ПОКА НЕ ПОГАСНЕТ СОЛНЦЕ - "Nogaulitki"

— Такая твоя политика, да? – хмыкнула Богатырева.

— А что в ней плохого? Я все сказала честно.

— Лучше бы ты была честной тогда, чем сейчас, — негромко проговорила девушка и отвернулась к окну. – Я не знаю, что тебе ответить на это.

— Ничего не отвечай. Просто позволь мне провести с тобой эту ночь. А потом… — я грустно улыбнулась. – Потом пусть будет так, как будет.

Я была откровенна в своих словах. Да, вероятно, она права, и мне нужно было раньше думать о честности. Раньше сказать ей всю правду. Еще тринадцать лет назад. Как бы сложилась тогда наша жизнь? Не знаю. Может, мы разошлись бы через год, а может, были бы вместе до сих пор. Я не знаю. Никто не знает. Но она, поначалу доказывавшая, что наши чувства были фикцией, детским бредом, все-таки призналась, что все это было. Все было реально и по-настоящему. И только этот факт грел мне душу. Пусть часть меня навсегда останется в прошлом. Но я знала, что когда-то я была счастлива.

***

Это была самая нежная ночь из всех, что у нас были. Наверное, так и должно было быть. Как последний поцелуй – он же самый запоминающийся.

Мы не говорили больше о нас – ни о прошлых, ни о настоящих. Мы просто были. Отдаваясь взаимным поцелуям и объятьям, воспоминаниям, тем что были и которым никогда не сбыться. Мы просто любили друг друга так, как могли. Я – с мольбой о прощении за прошлое, она – за настоящее.

***

На часах было шесть утра, когда я, тихо одевшись и осторожно поцеловав ее в лоб, бесшумно вышла из спальни. Обулась, накинула куртку и вышла в холодное дождливое утро. Погода полностью совпадала с моим душевным настроем, и я даже получала от этого какое-то мазохистское удовольствие. Я уже все для себя решила. В эти два дня перед ее отъездом я просто исчезну. Я не буду искать встречи, не буду их провожать. Мне не хотелось осквернять то, что произошло ночью, неловким прощанием. Это было откровение. Она дала мне то, что я хотела – иллюзию единства, ощущение того, что мы вместе. И я не хотела, чтобы это, пусть скоротечное, но сильное чувство, затмилось пустыми словами «до встречи». Я знала, что не будет никакой встречи. Знала, что это конец. Так пусть и в этот раз я поставлю эту точку.

Глава 31

С самого утра я была в отвратительном настроении. Ирке я сразу написала, что ни на какие «провожания» я не приду. Сказала ей передать Ринату и Богатыревой пожелания хорошей дороги и все. Не нужно было всего этого.

Даже эти два дня, когда Богатырева мне звонила, я не брала трубку. Нам не о чем было говорить. Зная ее, она бы попыталась смягчить мою боль. Но как? Обещаниями, что все будет хорошо? Предложением своей дружбы и поддержки? Это было глупо, и я посчитала, что достаточно выросла для того, чтобы справиться со своей болью самостоятельно. Но недостаточно для того, чтобы сказать об этом ей в лицо. Поэтому я просто не отвечала.

Более того, я сделала еще большую глупость – ответила на звонок Ксении. И решив окончательно вывести себя из равновесия, предложила ей приехать в гости. Что она и сделала.

Девушка выглядела лучше, чем когда я ее видела в последний раз. Она пришла с предложением… дружить. Надо же, какой я, оказывается, прекрасный человек. Все хотят со мной дружить, прямо-таки медом намазано. Ксения сказала, что поняла и приняла мои чувства, точнее, их отсутствие, и справилась с этим. Даже начала встречаться с одной милой дамой. И тоже врачом. Я пошутила, что, главное, чтобы эта дама не оказалась хирургом – они самые жесткие люди. Ксения посмеялась и ответила, что ее избранница – терапевт в городской больнице.

Мы сидели на кухне и, присутствовавшая поначалу неловкость постепенно улетучилась. Настолько, что я рассказала Ксении всю подноготную происходящего последние месяцы. Видимо, мне тоже нужна была поддержка. Конечно, я могла бы поговорить с Иркой, но… Честно, может, это и плохо, но я ей немного завидовала. Пусть по-доброму, но завидовала. Ведь у них с Ринатом получилось. Он выбрал ее и Сашку, решил остаться здесь, и всего через две недели он вернется и останется насовсем. А у меня останутся только воспоминания.

