Карачун 95 (СИ) - Малиновский Алексей Фёдорович

— О, а вот и орешки! Слышь, Хэ-Арон, не одолжишь на пару минут свою хлеборезку? — заржал я.

— Точно же! Хлеборезка-Арон! Так теперь и буду тебя звать!

— Сплошное наебалово! — расстроился Зевс и принялся уничтожать автомат, молотя по нему копытами.

— Мочи их! — закричал покрасневший от злобы Харон, угрожающе шамкая своей выдающейся хлеборезкой.

Несколько десятков ЛОХов взяли нас на мушки и открыли огонь из автоматов. Не успел я осознать происходящее, как мне наперерез кинулся Зевс и закрыл своим телом от пуль. Тяжелые автоматные стрелы прошили конскую тушку и он повалился на пол, истекая густой алой кровью.

— Вот ж баран! Хоть и конь! Что ж теперь с тобой делать? — с досадой выкрикнул я.

— Бегите! Я вас прикрою! — крикнул Зевс на конячьем.

— Всю жизнь прожил как собака, так хоть умру с честью!

— Ну не, так легко не отделаешься! Держись, друг, я что-нибудь придумаю! Ты еще будешь скакать по лугам и жевать сочную зеленую травку! — сказал я.

— Тра-а-авка! Травка это хорошо! — теряя сознание, пробормотал конь.

Вот ж рагуль, единственная живая туша в нашей компании — и тот под пули лезет. Ну не конь ли? Придется искать травмпункт, кажется что-то подобное было на схеме дворца. Но для начала нужно разобраться с автоматчиками. Здесь я решил не рисковать и сразу призвать иллюзорных бомжей — под постоянным обстрелом они точно сагрятся на оруженосцев.

Так и вышло, пространство мгновенно заполнилось агрессивными дурнопахнущими личностями, но вышел казус. Поначалу бомжи честно ринулись на обидчиков и даже успели ликвидировать часть вражеской силы, поразив их своими боевыми навыками и чудесными ароматами. Но всё испортил бармен, решивший предложить напитки новым посетителям. Едва бомжи услышали про бухло, они тут же забыли про ЛОХов, и принялись со скоростью саранчи изничтожать запасы кальянного алкоголя.

Матерясь на себя за недальновидность, я решил вновь прибегнуть к своему самому страшному оружию — Безумному Револьверу. Направив ствол на Хлебореза Арона, я нажал на спусковой крючок. В этот раз из дула вылетела молочная сосиска в натуральной оболочке. Я почесал в затылке и принялся наблюдать за дальнейшим развитием событий. Пули от автоматчиков, ласково царапали мою кожу, выбивали пыль из косяков и уничтожили мебель. Сосиска медленно летела к Арону. Прошло пять минут, у ЛОХов закончились патроны, они выбежали в коридор, затащили новый ящик, распаковали его, зарядили магазины и снова начали пальбу. Сосиска всё ещё летела, постепенно разбухая и проходя стадии от шпикачки до полноценной сардельки. Бомжи допили бухло и принялись вылизывать пустые бутылки. Сарделька врезалась в рот Арона, выбив тому передние зубы. Неожиданно у нее отросли руки и два волосатых мясных шара. Руки уцепились за верхнюю губу Хлебореза и принялись погружать переднюю часть мясного изделия глубоко в его глотку. Арон захрипел и засучил руками, пытаясь вырвать из своего рта подлую колбасу. Но не тут-то было! Хитрая сарделька мастерски извивалась и уклонялась от рук, продолжая насиловать рот бедного мужика. Вскоре он начал синеть, от недостатка кислорода и повалился на пол. Оруженосцы наконец заметили беду, в которую угодил их начальник и ринулись на подмогу. Общими усилиями им удалось поймать сардельку за волосатые шарики, однако при попытке вытащить ее изо рта хлебореза, их ждал облом. Подлая колбаса начала расти, удлиняясь и в тот и другой конец. ЛОХам пришлось встать в длинную цепочку и тащить эту гадость наружу при помощи множества рук. Тянут-потянут, тянут-потянут, а она только длиннее становится! Прям как в сказке про репку! Или там попроще было?

— Да-а-а. Хотел бы я пожать руку этому Шеогорату. Вот уж действительно гений! Это ж надо такую чудесную пушку придумать! — восхищенно пробормотал я, наблюдая за происходящим и кушая мясную зарезку.

В этот момент рядом со мной открылся портал и из него вышел странный мужик в длинном кафтане, разделенном как у шутов на два цвета — красный и фиолетовый. Мужик чуть поклонился и протянул мне руку.

