Магия моей крови (СИ) - Юэл

Несколько дней и я получу информацию, которая так встревожила первого советника короля. Сердце взволнованно застучало в груди, пока пальцы сжимали, пока еще белое полотно пергамента.

— Ты слишком много на себя берешь, ищейка.

Я вернулась мыслями к тем двух, что полуголые в одних только штанах, скрестили мечи и соревнуются друг с другом.

— Эва, Эва!

— Ариша?

Я развернулась в сторону дороги и увидела, как ко мне спешит моя хрупкая добрая помощница. Ее каштановые кудри подпрыгивали в такт каждому движению.

— Ты забыла.

В ее руках был небольшой узелочек, перевязанный светло-голубой лентой. Мой узелочек с зельями и мешочками. Глаза полезли на лоб, дыхание участилось, а мысли забегали в поисках объяснения содержимого личной сумки.

— Ариша, это…

— Ой, они голые.

Девушка отвернулась в сторону и закрыла глаза. Я поначалу не поняла, о чем она говорит, а затем вспомнила, что возле моего дома полуголые мужчины, пытаются самоутвердиться. Пробежав глазами, я решила, что да голые, но это я уже видела. Уолтер я часто видела в подобном облачении. Наши встречи проходили недалеко от того места, где он выступал шутом. Так что мужчина переодевался на ходу, не стесняясь своего могучего тела. А оно действительно было могучим. Широкие плечи, большая покрытая каштаново растительностью грудь и сильные руки. Еще года два назад, он был просто довольно высоким парнем, заточенным в темницу с тринадцати лет.

Кристиана же, я видела истекающим кровью на своей кровати. В отличие от Уолтера, на его теле не было растительности. Ростом он был выше, но меньше в плечах. В одежде чужеземец казался худощавым, как и любой аристократ, но под ней скрывалось натренированное годами тело.

— Да! — От размышлений отвлек радостный возглас Уолтера. Его противник стоял обезоруженным с приставленные к горлу мечом. — О, Эва, ты вернулась. — Будущий король бросил свое занятие и направился в нашу сторону. — А кто это с тобой?

— Это Ариша! Она работает со мной.

Девушка повернулась, не поднимая головы, сделала реверанс и поздоровалась

— Приятно познакомится господин.

— Как же приятно, если ты даже не смотришь на меня.

Будущий правитель неприлично хрюкнул, видимо, посчитав это смешком.

— Уолтер, тебе бы рубашку натянуть, — указала я на очевидное.

Он посмотрел на себя, на девушку, на себя и быстро натянул грязную рубашку, которая торчала из правого кармана. Из левого он достал леденцы и протянул горсть гостье.

— Угощайся, Ариша. Я Уолтер.

Покинули они мой дом вместе. Наказав Уолтеру проводить мою помощницу до самого дома, закрыла за ними дверь, чтобы через минуту услышать стук.

Тяжело вздохнув я решила, что прогоню любого, кто решил нарушить мое уединение, но он пришел не с пустыми руками.

— Шишки?

Никто не приходил ко мне в дом с шишками.

— А еще ягоды и Алтей с корнем.

Алтей действительно был с корнем, и от него сыпалась грязь. Я метнулась за ведром, куда и отправила столь необычный подарок.

Пока я занималась распределением даров, Кристиан прошел к столу, сел, закинув на него ноги, и начал поедать им же принесенные ягоды.

Закатив глаза, я ударила его по коленям, заставляя принять приличное положение, и забрала пару ягод малины. Поесть не получилось. День был загружен уборкой, а чуть позже взломом личной переписки советника. Вечером я переживала о том, к каким умозаключениям по поводу моих зелий пришла Ариша, что кусок в горло не лез.

— Я голодный как волк, есть, чем червячка заморить.

— Червячка?..

— Это значит что-нибудь пожевать.

С недавних пор, Кристиан мгновенно переводит непонятные слова. После случая с туалетным столиком он предпочитает выбирать более понятные словосочетания. Но порой привычная речь проскальзывает.

— У меня есть хлеб и несколько кусочков сыра.

Дома я бываю мало, а ем чаще всего в поместье Лорда Лэнгвина. Держу еду больше по привычке. Мама говорила, что в доме всегда должно быть то, чем можно накормить гостя. М-да…

— Сойдет.

