Я - дракон (СИ) - Вознесенская Дарья

⁃ Кто это? - не могу не поинтересоваться.

⁃ Местные колдуны, - отвечает как нехотя.

⁃ Откуда ты знаешь? Чувствуешь магию?

⁃ Не совсем… просто знаю, во что здесь принято рядиться, если у тебя способности обнаружены.

Не слишком-то ты и словоохотлив, колдун. Впрочем, как и всегда, когда речь заходит о каких-то неведомых кусочках твоего прошлого.

⁃ А это должно быть так много людей, а? За полночь все-таки…

⁃ В твою честь, - отвешивает мне полушутливый поклон.

- Что ты имеешь в виду? - хмурюсь.

‍- По окрестным землям моментально пронесся слух, что в округе свирепствует ужасный дракон, а в городе объявился колдун, который может от него защитить. Все, кто склонен к панике, сбежались сюда…

- Хм.

Мне немного стыдно.

Тють-тють.

Паники и истерики я не хотела - я ведь никому на самом деле плохо не сделала. А паниковать или нет - выбор каждого.

Но на этой улице и правда не протолкнуться. И на постоялом дворе, в который меня приводит Армази. И верно, не таскаться же полночи вокруг нескольких строений. Тем более, что свежим воздухом я надышалась уже на всю жизнь.

Снова очень жадно внюхиваюсь, всматриваюсь в заведение. Совсем не как у нас! Стены каменные, грубые, на них - необычные резные «аппликации» - животные, люди, здания. Украшения такие, наверное. Множество резных светильников на тонких цепях висят на разной высоте; огня я там внутри не вижу, свет скорее магического происхождения. Пол такой же,как на улице - утоптанная земля, но присыпанная свежим сеном. Это же сено несколько лошадей едят - часть стойла в том же зале.

А еще здесь огромные столы, за которыми на лавке сидят все вперемешку, булькает что-то на печах и жаровнях, толстопузые подавальщики. Шумно, жарко, сытно.

Мне ужасно нравится!

Колдун подбрасывает в воздух серебристую монетку - свое золото я на поляне нашей спрятала, пусть мужик платит, я пока ни с одним золотым не готова расстаться - и как-будто магическим образом она исчезает в огромной ладони возникшего рядом с нами подавальщика.

Ловко.

Я такое даже в лучших ресторанах Петербурга не видела.

- Хозяин желает…

- Неприметный угол и все самое лучшее из еды и напитков, что у вас есть, - важно отзывается колдун.

- Скажи, скажи ему… - дергаю за рукав, чтобы не забыл, что мы обсуждали.

- Я знаю у вас приличное место и можно на самом деле отдохнуть, - он явно старается не закатить глаза, - Моей спутнице необходима отдельная комната и лохань с очень горячей водой и настоящим мылом. Если устроишь - еще на одну монетку не поскуплюсь.

- Конечно, - мужик ловко кланяется. Он все делает расторопно, хотя на вид - громила громилой. Усаживает нас в угол, за небольшим столом, выставляет несколько горшочков и плоских блюд с нарезанным мясом и неизвестными корнеплодами. Кувшинчики - в одном сливки, кажется. В другом - настойка такой крепости, что слезы из глаз. А в третьем - пенный напиток.

Я от всего в восторге.

От атмосферы, которая вовсе не убогая, не ужасающая как мне предполагалось. От начисто выскобленных столов, которые я глажу ладошками, радуясь знакомым-незнакомым ощущениям.

От того, что я вышла в свет.

От шумных посетителей.

От еды - я так давно не ела полноценно приготовленной пищи! Горячего хлеба, сырной, комковатой каши; похлебки с травами и сытной, с тонкими прослойками сала буженины!

От напитков - мне нравятся и сладкие сливки, и пенный хмель, и даже настойку пробую…

Все-таки не зря вышли.

- Что? - смотрю внимательно на колдуна.

До меня доходит, что последние минут пять он молчит и как замер весь… И взгляд как стеклянный. И до того не слишком был словоохотлив, да и вообще не раз дал понять, что ему не по нраву моя идея; посматривал все это время странновато.

Но сейчас вообще смотрит так, будто у меня рога выросли.

- Я обляпалась? - вытираю украдкой рот. Рукой. Здесь ни салфеток… ничего.

- Нет, - резко мотает головой и теперь смотрит на что угодно, но не на меня. А потом встает, - Сейчас вернусь.

Пожимаю мысленно плечами.

