Возьми меня на поруки (СИ) - Трифоненко Елена

— Конечно! Фотографируйте сколько угодно.

Зам по воспитательной осторожно, словно младенчика, приняла букет на руки, и в этот момент в кабинет сразу ввалился директор. Да уж! Кажется, кому-то пора на шоу «Интуиция».

Дмитрий Петрович заметил восторженное лицо Риммы Федоровны и побагровел:

— Что, опять? Нет, ну разве можно так сорить деньгами?

В ответ моя начальница рассмеялась как девчонка:

— Представляете, тут ягоды. В шоколаде.

Директор настороженно оглядел мой букет и даже принюхался. А потом с каким-то оживлением замахал указательным пальцем:

— А таки почуял конкуренцию, собака! Таки почуял!

Мы с Риммой Федоровной недоуменно переглянулись.

— Ну, работайте, девочки. Работайте! — сказал директор и с чувством глубокого удовлетворения на лице удалился.

Надо ли говорить, что через час курьер доставил букет с клубникой уже для Риммы Федоровны?

Начальница так всполошилась, что стала сама на себя не похожа. Щеки у нее раскраснелись, глаза заблестели.

— А вам не кажется, — спросила она, запинаясь и отводя взгляд, — что все эти букеты мне шлет наш директор?

— Кажется, — подтвердила я, с трудом сдерживая улыбку. — Еще как кажется.

Римма Федоровна сначала просияла, а потом вдруг нахмурилась:

— Ксения Витальевна, а вы не заболеваете? На вас прямо лица нет, и под глазами круги.

— Я просто не выспалась, — соврала я. Не рассказывать же начальству, что мои слезные железные полночи работали как заведенные из-за того, что известный бабник отказался со мной спать.

— И все-таки отправляйтесь вы прямо сейчас домой, — с нажимом произнесла Римма Федоровна. — Я вас отпускаю.

Уговаривать меня не пришлось. Я покидала вещи в сумку, подхватила остатки клубнично-шоколадного подарка и выскочила из кабинета.

По дороге домой я зашла в инстаграм Глеба. Очень хотелось увидеть снова его лицо. Оказалось, что с утра Алинин брат выложил новое фото. Снимок был мастерским и горячим: Глеб сидел на диване в обнимку сразу с двумя хохочущими блондинками. Одна из девушек закинула на него ногу, а вторая засунула руку в расстегнутый ворот его рубашки. «Трудовые будни» — гласила подпись справа от фото.

«Я тебе завидую», — написал кто-то в комментариях, а Глеб почти сразу ответил: «Я сам себе завидую!»

Мое сердце сдавила тоска. Я даже из трамвая вышла, чтобы немного прийти в себя. Минут десять смотрела на мельтешащих вокруг людей, а потом подумала: хочу быстрей забыть Глеба. Вычеркнуть из своей жизни. И ведь есть способ.

Я снова вытащила смартфон из сумки и набрала Сергею:

— Привет! Еще не передумал провести этот вечер со мной?

***

Белов повел меня в кино. На фильм про зомби. Последний, кажется, задумывался создателями, как страшный, но нас не проняло. Я и Сергей весь сеанс комментировали друг другу происходящее на экране и покатывались со смеху. Соседи по ряду, каюсь, пару раз сделали нам замечание. Но ведь не выгнали же? Значит, вели мы себя довольно сносно.

Вообще, в кино мне понравилось. Единственное, что напрягло, — под конец фильма Сергей взял меня за руку. Мне не было неприятно, нет. Просто неудобно. Ощущение, будто на руке что-то повисло, краешек одеяла там, или варежка. То и дело хотелось тряхнуть ладонью, чтобы избавиться от смущающего балласта. Но я терпела. Мне, в принципе, не трудно переносить тяготы и лишения.

Кинотеатр располагался в торговом центре (в том самом, в котором Глеб пытался превратить меня в принцессу), и после фильма Белов предложил где-нибудь посидеть. Я не возражала, и мы засели в ближайшей кафешке. Кофе, булочки с корицей, приятная музыка — и вот еще на час я забыла о том, что неудачница, что в любви мне везет как утопленнице.

