Падшие ангелы в погонах (СИ) - Лысак Сергей Васильевич

— А вот это правильно! Присаживайся, сейчас все быстро организуем!

— Кстати, ты не в курсе, кто из наших сейчас в городе?

— Да многие есть. Кто конкретно тебе нужен?

— Дядя Коста, Живчик и Македонец.

— Живчика и Македонца нет — вчера в море ушли. А вот дядя Коста сегодня вечером обещал быть. Приходи часикам к семи. Если он придет раньше, предупрежу, что ты его спрашивал.

Матвеев сел за стол и огляделся, предавшись воспоминаниям. Здесь практически ничего не изменилось за двенадцать лет. Чем ему нравился Александрос — грек был кладезем местных новостей, но при этом не лез с ненужными расспросами, ибо в среде контрабандистов излишнее любопытство не приветствовалось. Захочет человек сказать — сам скажет. Да и кухня в «Сирене» была отличная, поэтому данная точка общественного питания давно стала излюбленным местом встреч для определенного контингента местных жителей, чьи интересы не совсем совпадали с таможенным кодексом. Разумеется, власти об этом прекрасно знали, но формального повода прикрыть заведение «дяди Сандро» не было. Скорее всего, грек приплачивал кому-то наверху, поэтому полиция обходила «Сирену» стороной. Да и делать ей там было особо нечего, поскольку драки в таверне были большой редкостью. Случайных залетных «героев» тут же ставили на место сами контрабандисты, а местная шпана, хорошо знающая, с кем имеет дело, вела себя прилично. То есть, в качестве «штаба» данное заведение подходило идеально.

День Матвеев посвятил сбору информации, пообщавшись с местными жителями и внимательно ознакомившись с прессой, из чего сделал вывод, что несмотря на внешнее спокойствие и привычный ему ритм здешней жизни, правительство Греции осознает опасность эскалации военного конфликта в средиземноморском регионе, который затронет и Грецию, поэтому предпринимает меры для обеспечения безопасности страны. Другой вопрос, что при наличии имеющихся сил говорить о войне с сильным противником не приходилось. Все также недооценивалась опасность удара со стороны Югославии. Полоса укреплений, получившая название «линия Метаксаса», прикрывала фактически только границу с Болгарией. Хотя в отношении Италии, захватившей соседнюю Албанию, греки никаких иллюзий не питали. Поэтому, когда вечером Матвеев снова отправился в «Сирену», текущую обстановку в Греции в общих чертах он уже представлял.

Вечером в «Сирене» было многолюдно. Местные завсегдатаи любили заглянуть на огонек к «дяде Сандро». Нужного человека Матвеев увидел, едва вошел. Пожилой грек Константинас Панайотис сидел в дальнем углу и вел неторопливую беседу с молодежью за стаканчиком вина. Матвеева он узнал сразу и улыбнувшись, что-то сказал своим собеседникам, после чего они быстро исчезли, оставив старых друзей вдвоем. После взаимных приветствий и традиционных вопросов о здоровье перешли к делу.

— Давно тебя не было, Николаос. Ничего плохого не случилось?

— Нет, дядя Коста, все нормально. Просто так вышло. Я к тебе по делу. Знаю, что у тебя есть выход на армейских офицеров в больших чинах. Можешь обеспечить мне встречу с кем-нибудь, кто имеет доступ на самый верх?

— Хм-м…  Странная просьба. Да, такие связи у меня есть. Но эта публика просто из любопытства на встречу не пойдет. Что им можно сказать?

— Скажи, что я хочу передать важные материалы, касающиеся безопасности Греции. Причем срочно, ибо срок годности у этой информации очень небольшой. И безвозмездно. Может взять с собой кого-нибудь для подстраховки, если боится, но чтобы без фокусов. Если я пойму, что меня там ждет целая компания, жаждущая пообщаться, то встреча не состоится. Место и время — на его усмотрение.

— Вот даже как?! Николаос, не знаю, во что ты вляпался, но чувствую, что грядет большая заваруха. Я прав?

— Прав.

— Понятно. Приходи сюда завтра в это же время. Думаю, к вечеру уже что-то будет известно…

В ходе дальнейшего разговора этой темы больше не касались, в основном обсуждая последние местные новости. Распространяться о том, где провел все это время, Матвеев не стал. Сказал только, что встретил богатых соотечественников, которые предложили службу в охране, а Панайотис не пытался узнать подробности.

