Алина Кускова - Развод с незнакомцем

Ознакомительный фрагмент

– Мы где-то с вами виделись? У Петрова? У Зорькиной? Ах, да, на свадьбе у Сидоркиных!

– На нашей с вами свадьбе! – разозлилась Лариса, решив взять быка за рога, представив, как расправляется с Шатуном.

В принципе она злилась не столько на Степанцова, сколько на себя. До чего дошла! Прыгать по полям и болотам, потом стоять перед мужчиной с размазанной по лицу косметикой совершенно голой, не считая трусиков, и оправдываться, как последняя падшая женщина, за все свои злоключения. Да, собственно, кто он такой, этот Степанцов, чтобы путать ее с путанами и отправлять на мальчишники?!

– Вы – мой муж! – заявила она и, не обращая никакого внимания на овчарку и Степанцова, принялась натягивать джинсы.

Степанцов боялся этой встречи. Он знал, что когда-нибудь ему придется встретиться с этой ловкой мошенницей и попытаться разрешить возникшую ситуацию. Он представлял ее вредной, злющей, лживой рыжей фурией. Но уж точно не почти раздетой девушкой с прекрасной фигурой и совершенными чертами лица. Степанцов подумал: встреться ему эта девушка раньше и при других обстоятельствах, он бы никогда не прошел мимо нее. Но, заметил про себя Василий, а дальше что? Ничего. Вряд ли он предложил бы ей познакомиться и завязать какие бы то ни было отношения. Он как теленок, которого нужно вести за собой. Одна такая ведущая нашлась. Но из-за этой вертихвостки бросила его, любимую работу и уехала в другой город. И он остался, благодаря этой мошеннице, у разбитого корыта – с фиктивным браком. Кто она, эта девица – лимитчица? То есть их теперь вроде бы нет. Жительница ближнего зарубежья, приехавшая на заработки и решившая приобрести российское гражданство таким кощунственным образом, обманув доверчивого русского парня?

Василий рассуждал, глядя на то, как Лариса пытается влезть в свою одежду.

Вот и одевается она, думал Степанцов, вызывающе. Эта мокрая майка ничего не скрывает, а специально подчеркивает все ее выпуклости. Надо отметить, довольно притягательные. Но его, Степанцова, этим не возьмешь! А чем его возьмешь? Умом и тактом? Ни тем, ни другим, судя по всему, эта девица не блещет. Зато прочих отрицательных качеств у нее наверняка хоть отбавляй! Вон даже Пугай купился на ее подлую сущность и сидит рядом с ней, как привязанный. Смотрит на нее во все свои собачьи глаза, из которых так и прет неискушенная преданность. Сейчас она оденется и кинется к нему, Василию, на шею, начнет плакаться на свою тяжелую ближнезарубежную жизнь, на мать-хохлушку, бросившую ее на произвол судьбы, на отца-алкоголика…

– Нам нужно срочно развестись, – заявила Лариса, когда оделась и расчесала волосы.

До этого молчавший Степанцов от неожиданности крякнул.

– В каком смысле?

– В прямом. – Лариса села рядом с ним и мирно сложила руки на коленях. – Пойти в загс и развестись, пока у нас нет общих детей, они это сделают.

– Что значит – пока? Мы что, помимо торжественной регистрации, еще чем-то занимались?

– Размечтался!

– Не грубите, простите, я не знаю, как вас зовут.

– Раньше вы называли меня Ларисой.

– Так звали мою невесту, – сощурил свой глаз, косивший в сторону Ларисы, Степанцов. – Так и вас тоже зовут Лариса?

– Я не знаю, как там зовут или, – следующие слова она произнесла специально с нажимом, – звали вашу невесту. Мое имя Лариса, я по документам ваша официальная жена. Но долго быть ею не собираюсь и требую развода.

Степанцов внимательно выслушал тираду, потер рукой лоб и наконец-то сообразил:

– Так я вас перепутал!

– Ничего не знаю, – приврала Лариса, – мне предложили замуж, я согласилась. Если вы ничего не помните, – здесь Василий активно закивал головой, – так я могу рассказать. Дело было поздним вечером. Мы с подругой пришли на вечер встречи «Кому за…», неважно сколько. Я увидела вас, вы были в сером костюме, при галстуке, вы увидели меня. Наши взгляды встретились, как мне показалось, между нами что-то вспыхнуло. Потом меня закружили в танце. Снова мы с вами встретились у дверей буфета и познакомились. Вы повели меня в зал бракосочетаний, нас там расписали. Но когда вы заорали, что я – это не она, я испугалась и убежала. Вот и все. Больше мне рассказывать нечего. Помимо того, что я искала вас и наконец-то нашла…

– И нас просто так расписали? Не спросили, согласны ли вы? И согласен ли я?

– Ну почему всех волнует один и тот же вопрос?

– Ах, так об этом уже знают все!

