Пипец Котенку! 4 - Александр Майерс

такого? Если бы тебя рядом не было, я бы даже присоединился. Шучу, шучу! — спешу оправдаться, видя взрывную смесь эмоций на лице Огурцовой.

Марго и агент веселятся ещё с полчаса, а потом мужчина уходит. Вот кобель, даже чаю не остался попить.

Маргарита выходит через несколько минут в шёлковом халатике на голое тело и с мечтательной улыбкой на лице. Я даю Жанне знак, и она создаёт посреди комнаты мой фантом.

Он будет повторять всё за мной и говорить моим голосом. Почему я просто не появился сам? Так надо. Скоро поймёте почему.

— Ну и как он в постели? — спрашиваю.

Маргоша вздрагивает и распахивает рот будто бы в крике. Но, похоже, она настолько шокирована, что не может издать ни звука.

— Видимо, не очень.

— Нор… мально… — выдавливает Марго.

— Но я был лучше, признайся, — улыбаюсь.

Она медленно кивает.

— Теперь рассказывай. Какое отношение ты имеешь к покушению на меня?

— Никакого, клянусь! — Маргарита поднимает руки, будто сдаваясь. — Меня уже допросили. Они знают, что я встречалась с Лещиковыми. Думала, это будет просто родственный разговор… — она осекается.

— Ага. Но ты, видимо, ошибалась.

— Да, — Маргоша, плотнее запахнув халат, садится на пуфик возле колыбели. — Им было плевать на меня. Они спрашивали про Шиповник.

— Вот оно что. Дай подумать, — я чешу висок. — Лещиковы решили завладеть артефактом? Типа раз Ротановых больше нет, то теперь он их по праву.

— Так и есть, — вздыхает Марго. — Только они обставляют это как месть за моего отца. Лицемеры! Не припомню, чтобы они хоть раз пытались с нами связаться или как-то помочь. Клянусь, я не думала, что они попытаются тебя убить!

— Думала, не думала, а они попытались. Короче, слушай. На суде не вздумай врать. Рассказывай всё как было. Потому что я честно скажу, что это вы с Олегом придумали убить твоего отца, а я был только исполнителем.

— Мне ни к чему врать… В конце концов, я обязана тебе жизнью.

— Ты мне дохрена чем обязана, — морщусь я. — Кстати, насчёт убийства Олега я тоже врать не буду. Вроде как у Грозина есть доказательства, что это ты организовала.

Маргарита бледнеет и громко сглатывает.

— Ты можешь просто сказать, что не знаешь, кто это сделал, — шепчет она.

— А зачем? Да и вряд ли мне позволят так соврать. На суде будет менталист.

— Пожалуйста, Ярослав. Придумай что-нибудь! — умоляет Маргарита. — Хочешь, я отрекусь от фамилии и стану слугой твоего рода? Наложницей, рабыней, кем захочешь!

— О нет, — отмахиваюсь я. — Как только всё это закончится, я хочу, чтобы ты оказалась от меня как можно дальше. В общем, подставляться ради тебя не собираюсь. Но по возможности постараюсь обойти эту тему.

— Спасибо и на этом, — вздыхает Марго.

— Не за что. Ты думала, можно так просто замочить графа, и тебе за это ничего не будет? Наивная. Кстати, насчёт этого визита, — мой фантом обводит себя рукой. — Никому не говори, если не спросят. А если спросят, я буду всё отрицать. Скажу, что с тобой говорила иллюзия. Потому что так и есть.

Щёлкаю пальцами, подавая знак Жанне, и она заставляет фантом исчезнуть. А затем мы с ней незаметно ретируемся через открытое окно, пока Маргарита плачет, спрятав лицо в ладонях.

Сейчас она уверена, что никто её не видит. Похоже, что искренне раскаялась в своих злодеяниях. Или просто жалеет себя, оказавшуюся в безвыходном положении.

Скорее второе. Ни капельки не верю этой стерве.

Суд над Лещиковыми проходит через неделю. Если опустить подробности, то это был какой-то фарс. Лещиковы, кажется, дали судье на лапу или подключили знакомства, фиг знает.

Короче, им назначили штраф за порчу городского имущества и велели выплатить мне виру. Совершенно жалкую, если учитывать, что опасности был подвергнут не только я, но и мои жёны, одна из которых беременна.

Да и вообще, дело повернулось так, будто Лещиковы ни при чём. Мол, наёмники неверно поняли приказ и решили меня убить, хотя этого не требовалось. А того водителя такси, который на самом деле никакой не водитель такси, уже нашли мёртвым. Спросить с него нечего.

Как только заседание заканчивается и мы с хмурым Василием, выходим в коридор, нас нагоняет Михаил Лещиков, глава рода.

— Думаете, что всё закончилось, Ярослав? — спрашивает он.

— А вы? Не рассчитывайте, что я просто забуду о попытке меня убить, — говорю я. — Я найду способ вас наказать.

— Наказать⁈ Это ты должен быть наказан! Ты убил моего троюродного брата!

— Ой, да перестань, — морщусь я, тоже переходя на «ты». — Плевать тебе на Владимира. Тебе нужен Шиповник.

Михаил несколько секунд молчит, оценивающе оглядывая меня и поглаживая короткую рыжую бородку.

— Ты прав. Этот артефакт по праву принадлежит моему роду!

— Ни хрена. Он по праву принадлежит Ротановым. А Маргарита, скажем так, подарила его мне взамен на услугу. Понятно? До свидания.

Собираюсь уйти, но Михаил хватает меня за рукав. Ой, зря ты это. Сдерживаться я не собираюсь.

Усилив удар маной, резко шлёпаю ладонью по руке Лещикова. Он вскрикивает от боли и зажимает запястье другой ладонью.

— Ещё раз тронешь меня — сломаю руку на хрен, понял?

— Ты и правда всего лишь жестокий простолюдин, — цедит Михаил. — Не смей уходить, мы не закончили разговор!

— Пф. А ты попробуй останови, — я разворачиваюсь и иду дальше по коридору.

Не успеваю сделать и пары шагов, как меня догоняет вопль:

— Вызываю тебя на дуэль, Ярослав Котов! Смертельную дуэль. Ты оскорбил честь моего рода обвинением в попытке убийства, ты уничтожил род моего троюродного брата!

Лещиков орёт на всё здание суда. Находящиеся в коридоре служащие и посетители пялятся на него и на меня во все глаза.

— Твою мать… — вздыхаю я.

— Вам не позволят провести смертельную дуэль, — вмешивается Грозин. — Мой господин находится под следствием.

— Не переживайте, я сумею договориться, — скалится Михаил.

— Ладно, тогда договаривайся. Только побыстрее. Вызов принят, сразимся завтра на рассвете. Шпаги и магия. Место выбирай сам. Только сообщи заранее, — говорю я через плечо и продолжаю топать к выходу, не обращая внимания на взгляды.

— Ваше высочество, вы уверены? — догоняет меня Василий. — Зачем