Следующие два дня тянулись очень долго. За это время Матвеев порядком исколесил Пирей, побывал в Афинах, и приобрел лощеный вид, совершенно непохожий на «деревенщину». Панайотис сообщил при следующей встрече, что удалось договориться с одним из штабных офицеров, который будет ждать на следующий день в ресторане отеля. Чтобы не связываться с паролями и прочими шпионскими атрибутами, Панайотис представит их друг другу и сразу же уйдет. Офицер дал честное слово, что никаких фокусов с его стороны не будет, а дядя Коста пообещал то же самое со стороны Матвеева, за личность которого поручился.

И вот вечером третьего дня Матвеев, выглядевший соответственно текущему моменту, вошел вместе с Панайотисом в зал ресторана фешенебельного отеля «Посейдон», где простым смертным делать было нечего. Интересующий его человек был в штатском и сразу обратил внимание на вошедших. Узнав Панайотиса, слегка кивнул ему, дав понять, что дальнейшее присутствие контрабандиста нежелательно. Матвеев сел за стол и поздоровался, внимательно оглядев собеседника. В принципе, никого другого он и не ожидал. Обычный штабной сноб из чистокровных эллинов, считающий понтийских греков вторым сортом. А всех прочих иностранцев — третьим. Тем не менее, разговор начался на вежливой ноте.

— Добрый вечер, господин Матвеев. Я полковник Ласкаридис. Мне сообщили, что Вы хотите передать какие-то материалы, касающиеся безопасности Греции. Причем б е з в о з м е з д н о. Я не ошибся?

— Вы не ошиблись, господин полковник. Прошу Вас, ознакомьтесь.

С этими словами Матвеев вручил собеседнику папку с бумагами, которые тот начал сразу же просматривать. По мере просмотра выражение лица грека менялось. В конце концов, просмотрев все документы, он удивленно уставился на Матвеева.

— Но откуда у Вас э т о?!

— Меня попросили передать эти материалы одному из высокопоставленных офицеров греческой армии.

— И Вы хотите, чтобы я во все это поверил? Человеку, которого я не знаю, и который, давайте называть вещи своими именами, не в ладах с законом?

— А я не прошу мне верить, господин полковник. Меня попросили передать эти бумаги, и я их передал. А верить этой информации, или не верить, — дело ваше. На этом моя миссия закончена. Благодарю Вас, что нашли время для встречи со мной.

— Подождите, господин Матвеев! Как можно связаться с Вами?

— Я всего лишь курьер, господин полковник, и ничего не знаю. Мне хорошо заплатили, и попросили передать эти бумаги, сказав, что это очень важно для Греции. Этого человека я никогда раньше не видел. А сейчас не смею больше Вас задерживать. До свидания!

Не дав греку собраться с мыслями, Матвеев попрощался и покинул ресторан. И почти сразу же обнаружил за собой хвост. Что было вполне ожидаемо. Но вели себя топтуны мирно, и никаких попыток задержания не предпринимали. Поэтому, вдоволь поводив их за собой по шумным вечерним улицам Пирея, Матвеев избавился от слежки тогда, когда счел это нужным. Больше ему в Греции делать было нечего. Пришла пора выбираться отсюда. И чем скорее, тем лучше.

Добравшись до порта, Матвеев еще раз проверил обстановку. Все тихо, слежки нет. Очевидно, не ожидали от него такой прыти. Но оставаться в Пирее больше нельзя. Ибо греки обязательно захотят выяснить подробности, и начнут его искать. Неприметная старая, но еще крепкая лодка, купленная вчера, ждала его среди других таких же многочисленных рыбачьих посудин. Панайотис прибыл сюда сразу же после выхода из ресторана, и теперь нервничал, поглядывая на часы. Матвеев не стал задерживаться. Все необходимое он спрятал в укромном месте заранее еще до встречи, поскольку возвращаться в отель не собирался.

— Давно ждешь, дядя Коста?

— Тьфу на тебя, напугал! Давно. Тут все тихо, никого не было. Что мне говорить, когда спрашивать будут? Ты ведь, как я понял, обратно нескоро вернешься?