Белов немного рассказал о своем детстве, много о бабушке, живущей у моря и еще больше о работе. А мне не хотелось болтать, я просто слушала его и улыбалась. Наверное, получалось у меня отлично, потому что, подвозя меня к дому, Белов сказал, что я замечательный собеседник.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Высадив меня у подъезда, Сергей тоже вышел из авто и, кажется, собрался меня поцеловать. По крайней мере, все на это указывало. Он взял меня за руки, максимально придвинулся и так посмотрел, что сердце ушло в пятки. Уверена, половина девчонок, в это время торчащих во дворе, сами бы кинулись на шею такому красавчику, как Белов. Но мне целоваться не хотелось совершенно. Ну, наверное, у всех бывает такое настроение.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Смотри, вон там дятел! — воскликнула я, указав в первом попавшемся направлении.

— Где? — Мистер Доверчивость закрутил головой, на мгновение забыв о романтическом порыве

А мне только этого и нужно было. Я в секунду взлетела на крыльцо и уже оттуда задумчиво и грустно вздохнула:

— Улетел, наверное. А может, это сойка была. Ладно, я побегу, а то соседи смотрят.

Белов приуныл:

— Подожди, Ксюш! Скажи, мы еще увидимся?

— Почему бы и нет, — ответила я.

С Сергеем было весело, и мне почему-то казалось, что однажды между нами непременно случится химия. А почему бы и нет? Я ведь тот еще тормоз. Даже на Глебе меня переклинило только после нескольких лет знакомства.

— Может, в эту пятницу куда-нибудь сходим? — уточни Белов. — Например, погуляем немного по центру, а потом где-нибудь перекусим.

— Возможно, — согласилась я. — Давай созвонимся ближе к выходным.

В общем, Белов сел в машину вдохновленный перспективами. А я с головой погрузилась в раздумья. Можно ли уже соврать Глебу, что с Сергеем у меня все схвачено, или лучше немного подождать?

Мне хотелось быстрей покончить с дурацким пари, чтобы больше не видеться с парнем, каждую встречу разбивающим мне сердце. Вот только Глеб ясно дал понять: его критерий — жаркие свидания, и много. Нет, я-то могу изобразить пылкую влюбленную. А как быть с Беловым? Если Глеб устроит допрос другу, тот явно не подтвердит мои россказни.

Я приняла душ и стала готовиться ко сну, а мысли все скакали в голове как блохи. Как не крути, а лучший вариант избавиться от Глеба — это взаправду перейти с Беловым к чему-то погорячей. Ну или хотя бы не шарахаться в сторону, когда он захочет снова меня поцеловать. Помню, в каком-то журнале писали, что всякие там объятья способствуют выработке окситоцина — гормона привязанности. Кто знает, может, если я начну обниматься с Беловым, химия между нами возникнет быстрей?

Я зажмурилась и попробовала представить себя в объятьях Сергея. Хм, вроде ничего. Убежать не захотелось. Белов все же чем-то напоминал мне пуховый платок, с ним было уютно и тепло. Наверное, именно таких мужчин следует выбирать в мужья. Я взбила подушку и закопалась под одеяло, а потом клятвенно пообещала себе в пятницу позволить Сергею намного больше, чем сегодня. Вот только стоило мне закрыть глаза, как позвонил Глеб.

40

— Привет, — сказал он, и все мое тело сразу покрылось мурашками. — Звоню узнать, как прошел твой день.

— Отлично прошел! — пробормотала я, проклиная глупые рефлексы. — Вот только со свидания вернулась.

Мой невидимый собеседник как будто удивился, по крайней мере, мне так показалось.

— И с кем встречалась?

— С Беловым.

— Разве он тебе еще не надоел?

— Нет, конечно! Он классный. Думаю, мы с ним идеально подходим друг другу.

Последнюю фразу я произнесла с особым вдохновением. Глеб несколько секунд молчал, а потом решил уточнить:

— И что вы делали на этом вашем свидании?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Мне показалось, или это прозвучало с легким оттенком ревности? Внутри у меня полыхнула идиотская радость, но я попыталась задушить ее на корню, чтобы в очередной раз не ухнуть в яму разочарования.

— Мы смотрели кино, а потом ели булки в кафе.

— И как оно? Вкусно?

Из-за хрипотцы в его голосе прозвучало это весьма двусмысленно. Но я предпочла не заметить двойного дна.