Мама для крошки-дракошки, или жена Хранителя Севера - Светлана Рыжехвост

открою у себя, — припечатала я и направилась к выходу из зала.

— Фике! Вернись немедленно!

А я уже и сама не рада была, что рот раскрыла. Книжицу я хотела оставить на широких перилах лестницы. Ведь вся суть этого дорогущего подарка была в том, что в книжке можно было писать только тем самым пером. И прочесть записи мог лишь тот, у кого в руках перо.

— Вирра, — громкий голос Кики донесся до меня, — отнеси сестрице малахитовое перо, будет от меня подарком.

— Оно ведь не пишет, — удивилась простодушная служанка.

— Зато оно было частью этого бессмысленного подарка, — фыркнула сестрица.

А я ускорила шаг. Кажется, скоро у меня появится прекрасная артефактная пара. Только мне записывать туда нечего: моим секретам в голове не тесно.

«Ха, поправлю коробку, перезавяжу бант, сменю магическую подпись — и будет у меня роскошный подарок на всякий случай, — хихикнула я про себя. — А если что, скажу, что этому меня дома научили».

В своей комнате, уже забравшись под одеяло, я пережила крайне унизительную минуту: горечь, копившаяся внутри весь день, все-таки прорвалась наружу. Шмыгая носом, я стирала с лица слезы и ненавидела себя за слабость.

«Давно пора это все перерасти, — ярилась я. — А ты все ждешь чего-то, дура-дура-дура!»

Чуть успокоившись, прикрыла глаза и провалилась в сон — спасибо извечному магическому истощения, проблем вроде «ох, не могла уснуть» у меня не бывает.

Вот только всю ночь мне снилась крохотная янтарно-зеленая дракошка. Малышка металась в темном небе, боролась с порывистым ледяным ветром и неумолимо проигрывала. Во сне я чувствовала ее эмоции: девочка, а это была девочка, ненавидела себя. Она злилась на себя, ярилась, не принимала… Не принимала свою слабость и зависимость.

«Дура-дура-дура, — билось в голове маленькой дракошки. — Опять поверила!»

Но это были не мои мысли. Это были мысли малышки, что, не справившись с ветром, рухнула куда-то вниз.

Вместо удара об землю я проснулась. И на моей руке — руке, свободной от клейма, — появилась янтарно-зеленая чешуя!

— То есть это все правда?!

То есть сейчас где-то — неизвестно где — разбилась насмерть маленькая дракошка?!

Я никогда не собиралась так быстро, как сегодня утром. Даже клятые перчатки чуть не забыла! Порошком зубным измазалась так, что едва убрала его, а платье и вовсе почти порвала. Вовремя остановилась, когда треск подозрительный услышала.

— Благословите, нонна. — Я поймала ее в коридоре.

— Благословляю, дитя мое. — Она осторожно перехватила мои руки. — Что-то случилось?

Я глубоко вдохнула, затем медленно выдохнула:

— Мне кажется, что сейчас где-то в горах погибает упавший с неба дракончик. Девочка.

Нонна тяжело вздохнула.

— Вам только кажется, юная госпожа, а я в этом уверена.

От такой фразы я оторопела:

— В смысле?!

— Дети встают на крыло, и никто не имеет права им помогать, — голос подвел ее, и она, кашлянув, как-то по-особенному коснулась горла.

— Они же погибнут!

— И отчаяние их родителей будет безмерно, — кивнула нонна Шавье. — Горы — часть драконьих владений. Это своеобразный культурный центр, если ты понимаешь, о чем я. Сами-то кланы живут на островах, а сюда прилетают лишь ради храмов. В центре есть Старший Храм, он окружен непроходимой горной грядой. Пройти в него можно только через подземный ход, а выйти… Выйти лишь с самой высокой башни. С нее-то и слетают малыши, встающие на крыло. За пределами горной гряды их ждут матери — помочь, подставить крыло. Отцы в это время возносят хвалу Небесным Странникам в главном храмовом комплексе.

— А если у ребенка нет матери?

— Значит, отцу следовало жениться хоть на ком-нибудь, чтобы не оставить ребенка в одиночестве, — строго проговорила нонна и вновь коснулась горла. — Вы видели сон?

— Да. И я не понимаю, почему его видела именно я.

— Вероятно, это влияние особой связи близнецов.

— Не думаю, что у нас с Кики есть эта самая связь.

Нонна только улыбнулась и, легко покачав головой, удалилась в сторону лестницы. Ее утренняя рутина только начиналась — поднять лорда и леди Дьерран, благословить их, благословить весь дом… Как она, должно быть, от нас устала.

"А ведь сегодня и ее последний день, — пронеслось у меня в голове. — Куда же она отправится дальше?"

Но гораздо больше меня волновала янтарно-зеленая дракошка. Я коснулась пальцами чешуи на своем запястье и ахнула: пластинки были ледяными. Она замерзла насмерть?!

Потерев чешуйки, я отметила две вещи: во-первых, отток магии был очень и очень сильным, а во-вторых, упругие пластинки стали теплее.

"Ох, не того ты себе помощника нашла, малышка", — подумала я. Мне ведь сегодня уходить, а с магическим истощением далеко не уйдешь.

Вот только… Кто еще ей поможет? Кики? Судя по тому, что связь крошка установила со мной, сестрица от нее уже отказалась.

"Как бы это узнать? — подумала я. — Неужели Кики могла бросить ребенка умирать?"

Неужели я брошу ребенка умирать?

Тяжело вздохнув, вновь коснулась ледяных чешуек и уже полностью сознательно поделилась с ними магией.

Руку обожгло теплом. Излишки магии соскользнули по запястью и яркими искрами рассыпались вокруг меня.

Что ж, это вполне посильно. По крайней мере, для меня.

— Доброе утро, матушка, — раздался манерный голосок сестрички.

И я тут же шмыгнула в свою комнату. Послушаем-послушаем.

— Доброе, мое солнышко, — пропела матушка, — девочка моя, последнее ведь наше утро. Как ты спала, ясная моя?

— Сначала не очень хорошо, — голос сестрицы помрачнел, — мне снилась какая-то драконица, она куда-то летела, было холодно и гадко. Мне не понравился этот сон, я пожелала проснуться. Помнишь, как ты меня маленькую учила, если кошмар вдруг снится?

— Помню, и что же случилось дальше?

— И проснулась. Служанка принесла мне теплого молока с медом, и я вновь уснула.

"Не желаю иметь с тобой ничего общего, — проговорила я мысленно. — Гадко ей было, холодно ей было. А малышке каково было? Неужели ты не чувствовала, как больно тонким крылышкам? Как порывы ветра выворачивают суставы? Как леденеет детская, не сменившаяся чешуя?!"

Мне еще ни разу в жизни не было так противно. Неужели от Кики убыли бы эти крохи магии? Малышка "отъела" от меня меньше, чем я трачу на заряд одного накопителя! И это немало, но… Но Кики никуда не нужно бежать, ничего