные лапы, вроде кошачьих, длинная шея, оканчивающаяся петушиной головой и множество живых человеческих лиц на жирных, обвисших боках. Я взвизгнул от ужаса и подпрыгнул вверх, едва не сломав шею о потолок тоннеля. И это я еще привычный ко всяким уродам — вы бы вообще полные штаны кидер-сюрпризов наложили! Эта тварь была реально криповой!

В этот же момент прямо под моей задницей пролетела струя жирного оранжевого пламени. Запахло палеными волосами, между булок стало чуть свободнее. Ну, хоть какие-то плюсы…

— Гера, осади, тут разобраться надо! — гаркнул диплодок.

— Амулет! Не видишь что ли? Его только живые носить могут! Это явно не новенькая душа! — ответил горыныч Гера.

— И что? Он пришел со стороны Бесконечных Полей! Как бы там комиссар оказался? — продолжил хрипеть диплодок.

— Он точно один. Я проверила. Это не засада. — из другого тоннеля вышла почти обычная собака. Вместо хвоста — весьма привлекательная женская голова, а в остальном — нормальная овчарка.

— Ладно уж, верю. Рассказывай. — успокоившийся Гера обратился ко мне.

— Да че рассказывать, где амулет взял — уже сказал. А попал я сюда по ошибке, вот ищу Канцелярию, чтобы назад вернуться.

Пёсочел подошел ко мне и принюхался к заднице.

— Странно, тело живое, но и мертвой душой попахивает. Точно не комиссар — от тех прокисшим подзалупным творогом несет. — пробормотала она и поморщилась.

— Я ж говорю ошибка, стал жертвой обстоятельств. Теперь и живой и дохлый одновременно. Посоветовали в канцелярию обратиться — вроде там должны разобраться. — вновь объяснил я.

— Они разберутся…похуй им на твои проблемы! Нихрена ты здесь не добьёшься — будешь с нами всю вечность гнить! — злобно выплюнул Гера.

— Погоди-погоди, это всё нужно обмозговать. Теперь у нас есть свой комиссар — это же как джекпот в безвыигрышной лотерее! — сказал многоликий диплодок.

— С чего это вы взяли, что я с вами? И может объясните сначала, что вы за черти? — спросил я.

— А куда ты денешься? В канцелярию тебе хода нет — амулет отберут, тело на фарш пустят, а тебя в пуделя-говноеда реинкарнируют! Инфа — соточка! — объяснил пёсочел.

— Всё так. А мы — многоликие…ну это сложно объяснить. Одной душе от комиссаров не спрятаться — никаких сил не хватит. Приходится объединяться. Один разум становится основным, остальные добровольно вливаются в него и отдают свою силу. Используя энергию душ я могу применять различные умения и способности, которыми владели существа, из которых я состою. Сейчас во мне 1117 душ и зовут меня Илья. — пояснил диплодок.

— Я уж думал ты Легионом обзовешься. Имя мне — легион и всё такое. А ты всего лишь Илья, как-то неавторитетно и в целом позорно звучит. — ухмыльнулся я.

— Да тут таких легионов, как говна надкусанного. Был у нас один десятитысячник, лет 10 назад… Возгордился и попер в одно рыло на Канцелярию. Думал сможет их разнести. Хуй там. Порвали на лоскуты — и все души в глистов сунули. Я кстати Анджелина. — игриво сказал полупёс. Кого-то мне ее человеческое лицо напоминает, и губы такие припухшие, аппетитно смотрятся. Бля, о чем я думаю? Это же хуйпоми что, собака с головой на хвосте…

— Очень приятно, а я — Карачун. И че делать-то будем? Забыл сказать, мне 21 час остался — если ошибку не исправить мне придет окончательный и бесповоротный пиздец. Даже души не останется!