Кристиан уничтожил последние запасы. Мне показалось, что хлеб уже покрылся плесенью, но мужчина сказал: «пофиг». Что это значит, я не стала спрашивать. Спросила о другом.

— Почему ты принес шишки?

— Ты же их в свои штучки добавляешь.

— Штучки?

— Угу. Я видел, как ты их сушишь и размалываешь. И с корнем алтея так же. А лепестки варишь.

Глаза полезли на лоб. Когда это он видел, как я работаю?

— Ты за мной следишь?

— Естественно.

Под рукой была металлическая кружка с водой. Я схватила и бросила в него не задумываясь. Но Кристиан плавно увернулся. Металл ударился об дерево, разлив всю воду, и упал на пол.

— Чего ты ожидала, Эва? Я же сказал — разведчик, шпион, лазутчик, ищейка.

Меня переполнял гнев. Мой дом, моя крепость больше не были моим домом и моей крепостью. Одной фразой Кристиан разрушил миф об уединенном спокойном проживании в отдалении от чужих глаз.

— Да как ты…

Хотелось рвать и метать. Те недолгие часы, что я проводила за приготовлением зелий и мешочков были самыми спокойными в моей жизни. Даже желание мстить порой улетучивалось, оставляя меня наедине со своими мыслями. Только в эти мгновения я давала волю слезам, которые сдерживала все остальное время, напоминая себе о том, что время не настало.

— Мне было двенадцать лет, когда я убил человека. Он преследовал меня и мою подругу. Мы украли сумку у какой-то богатой дамы, в надежде найти там деньги. Денег не было, она оказалась простой проституткой, выдающей себя за элитную эскортницу. Но, к несчастью, один мент видел, как мы свернули за угол, и бросился следом. Предупредительный выстрел случайно задел мою подругу. Тогда я уже носил оружие и умел им пользоваться. Достав его из-за спины, я выстрелил не задумываясь. — Я слушала затаив дыхание. Гнев улетучился, как недельная пыль под сильным порывом ветра. Слова Кристиана были наполнены горечью утраты и сожалением. Чувства, преследующие меня день изо дня. — Они погибли. Оба. Это был первый и последний раз, когда я убил человека.

— Зачем… — я сглотнула. — Зачем ты рассказал об этом?

— Чтобы тебе доверяли, ты тоже должен доверять. — В его черных глазах отражались искры пламени, что горели в печи. Я понимала, что таким образом, Кристиан сказал, что видел мои, скрываемые ото всех слезы, и что он понимает, они не беспричинны. Я кивнула, принимая этот жест дружбы. — Как ты думаешь, Ариша смогла разглядеть меня сегодня? Будет не очень хорошо, если она запомнила меня в гостях у Фарая, а после увидела возле твоего дома.

Его голос сменился с проникновенно участливого на беспечно-веселый. Минутка грусти осталась позади.

— Не думаю. Она старалась не видеть ваших обнаженных тел. Воспитание леди.

Ариша действительно подняла глаза только в ту минуту, когда Уолтер вручил ей леденец. Рассмотреть что-либо или кого-либо она просто не успела.

— Вот бы тебе такое воспитание?

На это раз в него полетел фартук, который я успела снять и положить на стол. Уходить в сторону от тряпицы Кристиан не стал. Принял удар с гордостью.

— Думаешь ты настолько запоминающийся?

Не только ему же издеваться.

— Ведьмочка, я единственный наполовину кореец в вашей стране. А может, и во всем вашем мире. — подмигнув, ищейка добавил. — И да, я очень запоминающаяся личность, если хочу, чтобы меня запомнили.

Глава восемнадцатая — Давно забытый смех

«Смех — лучшее начало знакомства. Смех — лучшее лекарство. Смех — лучший способ решения конфликта. Смейтесь».

— Что за… Прочь! Отстаньте от меня. Эва, твою мать…

Меня словно молнией ударило. Ариша всего полчаса, как ушла на базар. В ближайшие часы она не вернется. Хозяин дома прибудет только завтра, а это значило, что можно пробовать свой новый порошок. Что я и сделала. Кто ж мог подумать, что Кристиан сможет пробраться в запертое поместье.