Один раз – не вампир. Книга 2 (СИ) - Васильев Владимир Анатольевич

А вторым казусом оказалось то, что неотесанные амазонки не понимали, что орать стоит потише, тем более что звукоизоляция в трактире была очень так себе. А может они и специально так делали, пытаясь поднять свой статус. Но я со своим вампирьим слухом постоянно отмечал, что под окнами то и дело кто-то останавливался, не стесняясь комментировал, а часть прохожих потом и в зал отправлялись, где вскоре собралось немало болельщиц. Так и сидели, гогоча, и даже иногда свистя, пока трактирщица их не выперла.

В перерывах гостьи мне рассказали, что у амазонок принято, что имена даются только после того, как удастся проявить себя хотя бы в тренировочном походе. А Маргаритка не смогла проявить себя в вылазке в Проклятые земли, которая как раз вчера закончилась. И все потому что прикрывала подругу, которая сломала ногу, свалившись при нападении случайной гарпии с коня еще до нормального столкновения с врагами. Вот и приходится им пока пользоваться детскими прозвищами.

Но после этой ночи авторитет среди молодежи у них здорово поднимется. Имена до следующего похода конечно не дадут, но и пренебрежительно относиться просто не смогут.

Только через пять часов я встал с кровати, полюбовался уснувшими гостьями и стал одеваться. До утра посижу за столом. Энергии я сегодня вытянул очень много, впервые за последние несколько месяцев совершенно не ощущая вампирий голод. А девушки даже не были обессилены, а просто устали. Как я и предполагал, нужной мне жизненной силы в них оказалось навалом. Амазонки — идеальная пища для вампира. Жаль что они очень уж неотесанные, и по горло напитаны идеями превосходства над мужчинами.

Так и досидел до восхода, а затем за дверью в комнату сначала пошуршали, так что я насторожился. И не зря. Потому что уже через секунду в дверь прилетел могучий пинок, так что хлипкий замок не выдержал. Как и петли. Дверь плашмя рухнула на пол, и в комнату шагнула старуха. Я не сразу её узнал, но когда заметил Мун, которую та волокла за собой за шкирку, то сразу вспомнил. Наставница школы для девочек, или правильнее, заготовок для амазонок.

Я вскочил на ноги, но меч выхватить не успел, а потом и не стал. А вот мои гостьи вылетели из кровати подобно ракетам на старте, но как-то прикрываться даже не пытались. Вообще не обратили внимания ни на одежду, разбросанную по полу, ни на одеяло или простыню. А вот мечами, которые всю ночь лежали в изголовье кровати, ощетинились мгновенно.

Старуха презрительно оглядела представшую ей сцену, а затем с силой толкнула ко мне Мун, от рождения большие глаза которой от представшего зрелища расширились вообще на поллица.

— Забирай свою рабыню! — прошипела старуха. — Да, рабыню! Потому что она так и не научилась простым вещам! Ни как надо себя вести, ни как ей надо называться. Да она… Да она! Да она же мне полшколы перепортила! Её отряд, глядя на эту тщедушную фигурку, а особенно на беззащитное поведение, записал её в дочери! Где это видано, чтобы мои ученицы сюсюкались с кем-то? Да мне теперь полгода надо будет из них дурь выбивать!

Я аккуратно приобнял принявшуюся плакать девчонку за плечи, а затем положил ей руку на затылок и отвернул голову от голых Маргаритки и Свечки, на которых мелкая дурочка пялилась не отрывая глаз. Старуха ушла, да и гостьи похватали одежду в охапку и собрались смыться. Только под моим строгим взглядом сначала все-таки натянули на себя штаны и рубашки.

— Прости, господин, — прошептала Мун, когда мы остались вдвоём, и я хоть не закрыл дверь, но просто поставил в проеме. — Я не оправдала твоего доверия. Ты мне приказал учиться на воительницу, а я не справилась.

— Тебя хоть не били? — спросил я, раскаиваясь, что вообще мне пришла в башку мысль пристраивать эту несчастную в воинскую школу. Очень суровую школу.

— Пустяки, — отмахнулась девчонка. — Только разок и прилетело. Наставница приказала выпороть меня старшим ученицам. Но я после первого удара ремнем так завизжала, что они чуть не разбежались. У них там визжать вообще не принято. С того момента меня все и взяли под попечительство.

