Василий Катунин - Возвращение Остапа Крымова

Мы близки к удаче, — выдал Остап прогноз. — Она всегда рядом. Только не известно, с кем.

Презентация, состоявшаяся в арендованном Доме ученых, удалась на славу. Атрибутика и музейные материалы, прибывшие из Москвы багажом, были весьма кстати. Во время небольшого фуршета Мария Сергеевна имела возможность походить за руку с каждым заслуживающим внимания посетителем и обсудить вопросы, не терпящие публичной огласки. Главной целью предварительного знакомства было зародить в умах слегка подготовленной публики саму идею возрождения традиций дворянства в нашем государстве. Как и в любом сетевом маркетинге, главным здесь было не конкретная агитация, а широкий охват чистой идеей.

Сдавая ключ от помещения вахтеру, Мария Сергеевна сказала поддерживавшему ее под руку Нильскому:

Завтра будут люди, это я вам точно говорю. Кроме первых персон, я приметила еще нескольких шестерок, посланных с целью явной разведки. Не опаздывайте с утра в офис, Сан Саныч, будем заполнять бумаги. Судя по одежке, будут торговаться, так что предстоит тяжелая работа.

Рано утром Сашенька уже печатала прейскурант и перечень необходимых документов под диктовку Крамской. «Князь» шел только за валюту и колебался в диапазоне от двадцати пяти до тридцати тысяч долларов. «Граф» почему-то был установлен нижней границей — пятнадцать тысяч долларов. За «Барона» разрешалось платить местной валютой в эквиваленте. Предусматривались скидки для ветеранов труда и чернобыльцев. Оптовые цены почему-то не указывались. Неожиданными выглядели наценки для коренных представителей Африки, мусульман и австралийских аборигенов. К многочисленным информационным материалам прилагались различные инструкции: по этикету, по протоколу во время королевского приема, по поведению за столом, правила наследования титула для самых запутанных семейных отношений и так далее.

Вопреки ожиданиям княгини, в первый приемный день никто не явился. От скуки Сан Саныч, дежуривший на приеме, сочинил пару сонетов, посвященных Марии Сергеевне, и замочил с десяток мух. В конце смены стало ясно, что ничего не осталось, как ждать завтрашнего дня.

Собравшись вечером за чаем в недавно построенной по указанию Крымова беседке во дворе, компаньоны коротали время за неспешным разговором. Барон, насколько позволяла цепь, сидел в непосредственной близости от беседки и лениво слушал бесполезную болтовню людей. Жора громко сербал чай. Даниловна вязала носки. Княгиня раскладывала пасьянс, а Нильский, как всегда, читал газету, ежеминутно охая и чертыхаясь. Остап мелкими глотками пил теплый коньяк. Между Викой и княгиней догорал остаток длинного разговора.

Так что, душечка моя, — монотонно чревовещала Мария Сергеевна, — никогда не надо волноваться, если ваш муж пришел под утро и не может вразумительно объяснить, где и с кем он был. Где гарантии, что, узнав правду, вы будете волноваться меньше? Я по собственному опыту знаю, что все они корыстные лжецы, напыщенные эгоисты. Особенно холостяки. А старые, вообще, приводят в дом даму только затем, чтобы она навела порядок в его берлоге. У холостяков есть одна существенная слабость — они не могут во всем обвинить свою жену.

Мария Сергеевна, — спросила Вика, — а какой, по вашему мнению, должна быть идеальная жена?

В Европе мне попалось одно солидное руководство для начинающих супругов, — ответила княгиня, — в котором идеальная жена определяется как женщина не слишком красивая, чтоб не искушать мужчин и не будить ревность супруга, не слишком умная, чтобы муж не чувствовал своей неполноценности, не слишком нравственная, чтоб не показаться ему однообразной, не слишком прямолинейная, ибо во благо брака надо уметь кое-что скрывать. Главное качество хорошей жены — терпение. А много терпеть — это значит много прощать.

Вика задумалась, а княгиня погрузилась в пасьянс. На некоторое время все замолчали. Даниловна закончила ряд и вздохнула, Нильский перевернул страницу и глубоко вздохнул. Княгиня скользнула взглядом поверх карт и не удержала легкого вздоха. Жора, отхлебнув чай, с протяжным вздохом выпустил горячий воздух.

Господа, — не выдержал Остап, — нельзя же все время о деньгах!

Давайте играть в дурака! — вдруг предложила княгиня, несколько переигрывая с энтузиазмом.

А ставки? — поинтересовался Остап, хотя в дурака всегда играл без интереса.

На поцелуй, — игриво скосилась на Остапа Марья Сергеевна.

Нет, давайте повысим ставки хотя бы до десяти копеек, — запротестовал Крымов.

