Мама для крошки-дракошки, или жена Хранителя Севера - Светлана Рыжехвост

колдовским серебром каблучков — Кики. И тоже на кухню. Что за вечер-то такой?!

— Кристин, все в порядке? — Матушка обеспокоенно посмотрела на вышедшую из-за угла Кики.

— Сегодня было столько практики с наставником, — сестра утомленно прикрыла глаза, — потратилась полностью, мне кажется, я умру от голода.

— Вот, возьми. — И матушка впихнула ей в руки сделанные мною сандвичи. — Поешь и укладывайся, я приду замерить уровень наполненности твоего резерва. До сна и после сна — может, придется вызывать целителя. Это не шутки, можно лишиться дара!

И они ушли. Ушли, а я осталась стоять у дверей в кухню.

В прочем, недолго я там простояла. Вернулась, вновь нарезала грудинку, каравай, налила себе остатки взвара и все это употребила. Стоя. Не выходя в коридор, ибо в этом доме есть еще и папенька. А наблюдать, как мои сандвичи покидают меня второй раз… Не смогу. А книжку… Книжку потом почитаю, нет в ней ничего полезного, одни волшебные приключения. Говорят, писала некая Искра Лоренталь, а за главных героев использовала реальных людей: Ноэль Мор и Кайрнеха Мора. Но я не верю: ее бы тогда наказали. Наверное.

Оставив мысли о книжке, я быстро умылась, переплела косу и улеглась в кровать. И едва лишь приняла удобную позу, как ко мне зашла нонна Шавье. Не говоря ни слова, она замерила мой резерв, покачала головой и вышла. И я знала, что утром она вновь меня проверит, вновь подожмет укоризненно губы и отжалеет крохотный флакончик с зельем. Зельем, которое поставит меня на ноги в считаные минуты.

Что бы я делала без нонны Шавье?

Проваливаясь в сон, вдруг поймала себя на мысли, что просыпаться не хочется. Совсем. Завтра будет новый день, который будет точно такой же, как сегодняшний. И вчерашний. И позавчерашний. И все дни с того момента, как меня пообещали Шордагу.

«И надежда только на себя», — сказала я себе и все же провалилась в мутную, неприятную дрему.

Глава 2

Нет, не точно такой же день. Сегодня нам с сестрой исполняется по девятнадцать лет. Сегодня я должна быть тиха и незаметна. Мне это позволят, безусловно, ведь все внимание должно принадлежать Кики.

Только ожог на руке кошмарно чешется, но это ничего, это не страшно. Так бывает перед каждым днем рожденья, я уже давно привыкла. Правила просты — достать охлаждающую мазь, густо нанести на поврежденную кожу, затем немного подождать и надевать перчатки. Спасибо алхимикам, что позаботились о детках с режущимися зубками! Не представляю, чем бы пришлось пользоваться, если бы не эта мазь.

Выходя из комнаты, я, как и каждое утро, столкнулась с нонной Шавье.

— Благословите, нонна.

— Благословляю, госпожа Фредерика, благословляю, — тихо ответила нонна и протянула мне маленькую коробочку, — примите, юная госпожа, пусть этот день принесет вам счастье.

— Со счастьем вы погорячились, нонна, — улыбнулась я.

Каждый год я запрещаю себе верить и ждать и каждый год получаю по маленькому подарку от нонны. Монахини драконьих храмов не имеют собственных средств, все, что у них есть, принадлежит храму. Оттого каждый подарок нонны по-особенному ценен для меня.

Поднявшись на цыпочки, я коснулась губами сухой щеки женщины и в ответ получила невесомое поглаживание по волосам.

— Все будет хорошо, девочка.

— Благодарю, нонна, — всхлипнула я. — Вы… Вы сможете…

— Да, — кивнула она, не заставляя меня договаривать.

Иногда мне кажется, что мы очень много не знаем о монахинях. Об их жизни и о том, отчего они выбирают такую судьбу.

Я ведь думала о том, чтобы уйти в храм. Оттуда никто не смог бы меня достать, но нонна… Она была в ужасе. А через несколько мгновений страх коснулся и моей души: по лицу монахини стекали крупные слезы, однако же вслух она говорила о том, что такой выбор будет наиболее правильным.

Эти слезы напугали меня так, как никогда не пугало отношение Шордага! В тот день, в Зимопраздник, я решила не перекладывать борьбу за свое счастье на чужие плечи. В самом крайнем случае, если не удастся сбежать, прямо в храме потребую равный брак — да, бесприданница, но зато магически одаренная! А дар за золото не купишь. Если Шордаг откажется, скажу, что выйду за любого, кто согласен на равный брак. Уж чего я не жду, так это любви и счастья, а значит… Значит, буду требовать уважения и хотя бы минимальной заботы.

Мне и нужно-то немного, на самом деле. Нонна Шавье только головой покачала, когда услышала мои пожелания, касающиеся будущего мужа.

Так, размышляя, я прокралась на кухню, прихватила блюдечко с тарталетками, чайничек чая и от громкого оклика кухарки чуть было это все не выронила:

— Куда?! А ну, поставь…

— А вы не забыли, кто перед вами? — Резко развернулась к дородной женщине. — Как ко мне относится моя семья, не имеет значения. Я — Дьерран, дочь человека, который платит тебе жалованье. И хочу напомнить, как мы жили в прошлом году…

Кухарка сдулась, прикусила губу, а после цыкнула на одного из мальчишек-поварят:

— Подай госпоже поднос, недоросль. Не донесет же.

И отвернулась. А я, пользуясь возможностью, тут же нагребла вкуснятины. Имею право: сегодня и мой день тоже. Всем, правда, плевать, но что поделать, что поделать. Я забочусь о себе сама — и это не так плохо!

Все свое богатство я унесла на чердак, где надежно спрятала в покосившийся буфет. И, прежде чем надежно припечатать все магией, ухватила две шоколадные конфеты и чашку. Что-то мне подсказывает, что сегодня все пойдет не так, как обычно.

Устроившись на подоконнике, я принялась ждать. Нонна Шавье не освободится еще несколько часов: шутка ли — благословить каждого входящего, а после и весь дом? Затем отдохнуть и встречать гостей вместе с хозяйкой праздника!

— Сидишь? — холодный голос сестры вырвал меня из раздумий.

— Сижу, — я лениво повернулась к ней, — с днем рождения, Кики.

— Не называй меня так, — резко произнесла сестра. — Каково это — быть изгоем в своей семье, м-м-м?

Я пожала плечами:

— Неприятно, но терпимо. Каково это — быть Предназначенной Дракону?

— Очень приятно, очень.

— Я видела, как лазурный дракон нес по небу золотую клетку, — я прижалась щекой к холодному стеклу, — ты уж напиши, какого цвета будет твой хозяин. А то пролетишь над нами, а мы