Джанго перерожденный. Том 5 - Владимир Алексеевич Абрамов

при этом не нанести противнику никакого вреда. Но… Он долгое время жил с магией тьмы, которая была похожа на молнии Фу по своему воздействию. Поэтому ему были известны и способы бороться с подобными противниками. Он словно противостоял своему двойнику с ограниченным арсеналом чар.

Есть как минимум два способа преодолеть такую защиту, а на самом деле больше. Первый — атаки на духовном уровне. Второй — множество мелких и слабых дальнобойных атак, к примеру, тысячи обычных стрел, пуль и тому подобное или множество слабых атакующих заклинаний.

К сожалению, бластеры лежали в Инвентаре, отчего в настоящий момент были недоступны. Иначе бы Джон просто и незамысловато устроил бы массированный обстрел с двух рук.

Магия тоже ему была недоступна. Оттого и чары отпадали. Но… Имелось у него кое-что, о чём он забыл и что не успел проверить в деле — Сила Любви!

Название этой способности говорило о том, что с её помощью можно повелевать любовью. И нет ничего лучше для этого, чем любовные чары и джуджу. Если их запитать не маной, а этой таинственной энергией, то в теории они должны сработать даже лучше изначальных заклинаний.

Любовных заклинаний Джон успел вычитать множество. Злоебучка не скупилась ни на них, ни на их всестороннее описание. Да и джуджу этого направления ему были как родные и использовались не раз.

После очередной пропущенной мимо атаки молнией, которая уничтожила стену ближайшего дома, Джон взмахнул мечом в направлении противника. При этом он выписал вензель, будто орудовал концентратором из книги Злоебучки, и выкрикнул название заклинания на неизвестном языке. Но поскольку для него из-за демонической природы все языки звучали как родными, на слух он воспринял сказанное не так, как оно звучало:

— КОНЧИ!

Это заклинание позволяет при любом раскладе получить удовольствие. С ним могли кончить даже те существа, у которых размножение в принципе не подразумевало секса, к примеру, если потомство получалось делением или почкованием. А уж на всех людей действовало стопроцентно, и оргазм был такой силы, что затмевал сознание и на мгновение лишал рассудка. В примечании говорилось о том, что ни в коем случае нельзя использовать эти чары на самом себе, иначе шансы рехнуться почти стопроцентные. Закончится это тем, что маг только и будет делать, что кастовать на себя это заклинание, пока не помрёт от истощения. На других тоже рекомендовали использовать эти чары только в крайнем случае, к примеру, при совокуплении с фригидным партнёром.

Джон с необычайной лёгкостью вытянул из своей сути Силу Любви. Она будто сама только того и ждала, чтобы вырваться на волю. В итоге с кончика его меча сорвался розовый луч, который устремился в мастера Фу.

Повелитель чёрных молний мгновенно почуял угрозу и сместился вправо вдоль частокола на десять метров. Только ему это не помогло. Розовый луч вопреки всем законам логики и физики в процессе полёта изогнулся дугой, словно самонаводящаяся ракета. Он без проблем преодолел защитный молниевый покров мастера Фу, и поразил его в грудь.

В следующее мгновение дедок громко застонал. У него подогнулись колени, а молниевый покров слетел с него.

Джону хватило краткого мига на то, чтобы сблизиться с врагом и мечом снести ему голову.

«Спасибо, Злоебучка!» — мысленно вознёс он хвалу автору столь полезной подборки чар.

Глава 4

Демонические блондинки застыли в шоке и круглыми глазами пялились на Джона, который смахнул с клинка кровь и убрал его в ножны.

Не менее обалдевшими выглядели стражники.

— И это мы собирались убить⁈ — тихо обратился к товарищу Ленин.

— Ага, прикинь… — кивнул Скосой. — Похоже, он действительно практик десятого ранга.

Для брюнетки победа незнакомца не стала сюрпризом, тем не менее, она выглядела ошарашенной и застыла с широко распахнутым ртом.

— Брю, — тихо окликнула её блондинка номер раз, — это была магия?

— Магия? — заторможено переспросила она. Затем медленно качнула головой из стороны в сторону и тихо продолжила: — Нет, это не магия — это куда круче. Это божественная сила архисуккуб! Одна из самых опасных сил во вселенной. С её обладателями даже боги и архидемоны опасаются связываться. Мне известно имя всего одного существа, которое владеет подобной силой. Но его имя нельзя называть, а то он может и явиться… Я однажды видела его мельком, но мне хватило впечатлений на всю жизнь, чтобы с этим монстром никогда и ни за что не связываться…

— Хочешь сказать, — блонди номер один бросила недоверчивый взгляд на землянина, — что этот тип имеет в предках могущественную ахрисуккубу?

— Эй, демонические шлёндры! — задрал голову к ним Джон. — А ну кончайте меня обсуждать. Немедленно спустились ко мне!

Брюнетка моментально спрыгнула к Джону и с почтительным видом замерла в двух метрах от него.

Блондинки не сразу решились на выполнение приказа. Лишь после прыжка Брю они переглянулись друг с другом, после чего спустились вниз по лестнице.

— Чего желает милорд? — склонила голову Брю.

— Эти слабачки всегда столь нерасторопны перед высшими? — прищурился Джон, глядя на блондинок, словно через прицел автомата.

— Это их проблемы, милорд, — на мгновение Брю мазнула взглядом по парочке демонесс и одарила их хищным оскалом. На её лице проступило ликование от своей правоты, мол, а вы не верили. — Можете их казнить, если того пожелаете.

— Казнить, говоришь? — африканец задумчиво помял подбородок, заставив блондинок занервничать и побледнеть. До них начало доходить, что этот человек хоть и без видимой Ци, но завалил их бывшего хозяина, который был очень сильным, пусть и далеко не самым крутым в этом мире. — Я подумаю над этим, но потом. Ты слишком толковая для высшей, — вернул он внимание брюнетке. — Причем столь слабой высшей на низовой планке силы. И ты слишком много знаешь. Даже о Силе Любви слышала… Тот, кого ты встретила… Это был Неназываемый?

— Да, милорд, — низко поклонилась Брю. — Это тыл ТОТ САМЫЙ Неназываемый.

— Одно время я хотел его призвать и попроситься к нему в ученики, — улыбнулся Джон, хотя ему было не до веселья, поскольку он вспомнил о хтонической кракозябре. От его слов брюнетку перекосило и бросило в дрожь. — А в итоге моим учителем стало хтоническое чудовище…

— Хтоник⁈ — полезли из орбит глаза у Брю.

— Агась, — задорно