Карачун 95 (СИ) - Малиновский Алексей Фёдорович

— Это еще что значит? — спросил я у жителей кирзачей.

— Чуханы — это души с кривыми образами, не определившиеся с основным воплощением. Возникает конфликт между различными субличностями. — ответил Илья.

— Так выходит вся ваша шайка Многоликих и есть чуханы? — заржал я.

— При чем тут мы? Чуханы — это просто однодушцы-шизофреники. Так понятно? — сказал Гера.

— Шизики, всё ясно, так бы сразу и сказал! Что там с красными стикерами? — продолжил я.

— Полупокеры — это души со всякими вредными подселенцами-паразитами, или служебная нежить, отлынивающая от работы. Смываются сюда, пытаясь откосить, иногда получается…система не совершенна! Но вообще такое редко случается.

— Занятно…но если есть полупокер, значит должен быть и полный? — удивленно спросил я.

— Полный покер — это твой красный приятель. Их на входе отсеивают. — буркнул Гера.

Я оглядел зал: ни полу, ни полных покеров не было. Мелькали несколько десятков желтых, но это на весь многотысячный зал! От разглядывания толпы меня отвлекли звуки доносящиеся со сцены. Вот уж чего я здесь никак не ожидал услышать!

Озаренный светом софитов, с микрофоном в руках стоял Витя Цой и совершенно не стесняясь исполнял (бело)русскую народную песню:

Вместо тепла — зелень стекла, Вместо огня — дым. Из сетки календаря выхвачен день.

Красное солнце сгорает дотла, День догорает с ним. На пылающий город падает тень.

Перемен! — требуют наши сердца. Перемен! — требуют наши глаза. В нашем смехе и в наших слезах, И в пульсации вен: «Перемен! Мы ждем перемен!»

— И как ваши коррупционеры не боятся его на сцену выпускать? Это ж прямой вызов действующей власти! — спросил я.

— А они и не могут помешать. Наверное еще не придумали, как сломать механизм. Выступления автоматически происходят.

— Вообще странно, он же помер 30 лет назад, как он может тусить здесь столько времени? Здесь же только новички… — удивился я.

— Как-как, наверное успел еще раз копыта отбросить — ничего удивительного. Некоторые и в первый день перерождения умудряются коней двинуть. — прокомментировал Гера.

— А почему он в прошлом «Образе», если недавно помер? — спросил я.

— Душа принимает вид наиболее отличившегося реинкарната. Я тебе уже рассказывал. Вот к примеру есть такие, что несколько веков проходили в виде сутулой собаки. А здесь все равно в человека обращаются.

— Человек — венец природы. — подтвердила Анджелина, бегавшая по тоннелям в виде собаки.

— Ага, а рептилоиды тогда кто? Они вродь тоже разумные, некоторые даже через чур…

— Пидорасы. — сказал, будто плюнул, Асфанаил. В его эмоциях явно читалась неизвестная личная трагедия.

Я хотел было расспросить его на эту тему поподробнее, но тут произошло нечто более странное. Стробоскоп вычислил «полупокера»: жирный мужик в круглых очках и с белой бородой получил красный стикер на лоб и начал боязливо озираться.

— Это паразит или нежить? — спросил я.

— Ты что не узнал? Посмотри внимательнее на него. — ответила Анджелина.

— Ну жиробас какой-то, на мусорную чайку похож, хотя больше на Вернона Дурсля, только тот без очков и бороды…

— Какой Дурсль! Это же Дед Мороз, ну или Санта Клаус, как его называют в некоторых отсталых странах 4го мира. Обычная служебная нежить! — сказала она.

— Что? Санта — нежить? — удивился я.

— Ну, а ты как думал? Ясен пень не живой! Злой дух, наделенный магическими способностями и возможностью обретать физическую форму. Каким образом по-твоему живое существо может вытворять такие трюки?

— Дык у него вроде внучка есть, а еще он печеньки и молоко теплое жрет. Извращенец… — ухмыльнулся я.

— Про внучек не в курсе, но физическая форма у него вполне дееспособная…может и правда извращениями занимается… — кивнул Илья.

— Так на кой хрен он вообще нужен? Разносить подарки детям — это ж сказка натуральная.

— Верно мыслишь! Но только не это не сказка, это прикрытие!

