Под звездами - Лора Павлов

Он лишь улыбнулся и продолжил путь. Когда мы свернули за угол, у меня отвисла челюсть. Вокруг пруда, на деревьях, мерцали огоньки. Это место всегда было моим любимым, куда я убегала, чтобы остаться наедине с собой.

Здесь я впервые научилась кататься на коньках.

Иногда я приезжала сюда ещё в школе, оставляла машину, укутывалась потеплее, включала музыку и просто мечтала.

Ночью здесь всегда было так ясно, а звёзды танцевали вдали, стоило только посмотреть в окно.

К земле вела тропинка, вдоль которой лежал большой плед и стояли свечи.

— Это так красиво, — прошептала я.

— Это те самые парни и устанавливали всё для нас, — подмигнул он.

— Это точно не пожаробезопасно?

Он расхохотался:

— Свечи на батарейках, Динь-Динь. Хью подсказал мне пару идей, как всё осветить.

— Мне ещё нужно вручить тебе подарок, но теперь я чувствую себя ужасной девушкой, потому что не превратила твоё любимое место в зимнюю сказку. — Я потянулась за свёртком, когда мы остановились в нескольких метрах от пледа.

— Не говори глупостей. Ты уже подарила мне подарок сегодня утром. — Он многозначительно повёл бровями, обернувшись ко мне.

Я нажала на кнопку света над нами и протянула ему свой подарок. Живот сжался от волнения — хотелось, чтобы это было особенным.

Он снял первую упаковку, развернул и перелистнул страницы небольшого прямоугольного буклета.

— Книга купонов, да?

Я перелезла через сиденье, устроившись у него на коленях, пока он держал оставшиеся подарки в руках, позволяя мне устроиться поудобнее. Мне всегда было мало его. Он обнял меня, продолжая листать страницы и хохотать, читая каждый купон.

— Один жизненно важный минет, да? — усмехнулся он, прикусив мне ухо.

— Конечно, именно на этом ты и заострил внимание. А не на дне обучения тебя пиклболу или чтении вслух любовного романа.

— Я в восторге, — сказал он, развернув меня к себе и поцеловав. — Лучший подарок в жизни.

— Ты слишком лёгкая мишень, — хихикнула я и подтолкнула к нему следующий свёрток. Он открыл белую коробку с красным бантом и вытащил футболку с надписью: «Моя девушка выиграла чемпионат округа по пиклболу, а я получил лишь эту дурацкую футболку».

Его голова откинулась назад в истерическом смехе.

Смех Мэддокса Ланкастера был для меня как музыка.

— Обожаю, детка. — Он поцеловал меня в щёку, а я убрала футболку и книгу купонов на заднее сиденье, проталкивая к нему последний подарок.

Он быстро содрал красно-белую упаковочную бумагу в горошек и снял крышку с коробки. Я услышала, как он резко втянул воздух, когда стал рассматривать фотографии в большой рамке с двумя вырезами.

На одной фотографии были он, Уайл и их мама, сидящие на заднем крыльце под звёздами. На другой — мы с Мэддоксом, свернувшиеся калачиком на уличном диване у него во дворе, а над нами мерцали те же звёзды.

— Джорджия, — прошептал он. — Откуда у тебя это?

— Я спросила у Уайла, есть ли у него хорошая фотография вас троих, а он обратился к вашей бабушке. Она сказала, что у неё целые коробки с фотографиями от вашей мамы. Так что в ту ночь, когда ты думал, что я на девичнике с Бринкли и Лайлой, я на самом деле поехала в город, поужинала с твоими бабушкой и дедушкой, и мы вместе перебирали кучу коробок с фотографиями. Когда я увидела эту, я сразу поняла — это то, что я искала.

Его глаза блестели от нахлынувших чувств, и я повернулась, чтобы усесться у него на коленях, а его руки скользнули в мои волосы, убирая их за ухо.

— Это именно то, что я почувствовал, когда встретил тебя, — прошептал он, притянув меня к себе и поцеловав. — Спасибо.

— Ну, конечно, это не корт для пиклбола и не пруд, превращённый в зимнюю сказку, — улыбнулась я. — Но я рада, что тебе понравилось. И хочу, чтобы ты знал: я люблю всё, что ты сделал. Но даже если бы ты ничего не сделал — мне бы хватило и этого. Потому что лучший подарок, который я когда-либо получала — это ты.

— Взаимно, детка. А теперь пошли — покажешь мне все свои трюки. У меня в багажнике ещё один подарок для тебя. Пошли.

— Мне уже нечего дарить, — сказала я, слезая с его колен, пока он открывал дверь. Я побежала по направлению к льду.

— У меня для тебя коньки! — крикнул он мне вслед, но я не остановилась.

Я замедлилась у пледа, на котором лежали цветы и коробка из пекарни. А когда обернулась, увидела, как он идёт ко мне, в чёрной лыжной куртке, неся наш ужин и ещё одну коробку с бантом.

— Я покажу тебе небольшой пролог и без коньков. А потом надену их для финала. Я и босиком могу крутиться, если хочу, — засмеялась я, ступая на лёд, который блестел, как стекло, под лунным светом. Раскинув руки в стороны, я закружилась.

Он поставил еду на плед и покачал головой.

— Ну давай. Покажи.

Я переместилась к середине пруда и закрутилась, пока он смотрел на меня и поднимал телефон, чтобы сделать фото.

— Ладно, ещё один поворот — и пойдём есть. — Я шагнула чуть дальше по льду, и вдруг под ногами что-то хрустнуло. В животе всё сжалось — я сразу поняла, что что-то не так. И в следующую секунду лёд подо мной треснул… и поглотил меня целиком.

30 Мэддокс

В жизни бывают моменты, о которых ты сразу понимаешь — они всё изменят. В ту самую минуту, как они случаются.

Я уже знал это чувство.

Я выронил пакет с едой, телефон, и бросился бежать, прежде чем мозг успел осознать, что происходит.

— Джорджия! — голос, вырвавшийся из моего горла, был неузнаваемым, как будто он не принадлежал мне.

Она только что кружилась.

Смеялась.

Улыбалась.

Мой ангел. Моя любовь.

А потом — просто исчезла подо льдом.

Без предупреждения.

Словно сделала шаг в пустоту и провалилась прямо внутрь. Я успел услышать её вдох... И всё.

Ужас пронёсся по каждой кости в теле, но я знал, что у меня всего несколько секунд, чтобы добраться до неё. Я действовал.

Добежал до кромки, сдёрнул куртку — понимал, что она мне понадобится сухая, когда вытащу её. Лёг на живот и скользил как мог быстрее к центру пруда. Вставать на ноги было слишком рискованно.

Нужно было добраться до проруби и вытащить её.

— Джорджия! — крикнул я снова, приближаясь. Что-то подо мной застучало по льду — я понял, что это она,