Пипец Котенку! 4 - Александр Майерс

которую я и Степан в обличии Кирилла попытались тщательно скрыть.

— Слушаю, — я отвечаю на звонок.

— Добрый вечер, ваше сиятельство. Если можно вас так называть, — раздаётся в трубке невозмутимый голос. — Говорит граф Чернобуров. Обсудим законность вашего титула?

Света и Алиса

Глава 4

— Приветствую, Георгий Петрович, — отвечаю я. — Что вы имеете в виду?

— Хотите, чтоб я повторил? — бесцветно спрашивает Чернобуров.

— Уж потрудитесь. А то я не расслышал.

— Я намерен обсудить законность вашего титула. Потому что, судя по всему, он не принадлежит вам по праву.

Приплыли. Да, походу Чернобуров действительно раскопал информацию. Интересно, что его к этому подтолкнуло?

Только задаю себе мысленно этот вопрос, и сразу же нахожу ответ.

Маргарита и Степан. Сто процентов, я прям уверен! Ведь ведун прекрасно знал, что истинным наследником графского титула является Аслан, который сейчас носит фамилию Причернобуров.

Такая месть из могилы. Степан Карпович переродился, и теперь никак не может претендовать на мой титул, земли и всё остальное. Поэтому он просто решил лишить меня всего.

— Вы меня слышите, Ярослав? Простите, не знаю, как вас по отчеству.

— Алексеевич. То есть, Романович.

— Вы не уверены? — спрашивает Георгий.

Игнорирую вопрос, в котором мастерски скрыта издёвка. Молча встаю из-за стола, выдавливаю улыбку для своих красавиц и ухожу в другую комнату.

Так и не успел, блин, поужинать. А я весь день ничего не ел, если не считать трофейного сухпайка.

Не включаю свет. Подхожу к широкому окну, смотрю на свои владения, залитые холодным светом луны. Открываю окно, впуская в комнату прохладный горный воздух. Мне сейчас не помешает освежиться.

После секса я хорошо расслабился и действительно сумел отодвинуть все думки в сторону. Благодаря Чернобурову в башке теперь опять бешеная круговерть. Я раздражён и даже зол.

А главное — я чувствую угрозу. Настоящую и близкую. Герцог Бремзин где-то далеко, и не факт, что мы вступим в конфликт. Граф Чернобуров гораздо ближе, и у него есть реальные основания лишить меня титула. Причём вполне законно.

Не говоря уж о кровавой славе графа — не так давно он размотал несколько сильных родов в Красноярске. С таким противником стоит считаться.

— Ярослав Романович, — напоминает о себе Георгий. — Я не вовремя? Могу перезвонить через полчаса. Или наведаться лично.

— Да пожалуйста, приезжайте. Курортный сезон уже закончился, но я найду чем вас развлечь.

— Боюсь, что если я приеду, то не отдыхать. А совсем наоборот.

— Трудиться? — хмыкаю я.

— Давайте назовём это так.

— А давайте вы мне просто расскажете, в чём суть претензий. Почему это вы вдруг сомневаетесь, что я ношу титул не по праву?

— Полагаю, вы и сами прекрасно знаете.

— Понятия не имею, — вру я.

Чернобуров недолго молчит, а потом спрашивает:

— Помните, когда мы встречались на моём лесокомбинате, я говорил, что у меня есть друг, похожий на вас?

— Что-то припоминаю. Тоже рыжий, тоже сирота, одного со мной возраста. Ну и что?

— А то, что я выяснил — он является сыном вашего деда, Алексея Котёнкина. То есть обладает большими правами на титул, чем вы.

Твою мать, сука, дерьмо!

Всё-таки он и правда знает. И да, я почти уверен, что это дело рук Степана. Ведь до этого Георгий ничего не подозревал.

— Глупости. Тот ребёнок погиб. Ваш друг не имеет отношения к моему роду.

— А у меня есть доказательства, что это не так, — спокойно парирует Чернобуров. — Вопрос лишь в том, чтобы организовать судебный процесс.

— Совсем недавно уже состоялся один процесс. И судья — между прочим, член Дворянской палаты — постановил, что титул принадлежит мне. Даже в обход старшего брата.

— Недавно убитого вами же, не так ли?

— Так, — не отрицаю я. — Только это семейное дело, советую не лезть в него. Что касается другого наследника, которым якобы является ваш друг, суд принял, что он погиб. Вот и всё.

— Повторяю, Ярослав Романович — у меня есть доказательства. И связи в Дворянской палате. Пересмотреть решение будет несложно.

Понимаю, что Георгий прав. Соколовский или любой другой судья с радостью отдаст мой титул этому Аслану. Потому что так положено по закону наследования. Строгое следование традициям — фундамент аристократии.

Ну и что мне делать-то теперь⁈ Наверное, впервые в жизни чувствую беспомощность. Это чувство бесит так сильно, что я готов разнести всё вокруг.

Только это не поможет. Я не смогу уничтожить законы и права, прописанные в них. Если Чернобуров действительно нарыл какие-то доказательства, мне пипец.

Выход есть, конечно. И даже не один. Только сначала надо понять, как Георгий намерен решить вопрос.

— Ну и чего вы хотите? — спрашиваю я.

— Решить проблему без лишней суеты. И без крови, само собой. Кстати, слышал, вы только что победили в короткой войне. Поздравляю.

— Угу, спасибо. Как именно вы хотите решить проблему?

— Договориться, само собой, — отвечает Георгий. — Понимаете, Аслан не хочет отправляться на Алтай и заниматься делами графства. Он проходит обучение в военной академии, и намерен продолжать служить мне после её окончание.

Звучит неплохо, но я справедливо полагаю, что это не конец. Поэтому терпеливо жду, что скажет Чернобуров дальше.

— Однако я не могу оставить всё просто так, — говорит он. — Раз титул принадлежит Аслану по праву, он должен его получить.

— Зачем?

— Так будет правильно.

— Для кого правильно? — хмыкаю я. — То есть вы хотите забрать у меня титул и оставить графство без правителя, так, что ли?

— Вот мы и добрались до сути, Ярослав Романович. Я предлагаю вам добровольно передать титул Аслану, а он назначит вас своим наместником. Условия предложим щедрые, не менее половины всех доходов графства и полную свободу действий. За небольшим исключением вроде права объявления войны и других важных решений.

Ах вот оно что… Понятно.

Не знаю, почему, но такой вариант бесит ещё сильнее, чем если бы меня просто вышвырнули с уже насиженного места.

Хотя нет, знаю. Это, сука, унизительно. Я больше не буду графом, я останусь всего лишь наместником другого