Я! Я согласен на поцелуй! — засуетился Нильский, подсаживаясь вплотную к Крамской.

Княгиня недоверчиво посмотрела на Сан Саныча и сказала, что еще не закончила раскладывать пасьянс. Некоторое время все молчали.

Вы когда-нибудь курили, Остап? — спросила княгиня.

Почти нет, — ответил Крымов. — У меня и без того масса вредных привычек. Сигарета — это палочка о двух концах, на одной стороне которой огонек с дымом, на другой — самоубийца.

Нильский опять чертыхнулся и назвал кого-то в газете ослом, болваном и вредителем. На некоторое время воцарилось молчание, прерываемое утробными звуками организма Пятницы, борющегося с обжигающей жидкостью.

Княгиня брезгливо поморщилась.

Жора, ну что у вас за воспитание? Разве можно так громко пить чай?

Воспитание? — повторила Вика. — Вы думаете, он знает, что это такое?

Остап оживился и повернулся к Вике.

Воспитание — это умение человека хорошо скрывать от окружающих, как много он заботится о себе и как мало обо всех остальных,

Вот именно, — подхватила княгиня, глядя на Пятницу, — уходить не прощаясь уже все умеют, а вот приходить и здороваться…

Жора громко отхлебнул горячую жидкость.

Послушайте, Пятница, — прервал его чаепитие Остап, — я хочу сделать вам замечание. Вы, как ответственный за ведение хозяйства, не справляетесь со своими обязанностями. Скажите, что за напиток вы подали нам сегодня утром?

Я не помню, или кофе, или чай, — ответил Жора, прекратив сербать.

Но ваш напиток отдавал нашатырным спиртом!

Тогда это был чай. Кофе у нас попахивает немного дустом, — сказал Жора и громко хлебнул из блюдца. — Сан Саныч, я надеюсь, вы не против меня? Вам разве не понравился вчерашний суп?

Жора, я умоляю вас! — прогундосил Нильский, не отрываясь от газеты. — Не надо искать повода для ссоры.

Это несправедливо, Сан Саныч. Я сегодня принес вам кофе прямо в постель.

И я остался теперь без простыни! — возмущенно воскликнул Нильский.

А посмотрите на этот нож! Он же грязный, — возмущенно вставила княгиня.

Странно, почему грязный? — удивился Жора, — Последнее, что я им резал, было хозяйственное мыло,

Если ты скажешь, что ложкой размешивал стиральный порошок, я тебя удавлю, — негромко, но веско добавила Вика.

Так что делать? — спросил обидевшийся Жора. — Мыть или не мыть…

Вот, в чем вопрос, — закончил за него Крымов. — Да вы, Пятница, — прямо малогабаритный кухонный Гамлет.

Княгиня брезгливо посмотрела на Жору.

Разве сейчас мужчины? Я удивляюсь, что у современных мужчин еще не появились женские болезни. К тому же нынешние мужчины совершенно не умеют любить. Вообще, только зрелые люди моего возраста еще помнят те времена, когда любили по-настоящему.

По вашей теории значит, что лучше всех из нас в любви разбирается Даниловна, как самая старшая? — съехидничал Жора. — Даниловна, что вы знаете о любви?

Да что я могу знать-то о любви? — отмахнулась старуха. — Я мужу-то ни разу не изменила.

Барон по-собачьи философски вздохнул глубоко и тяжко.

После пятиминутного молчания княгиня, закончив пасьянс, неожиданно с пафосом изрекла:

Да, все мы на свалке истории, и ту бессовестно растаскивают.

Остап отпил мелкий глоток коньяку, и по искорке в его глазах было видно, что он хочет поразглагольствовать. Это всегда с ним случалось в минуту редкого досуга.

Если подходить чисто арифметически, то этому государству осталось до своей кончины совсем немного.

Что вы имеете в виду под словом «арифметически»? — встрепенулся Нильский, всегда любивший поговорить о современных бедах нации. Остап с охотой ответил:

Я вывел формулу смерти государства и назвал ее ФСК — формула смерти по Крымову.

Как это — формула смерти, объясните? — спросил Нильский, откидывая газету.

Очень просто, — начал Остап. — Все население страны можно условно разделить на пять групп и определить их примерную численность.

Работающие — производители валового национального продукта.

Дети, школьники, студенты, пенсионеры и прочие слои населения, полностью находящиеся на иждивении работающих, — тридцать пять процентов от всего населения.

«Чиновники»: депутаты всех мастей, администрации, пожарники, профсоюзы, всякие инспекции и контролирующие органы, спортивные и общественные организации, а также аппарат, всех их обслуживающий, — примерно семь процентов