— Приятно познакомиться, Князь Безумия Шеогорат. Благодарю за положительный отзыв. Мне очень важно мнение клиентов о моей продукции. Буду признателен если после десяти выстрелов вы отправите мне отчет с описаниями всех снарядов и их действий. А я вам вышлю небольшой ответный презент.

— Эээ, да запросто. — я пожал руку Князя и тоже чуть поклонился.

— Вот и отлично, а если бы ты отказался — я бы отрезал тебе голову! — расхохотался он и исчез в малиновой вспышке.

Не успел я как следует осознать произошедшее, как в коридоре показались какие-то мужики, одетые в механизированные костюмы с бластерами на плечах. Я сразу понял, что пора тикать. Уклонившись от первого лазерного выстрела, я объявил тактическое отступление и заюзал абилку плаща. (Вуаль пыли — пропитавшая плащ пыль выходит наружу и заполняет собой окружающее пространство. Время действия 1 минута, откат 1 час.) Всё в Кальянной заволокло непроглядным черным маревом, и на время стрельба затихла. Я подрядил бухих крыс и обдолбанную Клёпу тащить раненного коня, а сам вызвался командовать и прикрывать отступление. Каждому своё, как говорится…

Выбравшись через дверь в конце комнаты с игровыми автоматами, мы со скоростью беременной улитки поползли по коридору, постоянно озираясь назад. Я держал наготове верный револьвер, готовясь сильно удивить преследователей, а Зевс поддерживал нас бодрой песней:

Тяжелого коня несли к могилеКрутого парня хоронили, Смеялись и шутилиНад тупым его лицом.

Хэй!!! Хэй!!!Вся семья, Братья и друзья. Лошадь провожали, Плакали и ржали, Водкой поливали, В рожу целовали.

Шли дома громить!

— Эй! Последняя строчка не из этой песни! — возмутился я.

— Да похуй, смертельно раненому всё можно! — огрызнулся Зевс.

— Ну так-то да! — согласился я и принялся подпевать.

Мы продолжили своё бегство и следующий поворот коридора неожиданно привел нас в кухонное крыло. Здесь пахло борщом, клубничным вареньем, свежим укропом и уже привычно говном. Табличка над первой же дверью гласила: «Цех обработки яиц». Я заглянул внутрь — передо мной открылся вид на ряд объемных кресел, середина сидушек которых была аккуратно вырезана. Странно, похоже на деревенский сортир. Причем тут яйца? Я осторожно зашел внутрь «цеха», приблизился к первому креслу и заглянул внутрь дыры — под креслом виднелось отверстие такого же диаметра. Ну точно сортир! Очень странно! Я поднёс лицо чуть ближе к отверстию и тут из него выскочил огромный слюнявый язык и облизал мне брови. Гм, если бы я не знал, что эта штука лижет яйца всем подряд — это могло быть даже приятно. Вытерев лицо майкой, и бросив гранату в отверстие под креслом, я вышел наружу.

Следующей дверью был «Овощной цех». Может быть у них найдется аптечка? Я зашел внутрь ожидая увидеть объёмное шумное помещение с кучей столов и раковин, десятком рабочего персонала орудующего ножами и терками, но, вместо этого, попал в небольшую комнату, где собравшись в круг сидело несколько человек и вело оживлённую беседу.

— Я голосовал за поправки к конституции! — гордо сказал один из них.

Все дружно ему похлопали.

— Повышение пенсионного возраста — верный шаг! — выкрикнул другой.

Вновь взрыв аплодисментов и одобрительные похлопывания по спине.

— Крым — наш! Слава царю! — заревел третий.

На этом моменте я закинул внутрь гранату, закрыл дверь и пошел дальше.

Глава 17

Дети хоронят коня

in lavatory veritas

Октавиан Стетхем

Следуя дальше по коридору мы добрались до «Мясного цеха» и решили на время в нём схорониться. Помещение представляло из себя обширное пространство заставленное чанами со свежим фаршем, огромными промышленными мясорубками, и висящими повсюду тушами мертвых животных — преимущественно свиней, коров, разноцветных пони и зрителей первого канала. Аптечки не было и здесь, но я решил проявить смекалку и для затыкания дырок в коне использовал свежий говяжий фарш. Повезло, операция прошла успешно — Зевс не сдох и даже на несколько секунд пришел в себя. Осмотрев хмурым взором окрестности. он грязно выругался, сказал что ему нужно немного отлежаться и снова погрузился в забытье. Поразительной живучести существо!