– Только ваши родители, – потупилась Лариса, – должна же я была сказать им, кто я такая, раз вас разыскиваю.

– Вы могли бы представиться моей хорошей знакомой, к примеру! – Степанцов представил, что было с его родственниками, когда они узнали о женитьбе, и что с ними будет, когда они узнают, что он развелся.

– Не могла бы, – язвительно ответила ему Лариса, – кто даст координаты своего сына девушке, с которой он почему-то не хочет встречаться?

Степанцову надоело спорить. К тому же Лариса сидела такая мокрая и несчастная, что ему стало ее жаль.

– Ладно, позже об этом поговорим. – Он поднялся и, как гостеприимный хозяин, указал на дверь в дом. – Пройдемте, чаю выпьете.

– Давайте на «ты», – предложила Лариса, – а то как-то неудобно получается. Муж с женой на «вы». Что ваши друзья подумают?

– Ничего, они понятливые. Да их, кстати, и нет. Они уехали на пару дней в город по делам.

– Значит, – Лариса напряглась, – мы с вами в этом большом доме совершенно одни?!

– Совершенно одни, – злорадно улыбнулся Василий, – ну, если только не считать Пугая. Кстати, с ним также можно перейти на «ты».

Только они устроились за дубовым столом на веранде, увитой вьющимися растениями, за окном пошел дождь. Ливень с порывистым ветром и градом, срывающим все на своем пути.

– Как хорошо, что ты успела до дождя, – почему-то сказал Степанцов.

– Да, хорошо, – согласилась с ним Лариса и глотнула крепкий ароматный чай.

Семейная идиллия в отдельно взятом доме. У самовара я и моя Лара… Пугай, скрываясь от дождя, тоже устроился на веранде, развалившись на полу в благостной позе. Все могло бы быть иначе, подумала Лариса. Степанцов ей нравился. Даже очень. Несмотря на его, как ей казалось, вредный и злющий характер. Высокий, плечистый, умный. И видит вроде неплохо. Во всяком случае, ее заметил сразу. Совсем даже не инвалид. Хотя какой мужчина может не заметить раздетую девушку? Только слепой. Этот заметил. Интересно, и как она ему?

Степанцов смотрел на Ларису и думал, что все могло бы быть совсем иначе, окажись на ее месте та, другая. И как оно было бы, это «все иначе»?

– Что ты собираешься предпринять после нашего развода? – вдруг поинтересовался он у Ларисы.

Та чуть не подавилась печеньем.

– Я? Да выйду замуж! – ответила она с напускной бравадой.

– Ты и сейчас замужем.

– Муж мужу рознь, – со знанием дела провозгласила Лариса.

– И чем же он лучше меня?

– Не знаю, – честно призналась она. – Может, лучше, а может, и нет. Я-то тебя совершенно не знаю.

– Вот и давай не будем спешить. Посмотрим друг на друга.

– Ты и так смотришь на меня, – уколола она его, – и что видишь? Аферистку, навязавшуюся тебе в жены?

– Да нет. Ты не мошенница.

– Вот спасибо, значит, я нормальная, вполне приличная девушка.

– Насчет приличной ничего сказать не могу. А вот о нормальности стоит подумать. Какая бы еще девушка сделала то, что сделала ты?

Лариса надулась и отодвинула чашку. А что еще можно было ожидать от этого субъекта? Благодарности и любви?

В знак примирения Василий предложил пройтись, прогулять Пугая.

– Только не на поля, – испугалась Лариса, – там и без него есть кому гулять.

И они отправились в лес.

– Мама милая, сколько колокольчиков! – радостно завопила Лариса на лесной опушке, кидаясь собирать цветы.

Пугай носился рядом с ней, виляя от радости хвостом до такой степени, что Василий испугался, как бы тот у него не отвалился. Он сел прямо на траву и наблюдал за Ларисой, носившейся по опушке с песнями. Вдруг из леса вышли две моложавые женщины и направились к Степанцову.

– Ой, Василий Васильевич! Какая неожиданная встреча, – защебетали они. – И Пугай здесь, и… А кто это?

И палец одной из них указал на Ларису.

– Это… – Степанцов замялся.

– Жена его, – опередила Василия Лариса, – самая что ни на есть законная.

– Ой, – разочаровались бабы, – а мы-то думали, вы холостяк!

– Зря надеялись, – язвила Лариса, сама не зная почему.

– Зря, – согласились селянки, – вы уж тогда не обессудьте. Мы вас на сегодняшние посиделки не приглашаем. Конечно, если б вы одни пришли, – и они с надеждой поглядели на Степанцова. Тот молчал, предоставляя Ларисе возможность говорить вместо него.

– Хорошо, бабоньки, – сжалилась Лариса. Ну, не собака же, в самом деле, она на сене: сама не ам и другим не дам. – Он придет, если захочет. Я его не держу.