Меня накрывает столькими ощущениями, что не до колдуна. Подумаю о его поведении потом, когда время будет.

Армази возвращается действительно быстро.

- Если готова, можно подняться сейчас на второй этаж в…

- Да!

Чуть «дя» не ляпнула.

Дракон внутри меня все-таки на меня сильно влияет.

Мы поднимаемся по темной деревянной лестнице. А там… Кровать - это классно, конечно. Но опасно - заснуть могу. А вот о горячей ванне я мечтала примерно с того момента, как летела в холодный канал в своем прежнем мире.

- Нужна ли тебе служанка?

- Нет!

Я едва ли не выталкиваю мужчину из комнаты, запираю засов, скидываю одежду и погружаюсь в глубокую, пусть и короткую лохань, заботливо накрытую простыней от заноз.

Божечки-дракошечки…

Это круче кофе с апельсином.

Вода исходит паром и пахнет травами - изнутри мешочек прикреплен, они наверное там. Возле лохани - кусок желтоватого мыла, гребень, небольшое зеркало. А я, пусть и торчат коленки, полностью в этой воде. Давно не ощущала себя настолько кайфово, аж похрюкиваю от удовольствия…

Торчу в воде, пока она не начинает остывать. Только тогда со вздохом сожаления намыливаю тряпицу, тщательно моюсь.

Да, в виде дракона снова запачкаюсь скорее всего. Но хотя бы на пару часов кожа скрипеть будет…

И волосы насколько могу промываю, расчесываю.

Лицо изучаю. В маленьком зеркале удается поочередно рассмотреть глаза, щеки, подбородок - прихожу к выводу, что выгляжу очень даже ничего. Овал стал четче, а кожа - свежее.

В сухую простынку заматываюсь и совсем ненадолго позволяю себе вытянуться на кровати… У меня нет часов и сколько времени я не знаю. Но понимаю, что не стоит нежиться долго. Надо бы еще перекусить чего и обратно в лес. Превращаться.

Чтобы не оконфузиться под городскими стенами.

Одеваюсь.

Аккуратно выглядываю в коридор - но вроде никакой опасности нет.

И вниз, в обеденный зал снова спускаюсь.

Здесь уже сильно тише, мало кто за столами. Либо мирно разговаривают, либо спят, прям уткнувшись лицом в стол и спят. А кое-кто и с девицами в платьях с откровенными декольте заигрывает. Чуть ли не тискается.

Кошмар в том, что один из этих кое-кого - колдун.

36

Влюбленные драконы питаются мечтами. И потому часто травятся.

«Мое-ё! Отош-шла быстр-ро!»- ревет внутри меня дракон.

«Рр-р! Покусаю!!» - злится собака на сене.

«Хнык-хнык», - плачет хрупкая и нежная девочка, которую обидели и предали.

«Хрюн для него - слишком слабое выражение, - презрительно бросает внутренний голос, - Все-таки он настоящий му…»

«Но погодите, - пытается вмешаться рассудок, - Он нам… то есть ей… то есть никому ничего не обещал и не должен! Имеет право… наверное.»

Никто его не слушает. Я не слушаю. Я все понимаю, но…

Больно и унизительно. Аж на секунду глаза зажмуриваю, потому что надеюсь, что если закрыть, а потом открыть - все изменится. Картинка эта. И не будет он сидеть с грудастой девицей чуть ли не в обнимку, не будет с ней кружками чокаться и за плечо жамкать.

Под смеженными веками слезы вскипают, тоже в секунду.

А когда открываю глаза… Ничего не меняется. Только мои внутренности начинают огнем полыхать. Не от оборота скорого, нет.

Паршиво мне.

Это что, ревность? Но разве я настолько влюблена, чтобы…

Что?

И не понимаю, что делать дальше.

Самой подсесть к какому мужику? За свободный стол - и не мешать колдуну свои мужские дела проворачивать?

Угу, еще и благословить их на подъем в спаленку.

Устроить скандал?

Но вроде бы ни причин, ни прав у меня нет.

Уйти? В лес уйти, в прямом смысле. До утра не так много времени остается. Вот вспомнить, что у меня гордость и плевать мне на всяких колдунов - и уйти!

Только ноги несут меня за стол. А руки хватают остатки хлеба. И сливки. И настойку. Чуть ли не все разом. И я начинаю усердно жевать, и пялится с веселым изумлением - мнимым, конечно - на сидящую напротив парочку.