Лариса научись жить заново - Людмила Вовченко
— Ну что ж… фамильяры — это судьба, — усмехнулась Ла Риса. — Надеюсь, он любит арбузные лепёшки.
Юля зевнула:
— Если нет — научим. Мы же теперь… мать рода.
И в этот момент их дом засиял мягким светом: сердце земли пробудилось.
Глава 41
Утро началось с беспокойного мяуканья.
— Ба-а-арсик! — голос Ла Рисы прозвучал как команда боевого крейсера. — Что ты сделал с фамильяром⁈
Барсик, белоснежный пушистый зверь с глазами небесной яркости, виновато пополз из спальни, волоча за собой одну из подушек, которую явно пытался приучить как добычу. Смешной комок перьев — фамильяр бабочка по имени Пыльца — сидел на люстре и, дрожа, издавал звуки, которые напоминали проклятия на древнеэльфийском.
Юля, зажав рот, чтобы не рассмеяться, уже скребла когтями броню, надевая утреннюю тренировочную версию, прозрачную, облегающую как вторая кожа.
— Ты знаешь, что ты сегодня похожа на порочный ананас? — с достоинством заметил Гриф, проходя мимо. Его взгляд скользнул по бедру Юли, едва прикрытому бронёй, и голос хрипло дрогнул. — Очень сочный порочный ананас.
— Если ты не заткнёшься, — спокойно отозвалась она, вытягивая клинок, — ты будешь лежать на грядке и смотреть, как я тебя поливаю.
Он ухмыльнулся.
— По рукам, милая.
* * *
Вечером всё изменилось.
Ла Риса получила свиток с печатью. Старый шёлк, запах пыли и тлеющих чар. Письмо пришло от одной из Великих Семей — приглашение на планету «Септалион», в закрытую зону артефактов и древних технологий. Там будет продаваться то, что может пробудить землю — даже пустыню. Возможно, и спасти украденных мальчиков.
Но для начала — прощальный ужин.
Они устроили его на террасе: стол парил в воздухе над прудом, где плавали крошечные магические дракончики. Лампы висели в воздухе, посылая мягкий золотой свет. Мужья были невероятно красивы: обтягивающие одежды с символами рода, украшения на руках и шее, волосы заплетены в узлы обета.
— Ты уйдёшь без нас? — тихо спросил один из них, высокий, с гладкой бронзовой кожей и глазами как чернила.
— Это матриархальная зона. Туда не допускают мужчин. Кара останется с вами. Юля — со мной. — Ла Риса медленно поднесла бокал к губам.
Один из мужей склонился к ней, не касаясь губ, но прошептав прямо в уголок рта:
— А кто поцелует тебя на прощание, если не мы?
Другой не выдержал — пальцы скользнули под стол, легко, почти мимолётно, по внутренней стороне бедра, задевая тонкую ткань. Ла Риса задержала дыхание.
— Ты просишь, чтобы я не могла уснуть всю ночь?
— Мы просим, чтобы ты скучала.
Третий, с холодной мраморной кожей и зелёными глазами, поднялся.
— Сестра. Жена. Мать рода. Ты дала нам имя, землю, дом. А теперь… позволь нам дать тебе память.
Он протянул руку.
Ритуальный танец. Ла Риса сняла перчатки.
Музыка зазвучала сама. Пальцы сплелись. Движения стали жаркими. Их тела касались друг друга, плечи, грудь, дыхание… Всё было обнажено, кроме самого желания. Его прятали, как огонь в ладони. И всё же, когда Юля вскрикнула от смеха, наблюдая за тем, как Барсик утащил один из поясных платков Грифа, настроение сменилось.
— Ну теперь точно будет скучать, — усмехнулась она.
* * *
Перед вылетом…
— Броня готова? — спросила Кара, бросая последний ящик с припасами в грузовой отсек.
— Да. Паранджи в портале. Маски активны. — Юля прислонилась к стене и зевнула. — Уверена, что мы не потеряемся?
— С нашим браслетом? У нас больше документов, чем у самой королевы, — отозвалась Ла Риса, нажав активацию.
Корабль вспыхнул в ночи. И в этот момент на Ла Рису нахлынуло ощущение, что кто-то смотрит. Чужое. Знакомое. Сильное.
Но никто из мужчин не появился. Даже Гриф. Они остались на земле, смотрели снизу вверх, будто… отпускали любимых женщин в бой.
* * *
Септалион был поразителен.
Небо, похожее на жидкий опал. Воздушные мосты из хрусталя. Купола, парящие на силовых потоках. Женщины в диковинных одеждах — некоторые из них были полупрозрачны, а тела покрыты завитками тату-магии. Существа с четырьмя глазами, с перьями вместо волос, с магией, струящейся по коже.
Ла Риса и Юля, полностью закутанные, производили впечатление таинственных богинь. Одна из местных жриц прошептала:
— Высшие? Или изгнанные?
— Мы из рода Терралин, — твёрдо ответила Ла Риса. — И пришли за силой.
* * *
Арена артефактов была окружена живым барьером из ментальных существ. Продавали здесь… нечто. Кристаллы с памятью, клинки с душой, сосуды, излучающие древнюю кровь.
Но за одной из ширм… Ла Риса остановилась.
Там, в золотой клетке, стоял Он. Высокий, как статуя. Кожа цвета дымчатого янтаря. Волосы как чёрный песок, рассыпающийся по плечам. Глаза — чёрные с золотыми зрачками. На спине — шесть переливающихся крыльев, полупрозрачных, как из светящейся чешуи.
— Кто это? — выдохнула Юля.
— Это… это моё.
Ла Риса подошла. Мужчина поднял голову. Его голос прозвучал в голове:
«Я чувствовал тебя. Я звал тебя. И теперь — я свободен. Или стану твоим. Коснись моего плеча — и я стану тенью под твоим солнцем».
Она сняла перчатку.
Весь зал замер.
Пальцы дрогнули.
И… коснулись.
Глава 42
Они вернулись ночью.
Корабль опустился мягко, словно поцелуй на горячую кожу. Артефакт, спрятанный под пульсирующими энергиями в грузовом отсеке, шептал древние заклинания, успокаивая пространство вокруг.
Юля зевнула и натянула капюшон, но в этот момент её перехватил Гриф. Он подхватил её на руки, как будто вся броня и магия были иллюзией.
— Мы отлетели всего на три дня! — рассмеялась она, цепляясь за его плечи.
— Три дня без твоего запаха — это вечность, — прошептал он, уже неся её в дом.
* * *
А Ла Рису ждал сюрприз.
Прямо на крыльце стояла одна из молодых землянок, которых она освободила с аукциона. Живот туго округлился, глаза горели отчаянием. Клетчатая накидка уже промокла от пота.
— Госпожа… у меня… кажется, началось… — простонала она, схватившись за перила.
— Что⁈ — взвизгнула Кара, вылетая из дома.
— Быстро! В лазарет! Юля, активируй ритуальную ванну. Кара — портальный вызов акушерки!
Ла Риса сорвала с себя перчатки, приложив