— Прикрытие для чего? Наркоту что ли распространяет? — спросил я.

— Какую наркоту? Они отслеживают рост и развитие реинкарнировавшей души до совершеннолетия. По случаю уничтожают присосавшихся паразитов и прочую шваль.

— Ого, какая хитрая замута. Я бы до такого и не додумался. В трезвом виде… Это ж вроде ангелов-хранителей получается! А почему они после 18летия не продолжают?

— Потому что душа считается дееспособной и сама способна о себе позаботиться. Кроме того доступ закрывается — следить уже не получится. — ответил Илья.

— И что вот этот уродец один летает по всем мирам, разносит подарки и одновременно наблюдает за созреванием душ? — спросил я.

— Почему один-то? Их тысячи. Вот этот 4765й. У него на спине написано — глянь.

Я присмотрелся: и правда, у жирдяя на спине, как у зека, была табличка с номером. В этот же момент на Санту опустился здоровенный стробоскоп, раскрыл свое чрево и поглотил бородатого тунеядца. Поднявшись в воздух, шар полетел в направлении неизвестного строения за сценой.

— Куда это его? — спросил я.

— В изолятор! Кстати нам нужно туда же и это отличный повод провести разведку, не вызвав подозрений. Контроль полупокеров — одна из обязанностей Комиссаров. Бежим! — скомандовал Илья.

Глава 6

Отстойник(Новогодний трип) [2/2]

Если видишь рядом портал, не думай — тут же ныряй в него! Ничего плохого не случится! Точно тебе говорю!

© Карач

Протиснуться через толпу, начавшую колбаситься под «звезду по имени солнце», было практически невозможно, но я вовремя вспомнил о своей возможности подпрыгивать на несколько метров вверх. Прыгая, как сайгак, я отталкивался от голов и лиц, ничего подозревающих реинкарнатов, и вновь устремлялся вверх. Пять минут, пара десятков сплющенных хавальников и вот я за сценой.

Передо мной возвышалось неуютное серое строение, с вывеской «Изолятор временного содержания 1–1». Поднявшись по старой ржавой лестнице, я зашел внутрь.

— О, комиссар, вы как нельзя вовремя! Этот кадр оборзел в край! Отпуск, говорит ему подавай! Еще и тысячи лет не отработал, а уже в отпуск — ну каков наглец, а⁈ — быстро протараторил встретивший меня чувак в белом халате.

— Разберемся! Куда его посадили? — бодро гаркнул я, как бывалый военный.

— Так в 7ю, пойдемте провожу. — ответил халатоносец.

— А это кто вообще? — шепотом спросил я у своих сапог.

— Один из секретарей Канцелярии. Отвечает здесь за все проверки. Поосторожнее с ним. — отрапортовали снизу.

Секретарь провел меня под длинному бетонному коридору, украшенному белой плесенью и потеками ржавчины. Мы спустились на этаж вниз и оказались в типичной тюрьме со множеством уютных камер. За решетками номеров сидели странные существа: отливающий сиреневым бобер с головой свиньи, лохматый темный эльф без носа, натуральная Вупи Голдберг и целое стадо подозрительных розовых зайцев.

— А это что у вас? — продолжая отыгрывать образ сурового вояки, спросил я.

Я не знаю, как должен вести себя канцелярский Комиссар, но мне отчего-то представлялся суровый исполнительный полкан, готовый к решению любых проблем.

— Да шушера всякая. Интерес вызывает разве что бобер — стихийный многоликий. Намешалось несколько неразумных душ. А мне теперь разбираться что с ним делать…

— А с этой что? — спросил я, указывая на Вупи.

— Да это зубную фею демоны загрызли, она со страху и подселилась к старушке. Ох, там такая дичь вышла! Она ж зубы всем подряд рвать начала… 700 человек теперь инвалиды, разворотила им хавальники, как бывалый нацист… Было бы больше, но нашелся добряк с дробовиком — пристрелил ее. Вот, теперь тут сидит.

Наконец мы подошли к 7й камере, Дедушка Санта уже сменил свою маскировку и, как полагается, сидел в красной шубе с белой оторочкой и такой же шапочке. Рядом с ним стояла початая бутылка клюквенной «финляндии». Приятно пахло перегаром с нотками цветов и фруктов.