А я только вздохнул, оценив уставившийся на меня влюбленный взгляд. И ни фига Мун не излечилась от своей дури за те месяцы, что не видела меня. Еще я поразился, что за спиной девчонки висит меч наподобие того, как солдаты в моем прежнем мире когда-то носили винтовки. Мой старый меч, который я ей подарил при расставании. И толку? Вытащить его из ножен, не сняв с плеча, не получится. А с другой стороны, как ей его еще носить? На поясе точно не выйдет. Не тот у Мун рост. До амазонки, даже заготовки в амазонки, ей очень далеко.

Я собрал с пола сброшенное с кровати постельное белье, постаравшись незаметно сунуть в карман забытые трусики одной из амазонок. И неудачно, потому что Мун проводила их очень внимательным взглядом. Я сначала думал, что возмущенным, но после вздоха догадался, что завистливым. Девчонка набиралась смелости что-то сказать, но я догадываясь что, отвесил ей легкий подзатыльник, без слов указав на её детский статус.

Затем мы спустились вниз, но когда я предложил трактирщице заплатить за дверь, та только махнула рукой, ехидно сказав, что это за счет заведения, да и за то, что я вчера обеспечил ей невиданный наплыв посетителей. Посетительниц.

Глава 8

Покинув трактир мы первым делом направились на базар. Что мне делать дальше я уже решил. Надо вернуться в западные королевства, чтобы не таскать с собой мелкую девчонку по Кольцевой дороге. Это и опасно очень, да и просто нафиг не надо. А на западе у меня есть очень хорошая подруга, которой я девчонку и отдам на воспитание. И надеюсь, что Аллия не обалдеет от такого подарочка.

А на рынок я пошел за транспортом. Это я могу идти без устали целый день, а вот Мун не амазонка. Нет, она так-то очень даже выносливая и ничуть не комнатный цветочек. Но вряд ли прошагает больше двадцати километров. А я собирался за один день пройти и пустыню, и степь, и даже узкие горы.

Я решительно прошел мимо ряда с лошадьми. С этими животными у меня особое отношение. Они меня боятся. И даже если удастся приучить какого-то коня, то для охотника на нежить таскать с собой скотину будет совсем лишне. Нежить на животных кидается редко, но не в бою. А еще в Проклятых землях есть немало магически измененных животных, для которых конь будет очень желанной добычей. Нет, в эти земли никто в своем уме верхом не суется.

Но я видел у амазонок очень замечательный транспорт, который прекрасно заменяет ослов. Грузоподъемностью, конечно проигрывает, но намного лучше по проходимости. Я остановился у загона, и торговка окинув взглядом меня и спутницу, сразу все поняла и принялась нахваливать свой товар:

— Вот, красавчик, смотри! Есть отличный козел для твоей девчонки. И уже с подогнанной сбруей.

Я вопросительно приподнял бровь, и женщина пояснила:

— Это прирученные горные козлы. У нас в заоблачных деревнях на них постоянно дети гоняют. Иной раз на такие скалы верхом взбираются, что потом ремни у матерей все истрепанные о задницы. Но у нас-то по простому, только уздечку накидываем. А вот для вас есть настоящая сбруя. Все серьезно. И седло, и стремена. Так что поедет твоя будущая жена как королева!

Мун покраснела, а я только пожал плечами и полез за кошельком.

Земли амазонок мы прошли и проехали очень быстро. Дальше до обеда прошли пустыню, и я всё проклял, весь промокнув от пота под сумасшедшим солнцем в сногсшибательную жару, да еще и двигаясь быстрым шагом. Местные-то вообще всегда еле ноги переставляют, но нам надо спешить.

А вот в степи, куда мы бодро поднялись по четырехкилометровому пандусу, царила весьма прохладная погода разгара зимы. И тут я уже не стесняясь просто побежал. Степь достаточно широкая, поэтому чтобы всю её пересечь, мне требуется или шагать часов десять, или бежать раза в три меньше. А ведь нам надо до заката пройти троллье ущелье, чтобы не ночевать в степи. Можно, конечно попроситься в юрту кочевников, но как-то не хочется.