Когда к концу моего рассказа в дверь позвонили, я решила, что это курьер с любимыми Ксюшиными суши, и пошла открывать.

Но когда за дверью оказалась Богатырева с каким-то свернутым пакетом, я не нашла в себе сил даже чтобы поздороваться. Просто стояла и смотрела на нее.

— Привет, — неуверенно произнесла она, переминаясь с ноги на ногу.

— Привет, — наконец, пробормотала я, буквально чувствуя, как мое сердце начинает кровоточить при взгляде на нее.

— Ты… Я тут… принесла тебе. Ты вещи кое-какие у меня оставила, — тихо проговорила Богатырева и протянула мне пакет. – Да и… Наверное, я должна тебе кое-что сказать… Не хотела уезжать вот так, не попрощавшись.

Я взяла пакет, даже не разворачивая его. Наверняка, там какая-нибудь мелочь типа зубной щетки и футболки. Я молча ждала того, что она скажет, хотя все, чего я хотела, это упасть на колени, обнять ее ноги и просить не уезжать.

— Лер, я тут думала и...

— Лер, что так долго? – как всегда «вовремя», за моей спиной появилась Ксюша. – Ой… — растерянно проговорила она, увидев Богатыреву. – Здрасьте… Я думала, это курьер. Извините, — мило улыбнувшись, девушка развернулась и покинула коридор, вернувшись в кухню.

Только я повернулась к Богатыревой, чтобы все объяснить, как увидела в ее глазах такое разочарование, смешанное с чистой яростью, что слова просто застряли у меня в горле.

— Прощай, Лера. Успехов тебе, — выдавив улыбку, Богатырева развернулась и быстро направилась к лестнице.

— Стой, Лесь, это не то, что ты… — начала было я, сделав шаг за ней, как Богатырева в этот же момент резко развернулась.

— Да неважно, Лер, так ведь? Все неважно, — махнув мне рукой, девушка быстрыми шагами спустилась вниз.

Я раздумывала всего долю секунды, прежде чем кинуться в комнату за джинсами и кофтой. Быстро переодевшись, я метнулась обратно в коридор, где уже стояла Ксения с ключами от моей машины.

— Давай, поторопись, — усмехнулась она, глядя на меня, красную от перевозбуждения, пытающуюся засунуть ногу в ботинок.

— Спасибо, — кивнула я на ходу, схватив ключи и вылетев за дверь.

Когда я оказалась внизу, конечно, ни Богатыревой, ни ее машины там не было. Я тут же прыгнула в «Фольц» и, даже не прогревая автомобиль, рванула в сторону ее дома. Она же вряд ли приехала сюда с Ринатом, наверняка, она еще в городе, и сейчас ждет его, чтобы выдвинуться в Москву. Когда я доехала до нее и заскочила в подъезд вместе с какой-то старушкой, то, поднявшись пешком, точнее, перепрыгивая по две ступеньки за раз, я оказалась перед ее квартирой. Несколько раз нажав на кнопку звонка, я начала тарабанить в дверь. Но мне никто не открыл. Тогда я набрала Ирке.

— Алло? Я тебе полдня звоню, какого хрена? – тут же начала возмущаться подруга.

— Ир, где они? – пытаясь отдышаться, прохрипела я.

— Кто?

— Богатырева с Ринатом! – рявкнула я, начиная злиться из-за ее несообразительности.

— Вообще-то собирались к тебе заехать, а потом в Москву… — растерянно проговорила Ирка. – Она что, не приезжала? Мне казалось, она хочет сказать тебе что-то важное. Я даже надеялась, что она… не знаю, позовет тебя с собой.

— Черт… Черт! – воскликнула я и ударила по двери лифта. – Я идиотка. Черт!

— Что случилось? – даже по голосу я поняла, что Ирка хмурится.

— Она приехала ко мне, начала что-то говорить, а тут Ксюха, блин…

— Какая Ксюха?

— Моя бывшая Ксюха!

— Ты что, снова с ней?! – возмущенно воскликнула подруга. – Ты дура?

— Не говори ерунды! – снова рявкнула я и начала спускаться по лестнице. – Мы просто разговаривали. Я ей все рассказала про Богатыреву, она даже поддержала меня. Она вообще с новой бабой встречается.