О войнах - Майкл Манн

материально-технической поддержкой солдат. Но в действительности этим государством управляла милитаристская классовая структура, определяемая знатностью, богатством и военной службой, сочетание коллективной солидарности и ранговой иерархии которой обеспечивало значительную инфраструктурную мощь. В центре республики находились сенаторское и конное сословия, которые имели общую культуру, были политически организованы в сенате и делили народные собрания с тяжелой пехотой и средним классом тяжелой пехоты. Все они участвовали в карьерной структуре, которая связывала командование армией и политические должности, обеспечивая военные трофеи и политические должности. Военно-политическая классовая структура составляла ядро государства, а не немногочисленные "бюрократы", которые часто были рабами. Как говорит Шейдель, "римское государство, возникшее в результате этих договоренностей, было узко ориентировано на ведение войны и мало на что другое". Эта республика, зависимая от войны, имела экономику, в значительной степени "вне бухгалтерского учета", и вела войну ради жадности и славы. Таким образом, несмотря на то, что я писал в своей статье 1984 года о деспотической и инфраструктурной власти, Римская республика на самом деле обладала обширной инфраструктурной властью, а деспотическая власть сводилась к контролю над бедными, завоеванными и порабощенными.

Боевые качества римского солдата часто преувеличивают. Как и во всех армиях, солдаты иногда пугались, бежали или дезертировали. Были и поражения, самые известные из них - против Ганнибала и понтийского царя Митридата. Джессика Кларк насчитала сорок три поражения только во II веке до н.э., но добавила, что сенат не всегда считал их таковыми и всегда рассматривал их как неудачи на пути к окончательной победе. В 53 году до н.э. при Каррахе (современная Турция) поражение потерпела парфянская армия, в которой преобладали конные лучники. Римский полководец Красс пренебрег советом атаковать парфян через Армению и двинул свои войска прямо через пустыню, вступая в бой без отдыха, на открытой местности, подходящей для конных лучников. Слабость римской кавалерии не позволяла рассредоточить лучников. Стреляя в течение целого дня из-за пределов досягаемости римских копий, они нанесли значительные потери пехоте, хотя строй стоял твердо. Теперь Красс совершил ошибку, отправив вперед часть своих сил, что нарушило сплоченность легионов. Парфянская тяжелая кавалерия пошла в атаку, и строй начал распадаться. Легионеры, их офицеры и Красс были убиты. После Каррхэ требовалось отомстить. Смириться с поражением было немыслимо. Цезарь готовил экспедицию, чтобы отомстить Крассу, когда на него было совершено покушение. Марк Антоний организовал парфянскую экспедицию, но в 37 г. до н.э. потерпел поражение, так как плохо подготовил свои войска к горным боям. Сенат продолжал санкционировать нападения на Парфию, и некоторые победы были одержаны, но войска так и не смогли добить врага. Рим по своей сути был скорее воинственным, чем успешным, но, заявляя о неизбежности окончательной победы, вы продолжаете агрессию. Римские армии постоянно возвращались после поражений. Они были успешны, в то время как римские правители могли терпеть только победы. С запозданием парфянское упорство научило римлян реализму.

У римского гражданства было два основных военных достоинства (с этим согласны Экштейн и Харрис). Во-первых, оно было приспособлено к ведению войны. Оно порождало товарищеские связи между гражданами-солдатами, а закрепленные юридически и военным путем сословные привилегии укрепляли легитимную иерархию. Интенсивное товарищество и беспрекословное подчинение иерархии - главные требования к эффективной армии. Гражданское сословие стало более многочисленным, чем у соперничающих государств, и включало в себя все классы свободных людей. Тейлор утверждает, что в 190 г. до н.э. римляне могли выставить 175 000 солдат (по другим оценкам - больше). Для сравнения: царства Селевкидов и Птолемеев тратили на военные нужды гораздо меньше своих богатств и поэтому могли мобилизовать лишь около 80 тыс. человек, а Македонское царство, хотя и было более милитаризованным, было меньше и беднее и мобилизовало лишь 45 тыс. человек. Тейлор отмечает, что в отдельных случаях Карфагену удавалось мобилизовать больше людей, чем Риму, но они привлекались в основном из государств-трибунов, которые имели слабые стороны.

Граждане облагались небольшими налогами, поскольку главной их обязанностью была обременительная военная служба, которая для ассидуев - граждан с имущественным цензом - длилась от шести до четырнадцати лет (в зависимости от необходимости). Призыв в армию проходил гладко, и нехватки войск не было, даже когда практически все ассидуи были призваны на Вторую Пуническую войну. Но потом наступило некоторое нежелание, и в 107 г. до н.э. Марий отказался от имущественного ценза, набирая в армию бедных платных солдат, которые по окончании службы должны были получить имущественный ценз. Дальнейшие изменения были введены императором Августом, который создал добровольческую, профессиональную и платную армию с обязательным сроком службы в шестнадцать лет. Эти реформы разорвали тесную связь между гражданством и армией, которая обеспечивала республике защиту от переворотов.

Легионеры рассчитывали на долю в добыче, а многие могли рассчитывать на землю по окончании службы. Чтобы удовлетворить их, требовались победы - самоподдерживающаяся система. Солдаты, оставшиеся в живых, могли добиться большего благосостояния и уважения со стороны семьи и соседей. Таким образом, римские солдаты и ветераны были важной группой, оказывающей давление на ход войны. Они хорошо сражались как потому, что вознаграждение зависело от победы, так и благодаря жестокой сословной дисциплине, интенсивному обучению и гражданскому чувству в легионах. Превосходство легиона объясняется двойственным характером римского гражданства, которое порождало классовую солидарность наверху и иерархию внизу.

Вторым преимуществом римского гражданства была его гибкость по отношению к союзникам. Хотя римляне рассматривали мир как нечто навязанное ими побежденному врагу, репрессии ограничивались желанием усилить свои военные силы, а это достигалось, что уникально для древнего средиземноморского мира, постепенным расширением гражданства. Экштейн видит важнейшее преимущество Рима в том, что "статус гражданина не зависит от этнической принадлежности или географического положения", что позволило создать объединение граждан, превосходящее другие античные государства и приближающееся к "единому национальному государству". После того как союзники и бывшие враги подчинялись Риму, им предоставлялась степень гражданства, соответствующая их прошлому поведению, нынешнему отношению и стратегическому положению. Одни получали полное гражданство, другие - статус гражданина без права голоса, третьи - меньшие права. Те, кто воевал против Рима, могли быть убиты или обращены в рабство, а их имущество экспроприировано. Это выглядит как весьма рациональная стратегия ведения войны.

Не совсем понятно, почему Рим принял эту уникальную стратегию расширения гражданства. В основе лежит миф о том, что когда Ромул победил сабинян, он пообещал гражданство сабинским пленникам, содержавшимся в Риме. Мы видели, что некоторые представители ранней неримской элиты получали римское гражданство путем переговоров. Так произошло, например, в Вейях, ближайшем этрусском городе. В 396 г. до н.э. римляне взяли город. Археологи обнаружили преемственность поселения, и Рим, по-видимому,